В одну реку дважды не войти (СИ)

Последняя мысль заставила её заметно побледнеть. Не для того Лика несколько лет залечивала сердечные раны, чтобы с разгона прыгнуть на те же самые грабли. И всё же… Несмотря на всю концентрированную ненависть к нему, Анжелика не была до конца уверена, что может выстоять против обаяния этого подлеца. Внутри сидел маленький, но очень живучий червячок сомнения, который напомнил о том, как в прошлом она сама практически упала к его ногам без сопротивления. Его ухаживания за ней составили всего три дня, а через неделю они съехались. Андрей умел быть соблазнительным и притягательным, а еще упрямым. Если он видел цель, то не сворачивал с пути её достижения, пока не получит желаемое. Именно этим и был опасен Поздняков. Он как змей, усыплял бдительность, окутывал жертву собой и начинал душить. Дезориентированная жертва понимала, что в опасности, в самый последний момент, когда ей голову откусывали. Несмотря на темперамент, Андрей обладал потрясающим терпением и мог выжидать едва ли не годами. Враги, даже уже забывшие причины ссоры, рано или поздно жалели о своей забывчивости. Именно эти качества сделали его успешным бизнесменом. Но что хорошо в бизнесе, хреново для любви.
— Какой интересный мужчина, — прокомментировала забытая Плетнёва. — Голос у него, конечно, шикарный.
Лика моргнула, возвращаясь в реальность. Ужас от открывшихся перспектив мгновенно угас, а мозг любезно напомнил девушке о причине, почему она пригласила Инну в это заведение.
— Там не только голос шикарный, — неохотно признала Анжела, — там целый тестостероновый идеал на ножках, влажная мечта женщин от пятнадцать до ста, при виде которого бабы мгновенно теряют трусики, голову и адекватность. Его постоянная любовница вон уже на людей кидаться начала.
— Даже так? — брови известной танцовщицы поднялись над темными очками, выдавая заинтересованность.
— Именно, — скривилась Минаева, словно ей дали понюхать сюрстрёмминг. — Поздняков — идеальная тварь, моральный урод и расчётливый делец, причем этого не скрывает.
— Ты его не простила до сих пор? — Инна всё-таки сняла с себя очки, чему обрадовалась Лика. Разговаривать с человеком, у которого не видно глаз, то ещё удовольствие. Как ни крути, именно они зеркало души и лучше всего передают эмоции и чувства человека.
— Нет, — тяжело выдохнула Анжелика, — и вряд ли когда-нибудь прощу. Ты же видела, как меня ломало, когда мы расстались. Меня буквально вывернуло наизнанку и деформировало. Такие вещи не забываются.
Плетнёва задумчиво помешивала кофе ложкой. Мерный стук немного раздражал, но Лика ничего не сказала, лишь приложила пальцы правой руки к виску, пытаясь облегчить подступающую головную боль.
— Плохо, — в итоге произнесла Инна. — Очень плохо, Лика. Это значит, что ты ничего не забыла и весьма уязвима, а от ненависти до любви тоже всего один шаг.
— Ну это вряд ли, — сильно покачала головой Анжела. Она не знала, что должно случиться, чтобы она смогла простить Позднякова, но явно что-то из ряда вон выходящее — прилет пришельцев на Землю или второе пришествие Христа. Все другие варианты явно не про неё. — Андрей, конечно, красив и сексуален, но я слишком хорошо помню, как мне было больно после его предательства, а он даже вряд ли осознал, насколько мерзко поступил. У меня слишком сильно развит инстинкт самосохранения, чтобы снова отправиться по этому же пути.
Слишком внимательный взгляд Плетнёвой нервировал. Казалось, её сканировали на предмет лжи. Неприятное, липкое чувство, вызывающее досаду.
— Будь осторожна, Лика, — мягко улыбнулась Инна. — Я тоже уверенно заявляла, что никогда Женю не прощу. Я ненавидела его. Я ненавидела его настолько, что готова была убить. А что в итоге? Я опять с ним, он всё же уговорил меня выйти за него замуж, да ещё и ребёнка заделал. Опять. С одного раза. Всего один раз забыла таблетку выпить и вот результат!
Анжелика широко и искренне улыбнулась и потянулась к подруге, чтобы обнять.
— Поздравляю! — Лика расцеловала будущую мамашу в обе щеки. — Это так неожиданно…
 
— Поверь, ни для кого мой ребёнок не стал более неожиданным, чем для меня, — хихикнула Инна, — но Марков не меняется. Если чего-то хочет, то он это получает, и даже сама природа ему в этом благоволит.
От Евгения Плетнёва уже родила дочь пятнадцать лет назад и растила её одна из-за того, что Марков не поверил в своё отцовство. Давняя история весьма некрасива, но именно она сделала из Инны звезду. Ей нужно было кормить и одевать ребёнка, родственников, способных помочь, у совсем молоденькой девушки не имелось, так что пришлось выкручиваться. Сейчас тридцатичетырехлетняя танцовщица богата, успешна и знаменита, но путь её был долог и тернист. Инна могла выбрать любого мужчину, но почему-то вернулась к тому, кто так грубо и бесцеремонно разбил её сердце в прошлом. Надо отдать должное Евгению, он безропотно терпел все её закидоны и выходки. Почувствовав волю, Инна долго и со вкусом трепала ему нервы, а дочь ей в этом помогала. Седых волос у влиятельного бизнесмена за эти годы явно прибавилось.
— Как отнёсся к новости будущий папаша? — поинтересовалась Анжела. Евгения Минаева недолюбливала, но открыто свою неприязнь не показывала.
— Как-как? — горестно вздохнула самая сексуальная женщина страны. — Меня едва не посадили под домашний арест. Он сначала дико обрадовался, а потом начал запоем читать литературу про беременность и роды. Теперь у Жени развилась ярко выраженная паранойя, что со мной и ребёнком может что-то случится. Толпа охраны за мной ходит круглосуточно, — она кивнула на соседний столик, где разместились два шкафа в темных костюмах. — Врач едва ли не ночует в нашем доме, хотя беременность проходит значительно лучше, чем первая. Никаких изменений и недомоганий. С Лизкой я до последнего триместра с токсикозом мучилась, второе моё дитя решило меня поберечь. Зато муж мучает своими запретами и искренне не понимает, почему я нервничаю и кричу. Пришлось к сестре сюда сбежать от излишней опеки.
Анжелика мужественно пыталась представить известного бизнесмена в образе курицы-наседки и у неё ничего не получалось.
— А тут ещё я со своим предложением, — кисло произнесла Лика, понимая, что Инна скорее всего откажется на проведение мастер-класса в «Экстазе». Оставался вариант, что инструктаж может провести одна из ведущих танцовщиц её группы. — Если ты не можешь, то может кто-нибудь их твоих девочек может выделить пару дней? Ситуация прямо-таки аховая, Инн. Девчонки красивые, но танцуют посредственно. Никакой дисциплины и фантазия на нуле, зато высокомерия выше крыши. «Экстаз» претендует на звание одного из лучших клубов города, но в плане развлекательной программы посредственный середнячок.
Лика выдохлась. Всё-таки очень сильно хотела утереть нос Катарины, но похоже не судьба.
— С чего ты решила, что я откажусь? — хмыкнула Плетнёва, делая глоток. — Я займусь твоим клубом и местный шабаш погоняю с удовольствием. Постоянно рычать на мужа плохо для семейного благополучия, а тут такая возможность отвести душу! Да и посмотреть хочу на этого твоего Позднякова. Больно уж интригующая личность!
— Он не мой! — резко запротестовала Лика.
— Не твой, так не твой, — пожала плечами Инна. — Так что я возьмусь за это дело. Пар выпущу на твоих строптивых стриптизёрш, поучу уму разуму, задержусь ещё на пару недель…
Анжела фыркнула, поняв, истинную причину согласия. Кто-то отчаянно не хотел возвращаться домой.
— Что совсем опекой замучил? — мягко спросила Лика.
— Ужасно, — тихо вздохнула Плетнёва. — Он же всё время переживал, что пропустил мою беременность и первые годы взросления Лизы, теперь же я думаю, что это было благом, потому что Женька бы меня задушил. Он и так авторитарный мужик, а когда у него включается режим защитника… Всё, пиши пропало. Марков и сам понимает, что заходит слишком далеко, но не может остановиться.
Почему-то Анжеле стало грустно. Она тоже хотела, чтобы её так сильно любили. Поздняков её только использовал, а Матвей… Девушка знала, что он её любит, но степень влюбленности разная бывает. Лика была неуверена, что он любит её достаточно сильно, чтобы чем-то пожертвовать, как в свое время сделал это Марков для Инны.