(не)шуточная беременность (СИ)
Я же щупала живот и пыталась как-то смириться с озвученной мыслью. Эйфория прошла, теперь чувствовала себя дурой в квадрате, если не в кубе. Как так можно было? У меня ведь… ведь были симптомы! А если не было бы медкомиссии? Когда заподозрила бы неладное? О! Тогда моя идиотская шутка вышла бы на новый уровень: узнала, что беременна, в день родов.
Иногда слушаешь такие истории и не веришь. Разве такое возможно? А тут… Я стала ходячим анекдотом. Страшно подумать, какую шутку надо мной сыграет жизнь в следующий момент.
Мы должны были радоваться, кричать «ура», праздновать. А в итоге сидели и не понимали, что же происходит в нашей жизни.
Вроде бы вот оно, наше счастье, мы же так давно этого хотели! Получили его и…
— Вот, держите. Свежий борщ!
Я подняла голову и посмотрела на Нину Михайловну. Всё в жизни пошло наперекосяк.
— А ты, Руслан, подумай над своим поведением. Кажется, ты поторопился.
— Нет, — Руслан мотнул головой и принялся с аппетитом есть горячий борщ, — не поторопился.
Со злости взяла кусок хлеба и принялась его жевать. Нет, ну ты посмотри на него! Что теперь? Что нового я узнаю? Что?!
— Да неужели? — сердито стиснула ложку и принялась заедать стресс.
Мы ели и хмуро переглядывались.
— Да! Баш на баш. Шутка за шутку!
— Так ты пошутил с разводом?! — я подавилась и принялась кашлять. Нина Михайловна похлопала меня по спине.
— Нет, не пошутил, — Руслан посмотрел на меня исподлобья.
— Тогда что?
— Узнаешь.
Вольф Мессинг
Нина Михайловна оставила нас одних. Даже не так! Натурально заперла нас в комнате, сказав, что пока мы спокойно и нормально не поговорим, не выпустит. Всё напоминало тщательно спланированное действо: заманить, пленить и подкормить, и…
Руслан переваривал не только борщ, но и радостную новость. Сидел в кресле и смотрел в одну точку. Хмурился, морщился, искоса на меня поглядывая.
Я же сидела на диване и щупала свой живот. Прямо мания какая-то, руки будто прилипли к нему. Не знаю, что я хотела там найти. Наверное, сомневалась, что там и впрямь живёт маленькая девочка. Мой сарказм не казался теперь таким уж ярым. Хомячок? Котёнок? Или тарелка борща?
В животе вдруг заурчало, будто там йети разбушевалось. Мало нашей девочке тарелки борща? Ещё хочет?
— Поверить не могу…
Руслан первым нарушил тишину. Тихо так, осторожно. Тёплым взглядом глаз будто ощупывал меня. Ну да, могу его понять. Сама ещё в себе не пришла. Точнее, пришла, но уже не одна. Каламбур какой-то.
— Не ты один.
— Кира, как ты не заметила? Разве… Разве это сложно? Я уж не знаю, как оно у вас там, девочек, но в теории не должно быть сложно.
— Будь в жизни всё так, как в теории, мы бы уже многодетными родителями были!
— Прямо так и многодетными? — Руслан даже немного покраснел.
— Не знаю, я не считала потенциальных детей. Но, думаю, что их было бы много, — выдохнула и снова погладила живот. — Теперь вот один ребёнок точно будет. Очень скоро будет.
— Мда, смешно получилось…
— Угу, ходячий анекдот! — поджала губы и недовольно посмотрела на мужа.
— Ну, ты у нас известная шутница… — Руслан вздохнул и не преминул меня подколоть. В ответ полетела подушка. Он поймал её, покрутил в руках и улыбнулся: — Смотрю, себе ты всё так же верна. Подушка — наше всё!
— Не зли меня, Романчук! У меня гормональный фон нестабильный!
— Хорошо, что гормональный, а не радиоактивный, — Руслан продолжал надо мной подшучивать. — А то счётчика Гейгера у меня нет.
— Ну тебя…
И снова замолчали. Корявые шуточки обстановки не разрядили. Руслан, выждав пару минут, встал с кресла и пересел ко мне. Бочком. Бочком. Придвинулся ближе и как-то слишком тяжело вздохнул.
— А там точно девочка?
— Руслан, прекрати доставать меня идиотскими вопросами! — вспыхнула и грозно посмотрела на мужа.
— Мда, фон и правда, пошаливает.
— Руслан!
— Да чего ты завелась, я не об этом спрашивал. О другом, — Руслан покраснел как помидор, — точно девочка? Мальчика не будет?
— А, ты в этом смысле… — выдохнула и смягчилась. Но тут же напряглась. — А ты что, не рад? Хочешь мальчика? Да?
— Мне всё равно… Только если дочка в тебя пойдёт, ох и хлебнём мы с тобой горя!
Не выдержала и стукнула Руслана в плечо.
— Можно подумать, что если в тебя пойдёт, то пай-девочкой будет?
— Конечно.
— Не обольщайся, Романчук! Ты тот ещё упрямый баран! — стукнула мужа ещё раз. Несильно. Просто из вредности.
— Кира, лучше скажи, зачем ты всё это затеяла? Смотри, чем всё обернулось… Откуда в тебе такая тяга к экстриму? Чего тебе в жизни не хватало?
— Всего мне хватало. Почти всего… — вздохнула и шмыгнула носом. — Вот и хотела: всё или ничего.
— А если бы осталось одно ничего? Что тогда?
Я снова расплакалась и прикрыла лицо руками. Всхлипывая и яростно дыша, собралась с мыслями и дерзко посмотрела в лицо Руслану. Кажется, сейчас я действительно понимаю, где ошиблась. Стало страшно.
Вцепилась в Руслана, обняла его и вновь зашмыгала носом.
— Прости меня, слышишь? Я такая дура! Прости! Я же не нарочно! Я же не знала! Я же…
— Сколько лет прошло, Кира, — Руслан стиснул меня в объятиях. Фыркнул мне в макушку и звонко поцеловал. — А ты не меняешься, всё такая же неисправимая егоза! Нет! Я буду с этим решительно бороться. Никаких плюшек! Всё строго и по графику. Твоё чувство юмора надо исправлять: шуточки получаются несмешные. А ещё и опасные для здоровья. Как для психического, так и физического.
— Ты теперь мне это до гробовой доски вспоминать будешь?
— Угу, и внукам расскажу.
— Так ты простишь меня? — с надеждой посмотрела на Руслана, сделав большие и жалобные глаза. — Да?
— Посмотрим на твоё поведение…
— Я, между прочим, беременна. Со мной нужно нежно и аккуратно. Мне нервничать нельзя.
— Ну вот, теперь до шантажа докатилась. Эх, Кира, Кира… — Руслан усмехнулся и взъерошил мои волосы. — Ты сама большой ребёнок.
— Я не ребёнок! — нахмурила брови и грозно посмотрела на Руслана.
— Ребёнок, ребёнок… Учить тебя надо. Вот с завтрашнего дня и начнём. Будут тебе шуточки…
Руслана прервало урчание моего живота. Громкое такое. Навязчивое. Я даже покраснела от стыда. Может, во мне троглодит поселился? И теперь требует еды?
— Ты не наелась?
— Не знаю… Наверное, как его, пузожитель требует добавки.
— Ты чего-то хочешь? — Руслан откинулся на спинку дивана, утягивая меня следом.
— Ага, — немного упокоилась и громко вздохнула. — Хочу!
Руслан ловко подцепил пальцами мой подбородок. Я, наивно хлопая ресницами, смотрела мужу в глаза. Поцелуй вышел немного смазанным, но таким тёплым и душевным, что по телу прокатилась согревающая волна. Я даже мурашками покрылась. Руслан прижал меня к себе и громко шепнул:
— Какая же ты дурочка, Кира.
— Ты не отстаёшь…
— Да? — удивлённый взгляд меня рассмешил.
— Да. Вольф Мессинг из тебя никакой. Вообще-то, я хотела сосиску, но поцелуй тоже ничего.
— Сосиску тебе нельзя, — Руслан шутливо щёлкнул меня по носу. — А теперь рассказывай, на работе в курсе твоей шутки? Тебе придётся им всё объяснить. Потому что я тоже хочу пошутить. Начнём веселье с твоей редакции.
— Веселье?
— Тебе понравится, обещаю!
В глазах Руслана появились задорные бесята. Я сглотнула ком и подумала, что с чувством юмора у нас обоих плохо.
Профессор кислых щей
Ложка картофельного пюре прилетела Руслану точно в лоб. Он поморщился, смахнул остатки еды ладонью и разочарованно посмотрел на меня.
Шутки шутками, но с работой я буду разбираться после выходных. Когда мама отошла, да ещё после нескольких звонков Руслана и Нины Михайловны, не прийти на ужин было подобно самоубийству. Только вот сегодня в нашу честь было устроено масштабное семейное торжество. Лиза пришла со своими хулиганами. Теперь мы и пожинали плоды этого самого хулиганства.