Когда наши миры сталкиваются (ЛП)

К шести часам по коже бегут мурашки. Мы с Грэмом проводили вместе каждый час между его тренировками по бейсболу и играми, а также посещениями моего врача. Я получила известие, что мне больше не нужен гипс. Пока что мне придется носить прогулочный ботинок. Мне не на что жаловаться. Все лучше, чем передвигаться на этих дурацких костылях.
— Пожалуйста, перестань ерзать! — рявкает Вайолет, выключая радио в машине. — Ты скоро его увидишь.
— Нет, если ты будешь продолжать вести машину, как будто тебе девяносто пять лет, — шучу я, открывая сообщения, чтобы увидеть пропущенное смс от Грэма.
Грэм: «Постарайся сегодня не отвлекать меня, окей? Тренер пригрозил, что больше не позволит тебе приходить на игры после того, что произошло вчера на тренировке».
Мой смех наполняет «мустанг» Вайолет, когда я вспоминаю, как тренер кричал на него из блиндажа. Мы с Вайолет сидели на трибуне и работали над домашним заданием, потому что Грэм потребовал, чтобы я подождала его. Скажем так, после того как Марк начал кричать Грэму, чтобы тот обращал внимание на его сигналы вместо того, чтобы смотреть на трибуны, тренер встал перед тем местом, где я сидела, чтобы попытаться скрыть меня из виду.
Я посылаю ему короткое сообщение с пожеланием удачи. В ответ получаю смс с подмигивающим смайликом. Мы та еще парочка.
— Судя по усмешке, расплывшейся на твоем лице, можно с уверенностью предположить, что прекрасный принц прислал тебе сообщение, — драматически вздыхает подруга. Вайолет на секунду отрывает взгляд от дороги, чтобы взглянуть на мой телефон. Я поворачиваю его к ней и она закатывает глаза после прочтения смс. — Так я и думала. Вы двое отвратительны. Подумать только, я считала, что никогда не увижу того дня, когда кто-то приручит печально известного Грэма Блэка.
— Ты никогда не... вы, ребята, никогда... —спрашиваю я, надеясь, что уже знаю ответ. Я уверена, что все это написано у меня на лице.
— Если бы я это сделала, ты бы знала об этом. Поверь мне, Грэм из тех парней, которыми хвастаешься. — Вайолет удивленно поднимает брови. — Он слишком великолепен, чтобы не поцеловаться и не рассказать об этом.
Я мгновенно краснею, проклиная свою светлую кожу.
— Да, это так.
— О, Боже мой! —кричит Вайолет, чуть не хлопая в ладоши. — Вы двое точно сделали это. Я вижу это по тому, как загорелись твои глаза. Это означает только одно. Ты потеряла девственность с городской шлюхой. Моя лучшая подруга – мисс Женщина!
Вайолет никогда не отличалась утонченностью, и временами я ценю это ее прекрасное качество. Сейчас это не один из таких моментов. Меня не смущает мой выбор с кем потерять девственность и это не имеет никакого отношения к моему смущению. У меня нет такого опыта, как у большинства девушек моего возраста. Я чувствую себя неловко, зная, что Грэм переспал с Бог знает сколькими девушками, а мой опыт начинается с него.
— Как это было? Я помню свой первый раз. Это было больно и длилось максимум две минуты, — признается Вайолет с выражением ужаса на лице.
— Вообще-то это было потрясающе. Даже идеально, — говорю я своей лучшей подруге, которая терпеливо ждет подробностей по выражению ее лица. — Мне не с чем сравнивать, но у меня такое чувство, что в первый раз все было лучше, чем могло бы быть.
— Я тебе завидую, — улыбается Вайолет.
Я знаю, что подруга рада за меня. И еще больше радуется тому, что я не планирую провести остаток выходных, читая книги и работая над домашним заданием.
Мы въезжаем на стоянку у бейсбольного поля, обнаружив, что здесь почти все занято. Вайолет находит место возле забора, всего в нескольких шагах от блиндажа. Грэм уже стоит на питчерской горке, разминаясь, и выглядит как главный герой любой девичьей подростковой фантазии. Я наблюдаю, как он потягивается и наклоняется, его форма идеально обтягивает его фигуру. Он снимает кепку и вытирает капли пота на лбу тыльной стороной руки. Больше мне некуда смотреть. Я вижу только его, как и всегда. У моих глаз словно есть собственный разум, когда дело касается Грэма. Кажется маловероятным, что двое семнадцатилетних способны любить друг друга так, как мы, но я знаю, что чувствую, когда смотрю на него.
 
Как по команде Грэм отводит взгляд от своего кэтчера, и смотрит прямо на меня. Я улыбаюсь ему, и он опускает кепку на место, тайком улыбаясь под тенью козырька. Меня никогда так не интересовал бейсбол, как сейчас. Как обычно, Грэм вкладывает в игру всю душу. Никто не ожидает от него меньшего. Толпа выкрикивает его имя. Я замечаю, что вдоль другого забора выстроились люди с камерами, одобрительно кивая головами. Он родился, чтобы играть в бейсбол и их присутствие является доказательством этого таланта.
Однажды он это сделает. У меня нет в этом сомнений. Все дело в том, как он играет. У Грэма романтические отношения с игрой. Бейсбол – это его религия и способ чувствовать себя живым. Вот почему принять решение в ночь аварии было легко. Он заслуживает того, чтобы показать миру, что его талант никогда не пропадет даром, как у многих до него.
Номер семь из другой команды попадает в линейный привод прямо к питчерской горке. Грэм протягивает перчатку, хватая мяч. Если бы ты моргнул, то пропустил бы спектакль. Крик толпы эхом разносится по нашему маленькому полю.
— Хороший улов, мой парень, — кричу я прежде, чем осознаю, что только что сказала. Вслух... и все услышали. Чувствую, как жар медленно ползет от груди к моему лицу. Вайолет таращит на меня глаза, и ее рот раскрывается в идеальной форме «о». Вот тогда я понимаю, что сделала. Грэм – мой парень, и я только что объявила об этом публично.
— Пожалуйста, убей меня, сейчас же, — шучу я. Это мой единственный защитный механизм. Вайолет качает головой рядом со мной. Я думаю, ей это слишком нравится.
Я вздыхаю, убеждая себя посмотреть на Грэма. Когда я, наконец, это делаю, он смотрит прямо на меня. Я думала, что на его лице будет написано выражение ужаса. Вместо этого его губы растянуты в широкой ухмылке. Он подмигивает мне, быстро выбрасывая последнюю подачу игры, не отрывая от меня глаз. Как будто уже знает, каков будет результат. Грэм уверен в себе и, возможно, немного самоуверен. Он зарабатывает это право, когда на поле. Его последний шаг является доказательством этого, когда судья кричит страйк, а это финал. Вайолет и я прыгаем ликуя, а вокруг нас раздаются радостные крики с трибун.
Грэм подбегает к нам с Вайолет. Вайолет шутливо вытирает уголки моего рта, пока я смотрю на него.
— Привет, моя девушка. — Он сдергивает с себя кепку, надевая ее мне на голову. Она слишком большая и падает мне на глаза. Мне приходится поправить ее, чтобы видеть парня. Поеживаюсь от того, что она мокрая от пота, настолько трудная у него игра. Но я ее не снимаю и наблюдаю за его волнением от победы. — Сохрани ее для меня, ладно?
— Конечно, — обещаю я, подмигивая ему.
— А теперь поцелуй своего парня. — Грэм перегибается через забор, чтобы добраться до меня. Я быстро целую его, но он притягивает меня ближе, обхватывает рукой мой затылок, углубляя поцелуй. Вайолет шепчет что-то о том, что мы отвратительны. Мы продолжаем игнорировать ее. Внезапно Грэм резко отстраняется. Позади него стоит тренер и тащит его за футболку.
— Что это было тренер? — спрашивает Грэм с виноватой усмешкой.
— Прекрати целовать свою девушку. — Тренер притворяется, что падает в обморок от ситуации, насмешливо хлопая ресницами. — Тащи свою задницу в блиндаж. Возможно, ты выиграл игру и девушку, но теперь тебя ждет несколько скаутов. — Мужчина поднимает бровь, ожидая, что Грэм последует за ним. Тренер улыбается мне, прежде чем направиться обратно к блиндажу.
 
— Я обещаю, что это не займет много времени. Мы можем встретиться в ресторане? — извиняющимся тоном говорит Грэм. Я киваю в ответ.
— Идите, впечатлите скаутов, а потом приходите на наше первое свидание, мистер Блэк. — Я улыбаюсь и приподнимаюсь на цыпочках, чтобы поцеловать его в щеку.
Вайолет прочищает горло, прежде чем заговорить.