Когда наши миры сталкиваются (ЛП)

«Видите, я лгу себе».
Мы догоняем Крейга, который не спеша идет рядом с Кеннеди, поддразнивая ее по поводу костылей.
— Чем планируешь заняться после сегодняшней тренировки?
— Я только что говорил с Кеннеди насчет пиццы после тренировки. Пойдете с нами? — выпаливает Крейг.
Прежде чем я успеваю возразить, Аманда соглашается.
— Рассчитывайте на нас. — Аманда целует меня прямо в губы, что для нас впервые в школе. Мы обычно оставляем наши эскапады после школы и на выходные, хотя все знают, что мы встречаемся месяцами. Поступок Аманды меня неприятно удивляет. Я не хочу, чтобы кто-то неправильно понял.
Сегодня вечером мне не хочется куда-то идти. Кеннеди выглядит не слишком взволнованной идеей с пиццей, судя по тому, как она закатывает глаза, когда Аманда соглашается на двойное свидание.
«Подожди, это будет двойное свидание? Это означает, что Кеннеди и Крейг...»
Заставляю эту мысль исчезнуть из головы, прежде чем надумываю слишком много. Я не хочу выставлять себя ревнивым придурком, но когда дело касается Кеннеди, у меня похоже нет особого выбора. Это становилось неизбежным.
Первые занятия и обед пролетают незаметно. К счастью, Кеннеди решает не садиться за наш столик с Крейгом. Она даже не появляется в кафетерии, что меня радует. Я до сих пор не поговорил с ней о произошедшем в субботу, и от того, что я не знаю, что ей сказать, все усложняется.
Наш общий с ней класс становится моим любимым занятием. Мало того, что я действительно стал получать удовольствие от того, что мы изучаем, но и радуюсь возможности видеть Кеннеди. Она не разговаривала со мной всю прошлую неделю. Меня это устраивало. Она не верила, что я способен быть другом. Я снова сажусь рядом с ней. Появляется болезненное чувство счастья, когда Кеннеди смотрит на меня.
— Ты будешь сидеть рядом со мной, пока я что-нибудь не скажу? — Кеннеди смотрит прямо перед собой, делая вид, что интересуется тем, что мистер Стивенсон написал на доске еще до начала занятий.
— Сработало, не так ли? — шучу я, и вижу легкий намек на улыбку на ее лице. Она борется с собой, чтобы не улыбнуться сильнее.
— Я с тобой не разговариваю, Грэм. Я говорю тебе. Есть довольно большая разница.
— Меня все устраивает.
— И почему же?
— Я уже говорил тебе. Я хочу, чтобы мы были друзьями, — объясняю я.
Она не покупается на мои слова. И глубоко внутри я и сам себе не верю. Никогда не видел, чтобы кто-то так закатывал глаза. Боже, Кеннеди очаровательна, когда злится.
Кеннеди поворачивается всем телом, чтобы посмотреть на меня. Она смотрит так, словно то, что видит, может внезапно измениться и вздыхает.
— Чушь собачья, Грэм. Ты не хочешь быть моим другом.
Это меня раздражает. Кеннеди ничего обо мне не знает. Даже если она права, все равно делает предположение о чем-то, о чем она ничего не знает. Что за черт? Может это я просто так на нее влияю. Мне хочется думать, что это так.
— Скажи мне, чего я хочу, раз уж ты так хорошо меня знаешь. Пожалуйста, Кеннеди... Я умираю от желания это услышать! — я поворачиваюсь лицом к классу, и мы заканчиваем.
Что она имела в виду, говоря, что я не хочу быть ее другом? Признаюсь, до несчастного случая я не ломился к ней в дверь, чтобы подружиться, и по ее мнению, только та ночь заставила меня протянуть ей руку дружбы. Ей, должно быть, все это казалось жалким. На данный момент это многое объясняет.
Глава 19
Кеннеди
Разговаривать с Грэмом в классе – тяжело. Но наша встреча не испортит мне вечер. Я решаю дать Крейгу шанс, он кажется достаточно милым. Я глупо соглашаюсь позволить Аманде забрать меня до ужина, так как Грэму и Крейгу нужно будет принять душ после тренировки. Крейг в любом случае не дал мне выбора. Он упоминал об этом в разговоре с Амандой, когда я стояла с ним у его шкафчика после школы.
Быть наедине с Амандой не входит в список моих дел. Она протягивает оливковую ветвь, так что же мне делать? Если Крейг будет настаивать на том, чтобы мы тусовались, то мне придется сделать все возможное, чтобы поладить с его друзьями. Дело не в том, что мы враги или что-то в этом роде, мы просто не друзья.
 
— Итак, ты с Крейгом? — начинает Аманда как раз в тот момент, когда я сажусь в ее машину. Она явно копает какую-то грязь, но я не доставлю ей подобного удовольствия. По сути мне нечего ей ответить.
— На самом деле мне нечего сказать. — Я натянуто улыбаюсь.
— Да ладно тебе! Все видели, как ты поднялась к нему в субботу, так что нет смысла лгать! — ее голос язвителен, Аманда раздражена моими короткими ответами. Я не понимаю, на что она намекает так как и без нее знаю, что не должна была пить в ту ночь.
— Я не вру. Ничего не произошло. Я просто спала в его комнате. Безобидно, — объясняю я в свою защиту.
— Какая жалость, — усмехается она.
Поездка в пиццерию тянется долго. Неловкое молчание словно замедляет время. Я не понимаю, почему мы не едем по короткому пути в город, но не спорю. Это не принесет никакой пользы. Небо ясное, и погода достаточно теплая, чтобы опустить стекло. Аманда предпочитает электромузыку, которую я тоже ценю. Она больше напоминает мне поп-мейнстрим хип-хопа. Может быть, я сужу ее слишком быстро. Звуки «Imagine Dragon» пульсируют по моим венам. Я смотрю на Аманду, пока она ведет машину.
— Что? — она выключает стерео.
— «Imagine Dragons»? — удивляюсь я ее выбору музыки.
— Да, что-то не так?
— Я думала, ты выберешь Ники Минаж, — объясняю я, стараясь, чтобы это не прозвучало как оскорбление, хотя уверена, что это именно так.
— А я-то думала, что ты хорошая девочка, а ты собралась есть пиццу с дьяволом, — Аманда вскидывает идеально подведенную бровь. Она либо пытается запугать меня, либо я не знаю, каковы ее намерения.
— Я хорошая девочка, — снова защищаюсь. — И мне нравится Ники Минаж.
Аманда заезжает на парковку пиццерии, которая находится в стороне от проторенной дороги. Замечаю машину Грэма и грузовик Крейга, припаркованные перед зданием. Девушка выхватывает ключи из зажигания и неторопливо направляется к двери, прежде чем я успеваю вытащить костыли с заднего сиденья. Это должно быть интересно. Если бы я не зависела от этих костылей, я бы пошла домой и пропустила весь вечер.
Вхожу через парадную дверь, не спотыкаясь о собственные ноги, и вижу их троих сидящих в кабинке в дальнем углу, возле одного из больших окон. Крейг встает и забирает у меня костыли. Я скольжу по виниловой скамейке и сажусь прямо перед Грэмом. Он смотрит на меня с едва заметной улыбкой. Ее почти нет, но я знаю, что вижу ее. Мне кажется, что она скорее сочувствующая, чем приветственная. Возможно ему не хочется быть здесь так же сильно, как и мне.
Мы заказываем несколько пицц между разговорами о бейсболе и других драмах в школе, о которых я явно не знаю. Говорит в основном Аманда и я благодарна ей за это. Я понятия не имею, о ком или о чем они говорят большую часть времени. Аманда всегда держит руки где-то на теле Грэма. Раздражает, что она постоянно находит повод провести пальцем по его бицепсу или игриво ударить его по руке. Это действительно работает с парнями? Я пялюсь, не так ли? Почему меня это волнует? Любой может прикоснуться к нему. Это не запрещено. Уверена, что Грэм наслаждается вниманием.
— Ребята, вы слышали о Вайолет и Дэне? Кто-то сказал, что видел, как он входил в лодочный сарай в ее платье, — смеется Аманда.
Моя спина напрягается, когда она говорит о Вайолет. Мне не нравится, когда люди говорят о людях, которые не могут защитить себя.
 
— Это случилось несколько недель назад, — вмешивается Крейг.
Мне неприятно, что Крейг участвует в сплетнях и не нравится, к чему ведет этот разговор. Грэм должно быть замечает мою реакцию. Он наблюдает за мной через стол, пока я стараюсь не обращать внимание на разговор.
— Как будто вы никогда не делали ничего подобного? Я помню время, когда ты была совершенно голой на заднем сиденье пикапа Тимми после довольно пьяной ночи. Ребята, не заставляйте меня рассказывать о ваших прошлых неосторожностях. — Они посылают в сторону Грэма смертельный взгляд, приказывая ему заткнуться. Крейг сильно сжимает кулаки.