Танцующая в неволе (СИ)

Вот интересно, чего он опасался больше – связаться со шпионкой или с нечистью? Но обстановка к шуткам не очень располагает, и я предпочитаю не озвучивать свой интерес.
– И к каким целям ты идёшь?
– О, их несколько, и одна из них банальна – заработать кучу денег. Об остальных тебе знать необязательно, но к тебе они не имеют никакого отношения.
По выражению лица Влада я поняла, что мой ответ его не удовлетворил. Но уточнять он не стал, а задал следующий странный вопрос:
– А ты действительно Диана? В смысле, имя настоящее?
– Да, я действительно Диана, меня так назвал дедушка, мамин отец. Он дождался моего рождения, подарил мне имя и умер. Мама говорила, что он был замечательный и очень умный – профессор лингвистики, знал восемь языков. И мама знала три языка, но французский был её особенной любовью.
– Твоей тоже?  
– Да, французский язык я учила параллельно с русским, и говорить начинала сразу на двух языках. Я очень люблю Францию, наверное, эта любовь передалась мне с молоком матери.
– Любишь больше, чем Россию? – в вопросе сквозит ревность истинного патриота.
– Не знаю, – честно ответила я. – Когда покидала Россию, то скучала очень, мечтала вернуться, но в Париж я влюбилась сразу и теперь очень скучаю по нему. Но ведь я решила вернуться на Родину, значит, Россию я тоже люблю. Наверное, не меньше, чем Францию.
– Расскажешь, как жила во Франции?
– Слушай, а ты сам-то точно Влад? Ведь я о тебе знаю ещё меньше, – припечатала я его.
– Так ведь ты ничего обо мне не спрашиваешь, и я думал, что тебе совсем не интересно,  – проговорил Влад со смущённой улыбкой.
А ведь и правда – мне было абсолютно неинтересно и вчера, и неделю назад, но сейчас пора хоть что-то узнать о своём будущем муже. Поэтому, заткнув слабое бормотание моей совести, и откинув прочь извинительные расшаркивания, я изрекла:
– Ну теперь-то, раз ты в статусе моего жениха, я должна о тебе кое-что знать. Например, почему в свои тридцать ты до сих пор не женат?
– Возможно, я ждал тебя все эти годы, – с хитрой улыбкой ответил Влад, но, заметив скепсис на моём лице, добавил: – Жена от меня ушла пять лет назад, точнее, улетела. Полетела отдыхать в Доминикану и нашла себе нового мужа. Теперь живёт в Америке и, кажется, счастлива.
– А ты счастлив?
– Уверен, что гораздо больше, чем она и чем кто бы то ни был – ведь у меня есть ты. А такая женщина на свете в единственном экземпляре. Я везунчик!
А вот я совсем не уверена, что ему повезло.
Но задерживаться на лирической теме я больше не стала и ударилась в генеалогию. Итак, я выяснила, что Влад из семьи потомственных военных и сам просто чудом не слился с погонами, но нашёл в себе силы противостоять семье и бросить военную карьеру, за что до сих пор не получил прощение отца. Ближайшие предки Влада – все коренные москвичи и считают это очень значимым фактором. Его мать – бывшая малоизвестная актриса с замашками великосветской дамы, а сейчас домохозяйка и хранительница семейного очага. А сам очаг находится в центре Москвы. Выяснилось, что у  Влада есть старшая сестра, которая замужем за его лучшим другом Русланом, именно тем Русланом, с которым я имела удовольствие познакомиться сегодня утром.
Расспрашивать Влада слишком дотошно я не стала, и он не захотел грузить меня лишними подробностями своей биографии. А для меня на данном этапе полученной информации было более чем достаточно. Ещё неизвестно, пригодится ли.
Официантка незаметно материализовалась рядом с нашим столиком, быстро заменила две пустые стопки на полные и поставила перед нами салаты и мясную нарезку. На закуске настояла я, так как не хотела наблюдать, как рядом с трезвой мной возмутительно быстро пьянеет мужик.
– Диан, может, ты тоже расскажешь немного о своей семье? Это было бы справедливо, – предложил Влад.
Я не стала ломаться и с удовольствием рассказала Владу о своей маме, о любимых танцах и несостоявшемся Олимпе. Упомянула о бабке Эльвире, которая  ненадолго взяла на себя заботу обо мне после смерти мамы. Рассказала и о нашедшем меня совершенно неожиданно французском дедушке. Правда, я умолчала о его социальном статусе, обозначив лишь, что дед был небедным человеком, дал мне хорошее образование и не обделил наследством. Я не скрывала, что жила подолгу во многих странах, изучала языки и усиленно практиковала полезные для меня навыки. Но я не упомянула о наличии других родственников, не стала рассказывать о своих друзьях и о моей нежной привязанности к ним. Казаться этому мужчине уязвимой и хоть сколь-нибудь ранимой не входило в мои планы.
 
Влад уговорил уже третью стопку коньяка и теперь жадно слушал меня, не прерывая. В его глазах поблёскивали хмельные искорки и отражались все эмоции. Губы его то кривились в недовольстве, то расплывались в улыбке. Он не отвлекал меня, пока я не закончила своё повествование.
– Так что, у тебя совсем никого нет, никаких родственников? – во взгляде Влада читалось сожаление и растерянность. – Диан, но такого не может быть, кто-то точно есть у тебя, надо поискать только.
Возможно, сейчас в его глазах с меня слегка осыпался образ железной леди, но выглядеть несчастной сироткой, одиноко блуждающей в поисках чьей-то нежной заботы и надёжного покровительства, я не намерена.
– Искать никого не следует, милый, родственники по маме остались, но мы друг в друге никогда не нуждались. Это совершенно чужие мне люди и закрытая тема. – Сказано это было таким безапелляционным тоном, что Влад как-то сразу осознал и принял мою позицию.
– Диан, – он сверлил меня изучающим взглядом, – прости за вопрос, но сколько тебе лет?
Я видела, что ему очень неловко и это  позабавило.
– Вообще-то, я была уверена, что ты уже всё посчитал, простая ведь математика, Владик. Мне двадцать восемь, – ответила я, с удовольствием наблюдая за реакцией своего мужчины.
– В голове не укладывается, хотя посчитал, конечно, но на язык никак не ложилось. Ты ведь как девчонка совсем, – Влад так внимательно меня разглядывал, будто пытался отыскать следы древности.
– Ты так говоришь, словно я уже в преклонном возрасте и должна выглядеть, как курага сушёная, – я надула губы и изобразила возмущение.
– Нет, я в восторге. На самом деле, ты невероятная, – с восхищением ответил Влад и поднял рюмку с коньяком. – За тебя, богиня.
Пока мой суженый вливал в себя очередную порцию алкоголя и лениво ковырял вилкой в салате, я осмотрела маленький зал. Сейчас помещение было заполнено, и спокойную фоновую музыку разбавлял нестройный звук голосов, преимущественно девичьих.
– Диана, тебе хорошо со мной в постели? – спросил Влад, заставляя меня отвлечься от созерцания зала. – Ты обещала отвечать честно.
– Или не отвечать вовсе, если вопрос мне не понравится, – язвительным тоном напомнила я ему. – А ты сам-то как думаешь, мне хорошо?
– Это был мой вопрос.
Я возвела очи горе – ну всё, горючее оккупировало мозг и выжгло здравый смысл.
– Владик, мне с тобой очень хорошо и в постели, и в ванной, и на полу, но с трезвым. Так что ты закусывай давай, а то я не собираюсь тащить на себе пьяницу.
– Тебе и не придётся,  – мой захмелевший блондинчик широко улыбнулся и с аппетитом накинулся на еду.
По такой реакции я сразу поняла, что Влад задал свой главный вопрос и теперь, когда его перестали терзать сомнения, аппетит проснулся, и настроение заметно подпрыгнуло. Ну что ж, прекрасно.
****
–Малыш, – Влад стиснул меня в крепких объятиях, преградив путь к автомобилю, – а в машине тебе со мной будет хорошо? Проверим наши чувства прямо сейчас?
– Да ты пропил свою скромность, шалунишка, – игриво ответила я и погладила его основной орган чувств. Даже свозь грубую джинсовую ткань чувства внушительно выпирали и рвались наружу. – Может, потерпим до первой брачной ночи, мм?