Запрещенные письма (ЛП)

— Ты был прав, Тайтон.
— Я всегда прав, но о чем ты говоришь?
— Твои руки отлично подходят для массажа. Мне нравится.
— Хорошо.
Он продолжал массировать меня, а потом спросил тихим голосом:
— Насчет массажа внутрь и наружу. Ты хочешь, чтобы я это сделал?
Его руки поднялись выше, и что-то странное начало происходить с моим телом.
— Это странно.
— Что «это»?
— Только что я почувствовала щекотку.
Я рассмеялась: мне показалось глупым, что я так реагирую на массаж, который до этого делала сотни раз.
— Ты имеешь в виду, когда я сделал вот так? — Он крепко ухватил меня за внешнюю сторону бедра, а другой рукой скользнул вверх по внутренней стороне бедра, чтобы остановиться в миллиметрах моего самого чувствительного места.
— Ощущения совсем другие, когда ты это делаешь. Может быть, это потому, что я для тебя не просто еще один клиент.
— Черт возьми, ты не просто клиент.
— Я пытаюсь использовать это для книги. Я думаю, Дейдра и Марк могли бы начать с массажа, который перерастет в нечто большее.
— Это было бы горячо.
— Я просто не уверена, что жители Родины восприняли бы это правильно. Я имею в виду, что массаж настолько распространен и несексуален у нас, что читатели просто могут ничего не понять.
— Даже если его рука поднимется так высоко? — рука Тайтона остановилась на пути вверх, кончики его пальцев коснулись моих трусиков.
— Ты ничего не делаешь, только прикасаешься к ткани там. Может быть, мы лишены чувствительности, но я чувствую, что потребуется гораздо больше, чтобы моя аудитория почувствовала во всем этом эротику.
— Тогда он мог бы снять с нее трусики.
— Я не думаю, что это имело бы значение. Люди всегда остаются голыми во время массажа дома.
— Что, если бы он сдвинул ее трусики в сторону, вот так? — я почувствовала, как Тайтон пошевелил пальцем под тканью моих трусов.
— Я не знаю.
Его дыхание изменилось, и он стал смелее, крепче сжимая мои бедра и раздвигая мои ноги.
— А что, если бы он попробовал ее на вкус?
Моя бровь приподнялась, и я продолжала смотреть на него.
— Попробовал на вкус?
— Да, попробовал ее, — сказав это, он поднес палец ко рту и облизал его медленным движением.
Волна того, что могло быть только чистым возбуждением, пронзила меня.
— Они бы этого не ожидали.
— Тогда почему бы Марку не повернуть Дейдру вот так…
Я не сопротивлялась, когда он развернул меня, и не пыталась прикрыть грудь. Я просто слушала, как Тайтон продолжил:
— …и не вылизать ее.
Его взгляд блуждал по моему телу, горя желанием, и, как в какой-то сцене из старинного романа, он обхватил руками мои бедра и притянул меня к себе. Он дал мне достаточно времени, чтобы услышать возражения, но когда их не последовало, наклонил голову и поцеловал мою тазовую кость.
Я пообещала себе, что запомню все удивительные эмоции, которые испытала.
— Подожди.
Снова подняв голову, Тайтон выглядел недовольным, как будто его отрывали от любимого блюда.
— Я думаю, что это могло бы сработать, но разве не странно, что Марк делает это с ней, даже не поцеловав?
— Массаж включает поцелуи?
— Нет, но он не включает и это. — Я указала на него у себя между ног. — Они могли бы поцеловаться чуть раньше, прежде чем дойдут до этого момента.
Он посмотрел на мои трусики и, казалось, собрался отодвинуться.
— Ты просишь меня остановиться?
— Нет, я прошу тебя поцеловать меня… в качестве исследования для книги.
Двигаясь вверх по моему телу, Тайтон опустился на меня сверху и посмотрел мне в глаза.
— Просто для протокола. Ты можешь думать об этом как об исследовании, но я не собираюсь.
Подняв руку, я провела ею по его подбородку и закрыла глаза, когда он прижался своими губами к моим и задержал их там на несколько секунд. Меня много раз целовали родственники и друзья, но поцелуй Тайтона был другим, и нервные окончания на моих губах отреагировали восхитительным чувством любопытства и удовольствия. Как раз в тот момент, когда я подумала, что он собирается закончить наш поцелуй, он вместо этого углубил его и лизнул мою нижнюю губу.
 
Еще одно покалывание между бедер заставило меня раздвинуть ноги шире, чтобы он мог устроиться между ними. Тайтон надавил немного выше, и хриплое рычание вырвалось из его груди. Удивительно, но это пробудило во мне какой-то первобытный инстинкт. Открыв рот, я впустила его язык внутрь. Его слова о том, что он делает это не для исследований, в сочетании с ощущением его веса на моем теле, его языка, скользящего по моим губам и кружащегося вокруг моего языка, создавали ощущение разрушения всего представления о мире, которое я имела до этого.
Кто знал, что поцелуи могут быть такими приятными?
Это было почти так, как будто в жизни существовало другое измерение, где одиночеству и боли не было места.
Словно боясь, что он перестанет целовать меня, я подняла ноги и обхватила ими его талию. Стон Тайтона сказал мне, что он почувствовал это, и он ответил тем, что запустил руки в мои волосы и сильнее прижался ко мне.
Наши поцелуи становились все боле страстными по мере того, как Тайтон становился все более требовательным. Мне нравилось, когда он переходил от поцелуев в губы к уху и вниз по шее к груди, как будто хотел попробовать и почувствовать каждую частичку меня.
Звук экстаза вырвался из горла Тайтона, когда он начал целовать и посасывать мою грудь.
— Боже, это лучший день в моей жизни.
Подняв руки вверх в знак капитуляции, я наслаждалась, наблюдая, как он играет с моими сосками, будто открывая их для себя. Он сдвинул мои груди вместе и ткнулся носом между ними, прежде чем лизнуть и пососать еще немного. Все это время я спрашивала себя, как вышло, что я перешла от страха перед ним к чувству полной безопасности за такое короткое время.
Мне не хватало его губ, и я потянула его обратно.
— Мы еще не закончили целоваться.
Эти слова воспламенили его, и Тайтон наклонил голову и подарил мне глубокий и чувственный поцелуй, который был похож на приглашение еще раз потрогать, лизнуть и пробовать на вкус самую интимную его часть. В ответ я крепче обняла его за плечи и встретила его язык своим. С бьющимся сердцем я отдавалась ощущению того, как наши тела сливаются, а дыхание становится единым. С тихим стоном я выгнула спину, прижимаясь к нему.
— Черт! — тело Тайтона дрожало от желания; он поцеловал меня со свирепой страстью, которая изгнал все тревоги и печали из моего разума.
— Да. — Позволив своим рукам скользнуть по его сильным плечам и спине, я закрыла глаза. Это только усиливало каждый звук и прикосновение.
— Это похоже на брачную ночь. — Переместив свое тело вверх, Тайтон перенес вес на мой живот, и это заставило меня открыть глаза и ахнуть.
Ощущение его члена, давящего на меня через трусы, было похоже на бомбардировку эрогенных зон.
— Почему мы не знали об этом? — прошептала я.
— Не знали о чем?
— О том, насколько хорош секс?
Он укусил меня в шею, и прикосновение его зубов было восхитительным и эротичным.
— М-мм.
Это было блаженство — быть так близко к нему. Наши тела будто настраивались на что-то большее, мы нашли ритм, двигая бедрами взад и вперед.
Я не хотела, чтобы это заканчивалось, но мне было трудно дышать.
— Ты раздавишь меня, — простонала я ему в рот.
Плавным движением Тайтон перевернул нас и оказался подо мной. Его руки лежали у меня на спине, и он повернулся ко мне, закрыв глаза.
— Черт… это потрясающее чувство.
Положив руки ему на грудь, я увидела, как напряглась его челюсть и покраснело лицо.
— Черт возьми, Девина, ты не знаешь, что делаешь со мной.
— Тебе нужен перерыв? — я надеялась, что он скажет «нет», но его грудь поднялась и опустилась, и внезапно он поднял меня и снова перевернул на спину. Не спрашивая, он просто снял с меня мокрые трусики, раздвинул мои ноги и поцеловал внутреннюю поверхность моих бедер.