Запрещенные письма (ЛП)

— Я не могу поверить, что моя маленькая девочка — уже невеста, — прослезилась она.
— Ну, она не станет невестой, если мы не двинемся с места. — Уильям отодвинул свой стул. — Мы с Тайтоном уберем со стола, а вы трое — собирайтесь. Выезжаем через час.
Глава 18
Женщина и ее маскировка
Тайтон
Когда я увидел Девину в следующий раз, она превратилась из двадцативосьмилетней женщины в подростка со сросшимися бровями, в очках и мешковатой одежде.
— Неплохо, — мой отец скрестил руки на груди. — Девин, так?
— Да, меня зовут Девин, — голос Девины звучал по-другому, потому что она сделала его глубже и темнее.
Повернувшись ко мне всем телом, мой отец пожал плечами.
— Думаю, что это может сработать. Что ты на это скажешь?
Я был впечатлен маскировкой, но все еще опасался всего, что могло пойти не так.
— Да, это должно сработать.
Мы полетели на турнир на моем беспилотнике. Они были дорогими, и не многие могли себе их позволить. Когда мы с братом три года назад участвовали в турнире Старр, мы дали друг другу обещание. Если бы Старр выбрала одного из нас, проигравший бы купил другому беспилотник в качестве утешения.
Фредерик получил невесту и состояние. Я получил беспилотник, как и было обещано.
— Ох, это так мило. — Девина держала руки сложенными на коленях, пока оглядывала беспилотник.
Уилма, которая, понятное дело, привыкла к этому, устроилась поудобнее, поджав под себя ноги и повернувшись к Девине.
— Это правда, что на Родине нет дронов?
— Есть, но мы не используем их для обычных перевозок. Мы используем углеродно-нейтральные автомобили и автобусы, чтобы передвигаться, и, конечно, велосипеды.
— Но как насчет долгих поездок?
— Ну, для нас, обычных людей, есть лодки, скоростные поезда и самолеты. Но для дальних путешествий потребуется много энергетических очков.
— Что такое энергетические очки?
— Это своего рода система вознаграждения. Мы включаемся в нее с раннего детства. Например, когда я училась в школе, у нас в каждом классе было по три стационарных энергетических велосипеда. Школа питалась от электричества, которое вырабатывали мы, ученики, а избыточная мощность передавалась в соседний общественный дом.
— Дети крутили педали во время занятий? — я наморщил лоб.
— Не все одновременно, но некоторым было трудно долго сидеть на месте, поэтому их поощряли кататься на велосипеде, слушая или читая книгу. Другие делали это, пока участвовали в дискуссионной группе. Нам не нужно было ехать быстро, достаточно было просто не останавливать велосипед; у нас было десять с лишним классов, по три велосипеда в каждом, так что создание достаточной мощности не было проблемой. В любом случае, энергетические очки даются каждому человеку, который вносит свой вклад. Это еще и мотивирующий фактор для посещения энергетических центров. Мы можем создавать силу с помощью бега, езды на велосипеде, гребли, танцев и других форм движения.
— А что, если ты не сможешь? Или не захочешь? — спросила моя мама.
— В таком случае энергетические очки можно купить. Но у нас редко бывает, чтобы не нашлось никакой работы.
Мой отец наморщил лоб.
— По-моему это похоже на принудительный труд.
Девина выглядела совсем по-другому со своими большими бровями и очками.
— Мне нравится. Это отличный способ получить экологически чистую энергию и в то же время дать людям почувствовать, что они помогают обществу. Я уверена, вы согласны с тем, что дальнейшее загрязнение планеты допустить нельзя.
С тихим смешком мой отец наклонился ближе.
— Похоже, там даже в туалет сходить просто так нельзя.
Девина услышала его и ничуть не обиделась.
— Можно, конечно… но только в назначенные для вас дни внесения удобрений. Все фекалии собираются для целей удобрения.
— Что?! — мой отец резко откинул голову назад. — Тебе и по-большому сходить без графика не дадут?
Едва заметная улыбка заставила губы Девины изогнуться.
 
— Дьявол, — мой отец засмеялся и покачал головой. — А я-то думал, что у людей по ту сторону стены нет чувства юмора. — Он поглядел на нас. — Девина хорошо меня подловила.
— Девин, — поправила его Уилма. — Будет лучше, если мы будем называть ее Девин, чтобы сразу привыкнуть.
— Хорошо. — Папа поднял руку, давая понять, что понял.
Моя мама наморщила лоб.
— Я все еще не понимаю, что жители Родины имеют против дронов? Зачем вам использовать автомобили и велосипеды, когда вы можете летать?
— Мама, это как-то связано с тем, что они отвергают технологии, — заметила Уилма поверх чашки с чаем. — Они боятся того, что произошло во время Токсичной войны. И предпочитают все как можно более естественное.
Девина кивнула Уилме.
— Да, верно. Мы не стремимся к технологическим прорывам. Что для нас важно, так это жизнь, имеющая цель.
— Цель… например, как? — спросила моя мама.
— Мы заботимся друг о друге, и наша цель состоит в том, чтобы каждое поколение оставляло планету чище, чем она была у предыдущего. Большая часть мира все еще непригодна для жизни из-за загрязнения и радиации, но мы очищаем океаны и ручьи. Один из членов нашего Совета сравнил это с уборкой после вечеринки, на которой ты даже не присутствовал.
У моих родителей была куча вопросов к Девине, но мне было трудно сосредоточиться, ведь ответственность за ее безопасность лежала на моих плечах, как две тяжелые свинцовые глыбы. Я был защитником, сколько себя помню, но сейчас все было по-другому. Девина не знала наших обычаев и ожиданий. Она не знала бы, как разобраться в ситуации, и уже доказала, придя сюда в первый раз, что любопытна и любит риск.
Мы наконец прибыли к полю, на котором были сооружены десять огромных арен для боев, и я дал над ними большой и медленный круг.
— Рада, что нам разрешено приземлиться в VIP-зоне, — тихо пробормотала моя мама, прижавшись носом к окну.
— Это потому, что это мой турнир. — Уилма выпрямилась во весь рост. — Я единственная, кто может это сделать. Ну, за исключением короля, конечно.
— Кстати о нем. — Я понизил голос и посмотрел прямо на Уилму. — Держись на расстоянии. Просто кивни и улыбнись, но ни при каких обстоятельствах никуда с ним не ходи.
Сморщив нос, она фыркнула.
— Фу, с чего бы мне куда-то с ним ходить? Он такой мерзкий.
Я чувствовал на себе взгляд Девины, но объяснять, насколько сумасшедшим и непредсказуемым был наш король, пока был не готов.
Мы с папой вышли первыми и помогли выйти маме и Уилме.
— Девина. — Я взял ее за руку, когда она последней вышла из беспилотника. — Обещай, что не сделаешь ничего глупого.
Меж ее бровей образовался треугольник.
— Например, чего?
— Например, того, из-за чего меня могут убить.
Глубоко вздохнув, она покачала головой.
— Я обещаю делать все, как ты скажешь.
— Хорошо. — Я должен был отпустить ее руку, но связь между нами, когда я прикасался к ней, и мы оба смотрели в глаза друг другу, заставляла мое тело покалывать от возбуждения.
— Я…
Она подождала, пока я закончу фразу.
— Прости, но мне нравится прикасаться к тебе. — И чтобы смягчить свои прямые слова, я легко рассмеялся.
Девина еле заметно улыбнулась.
— Это потому, что это ново и, в общем-то, запрещено для тебя, тебе не кажется?
— Вы со мной? — позвала Уилма, и, заперев беспилотник, мы поспешили за ней, пока я думал о вопросе Девины.
«Неужели мое влечение к ней возникло только потому, что я не могу прикасаться к другим женщинам?»
Нет! Ответ пришел тут же. Даже сейчас, когда Девина была одета как капризный подросток, мое тело реагировало на нее. Было что-то в ее характере и манерах, в том, как она глядела на меня каждый раз, когда наши глаза встречались. Девина не была девочкой-невестой. Она была женщиной примерно с таким же жизненным опытом, как и у меня. Она познала радость и пережила ужасную потерю. Она была сложной и раненой внутри, но в то же время очаровательной и красивой. Если быть честным с самим собой, она занимала мои мысли утром, днем и ночью с тех пор, как я ее встретил.