Я так хочу (СИ)
Берри не объявлялся. Она наврала про осведомлённость и рассылку. Никто не отчитывался перед ней. Она не знала – в стране ли муж вообще! Искать через знакомых унизительно, а "Гугл" среди мусора и сплетен не выдал ни один достоверный факт. На прошлой неделе Стренжерсы участвовали в прямом эфире вечернего шоу, давали интервью для музыкального журнала. Но без Кристофера. А между тем, папарацци ежедневно ловили его в клубах Ибицы, в казино Монако, на вечеринке его бывшей звукозаписывающей компании в Дубае. Одновременно. И в разных точках земного шара. Лина изнывала от неопределённости. Настроение менялось ежесекундно – скатывалось от гнева к отчаянию и снова взлетало к гневу. Она пихнула кулаками руль: муж обязан с ней жить четверть месяца, нравиться ему или нет!
Кипя негодованием, она набрала номер миссис Берри, придерживая телефон плечом и нетерпеливо отсчитывая тягучие гудки. В конце концов, она потребует выполнение брачного договора. Её банкиры давным-давно погасили долги Стренжерс и Кристофера в частности. Именно Мария настояла на правовых отношениях, так пусть блюдёт выполнения контракта не только Линой, но и сыном!
– Милая, – изумилась миссис Берри, выслушав сбивчивое заявление, – вам с ним совершенно негде жить. Малюсенький коттедж за городом, который я видела, совсем не подходит для семьи с детьми. Нужно заняться поисками уютного гнездышка. Я помогу тебе. На прошлой неделе знакомый риелтор, как раз говорил о выставленном на продажу отличном ранчо в районе озера Тахо, и он советует присмотреться к роскошному имению в нижней части Бель Эйр. Необходимо срочно все осмотреть, пока цены настолько привлекательные. Это долго не продлится, поверь.
Сбитая с толку, Лина замолчала. Подобная мысль не приходила в голову. Перед глазами всплыла гостиная с фисташковыми шторами, маленькая спальня над розарием – простая на грани аскетизма. Лина представила высокую фигуру Берри в узком кресле, обитом бледной тканью в розовый цветочек, длинные руки свисают с подлокотников, согнутые колени упираются в кофейный стол... Хмыкнула от абсурдности зрелища и потёрла лоб, признавая правоту Марии – дом в Ньюпорт-Бич был её. И Яна. Он не подходил Кристоферу и детям. Губы тронула смущённая улыбка, но Лина их быстро поджала и холодно напомнила миссис Берри, что её сын за три недели ни разу не позвонил.
– Будь снисходительнее, милая, – попросила Мария. – У него съёмки во Вьетнаме. Процесс был долго заморожен и техническая группа изо всех сил пытается наверстать упущенный график. Это сложно. А в той глуши, где они поселились, просто дикие условия и отвратительная связь. Кит даже мне не звонит.
Лина сдалась. На душе посветлело: теперь она знает, где он. Упираясь локтями в бедра, она подпёрла кулаками щеки, давая волю воображению. Ранчо, имение?.. Она попыталась представить себе место, которое Кристофер захочет назвать "дом". Перед внутренним взором вспыхнули стремительные зарисовки: не стеснённая дверями и перегородками бесконечность, воздух, свет, невидимые контуры только вверх, глаза слепит мрамор, ладонь холодит сталь и стекло; мужчина за роялем аккомпанирует глубокому голосу, отбрасывает со лба непослушные, почти черные волосы, в которых запутался закат, влезший через распахнутое окно...
Грудь стеснило. Лина простонала сквозь сжатые зубы. Она хотела этот дом! Знала, что обматывается и не сдержалась: подчинилась желанию на несколько секунд, пока наваждение не рассеялось. Медленно выдохнула, завела мотор и, следя за дорогой, набрала номер Сандры. Лина решила купить не просто имение, а дом грёз, в котором будет одна супружеская спальня. Общая, – ядовито подумала она, мчась в сторону Западного Голливуда, полюбоваться особняками.
Выбирать домашний очаг, не ограничиваясь суммой, оказалось захватывающим приключением. Лина бросила следить за временем, почти безболезненно пережив очередное одинокое Рождество и трёхмесячное отсутствие известий от Берри. Снова замужем и снова одна – это становилось обыденным.
В компании свекрови она изъездила престижные районы Эл-Эй вдоль и поперёк, осмотрела десятки домов в Беверли-Хиллз и Бренвуде, старинных особняков в Пасифик Палисэйд, съездила в Санта-Барбару и добралась до ранчо на озере Тахо. Перед глазами мелькали пресыщенные собственным великолепием вилы одна роскошней другой. Мария благосклонно улыбалась, глядя на чудеса современной архитектуры. Но Лина тяготела к классическим формам. Так же, как Ян. Их вкусы гармонично переплетались, дополняя друг друга – они всегда смотрели на одно и выбирали не сговариваясь. Но миссис Берри качала головой, высоко поднимая соболиные брови:
– Что ты, милая, – она внимательно осматривала очередной фасад, – это все, не то. Кит не выносит многослойности и напыщенности.
– Но это вовсе не напыщенно, – пыталась спорить Лина, глядя на деревянные окна серого двухэтажного дома в колониальном стиле, распахнутые над квадратным газоном и садом, с регулярной планировкой идеально стриженных вечнозелёных кустов.
– Возможно, – рассмеялась Мария, беря под руку. – Но, ты плохо знаешь моего сына. Будь его воля, он поселился бы в гараже: твёрдый пол, звуконепроницаемые стены и усилители с гитарами. Уверенна, отсутствие потолка он заметил бы, только испортив дождями реквизит.
– Когда он увлёкся музыкой?
– Как и все подростки в средней школе. Мучал все что могло трещать, завывать или скрипеть.
– Почему он выбрал гитару?
– Ммм?.. Не знаю, – рассеянно проговорила Мария, снимая очки и задумчиво покусывая дужку. – Может, потому что она компактная? Он брал её на съёмки. – Неожиданно синие глаза чуть расширились и вспыхнули восторгом. – Придумала! Нужно позвать на помощь Лео! Она просто антипод своего брата. Всё что отвергнет, придётся по душе Киту. И на нашу удачу, как раз завтра она прилетает из Нью-Йорка.
Миссис Берри развернулась и поманила к себе сухопарого агента с вытянутым лицом. Мужчина скромно маячил неподалёку, готовый в любую секунду включиться в переговоры.
– Эван, милый! Эти дома не подходят. Мы хотим осмотреть что-то более эксклюзивное и современное, – она нагнулась к Лине и весело шепнула. – Как же я забыла, что дочь не выносит модерн! В отличии от Кристофера, презирает функциональность.
Подпадая под утончённое обаяние миссис Берри, Лина со всем соглашалась. Очарованная Марией, она любовалась её красотой, застывшей, словно вне времени, наравне с эстетическим удовольствием от вида шикарных домов. Она была благодарна ей за неожиданную поддержку и тайное сообщество, почти простив её роль в коммерческом браке. Лина неутомимо осматривала всё, что та считала нужным осмотреть, готовая любить что угодно, только бы радовать маму Кристофера.
На пятый день приезда Леопольдина шумно отвергла дом в Малибу, выстроенный на вершине горы среди кактусов и агавы. Конструкция тёмно-серого камня и стекла, разработанная швейцарским архитектором, гармонично врезалась в горный пейзаж. Шесть спален и девять ванных комнат вырастали из скалы, нависая над заливом Санта-Моника и, казались, сформированными ветром и солнцем, напоминая дело рук позднего Гауди.
Внутренний минимализм и хай-тек в совокупности с натуральными материалами скрадывал углы. Создавалось ощущение единого пространства, но при этом земного, без намёка на офисную стерильность. Двухуровневая гостиная с камином, отделанным мраморной плитой до потолка, стеклянными стенами и тёмным мозаичным полом Балтийского камня – налево перетекала в просторный обеденный зал; направо – в бильярдную; затем растворялась в полумраке домашнего кинотеатра, в большой кухне, комнатах для прислуги, бесчисленных гардеробных и в винном погребе. Крытый бассейн на нулевом уровне, объединённый со спортивным залом и СПА-зоной, соединялся с открытым прямоугольным бассейном на заднем дворе у террасы. Прозрачная лазурь воды дрожала, как зыбкое небесное марево над аквамарином океана. Два теннисных корта в тени фруктовых и оливковых деревьев, гараж на десять машин и тридцать акров земли окружали высокие стройные пальмы, которые вечером утопали в серебристо-фиолетовой иллюминации.