Волчья осень (СИ)

– Ты что, хочешь рассказать это Каращуку? – удивлённо переспросила Маша. Ну правильно, она-то не слышит нашего с Иксенией ментального разговора. – Это исключено, они всё испортят! И потом мы с тобой окажемся у них в руках.
Вот ведь вредина, а.
– Маша, дорогая моя. Ты точно никуда не идёшь. Если я пойду, то без тебя – ещё не хватало…
И, не договорив, наткнулся на Машин взгляд. Даже не сразу понял, что он мне напомнил. Потом сообразил – конечно же, тогда, рано утром у меня в кухне, когда она просила взять её с собой в Волково.
– Серый Волк, ты ведь собирался отправить меня домой? – спокойно и очень холодно спросила девчонка.
– Да. Как только найду ключ, – я не нашёл ничего лучше, кроме как сказать правду. В конце концов, Маша это и так знает.
– Ключ есть, – спокойно сказала девчонка. – И я уверена на двести процентов, что он сработает. Хоть прямо оттуда, когда решим все здешние проблемы.
Наверное, если бы меня ударили по голове знаменитым пыльным мешком, я не был бы так ошарашен:
– Маша, дурочка ты моя дорогая! Если ты знаешь, каким должен быть ключ – я готов, бегом, домой! Тебе не место здесь, сколько же можно…
– …Мной рисковать? – вопросительно закончила за меня фразу Маша. Дождалась моего кивка и добавила: – Сколько нужно.
И продолжила уже более спокойным и рассудительным тоном:
– Понимаешь, Серый Волк, я впервые чувствую, что могу что-то сделать. И правда полезное. Так давай пойдём и сделаем это! Если мы сейчас сбежим – Колледж набросится на город. По тому, что ты рассказал – получается, уже набросился. Люди погибнут. Может, много людей. И те, кого ты знаешь, могут погибнуть. Твои друзья. Ты думаешь, я смогу когда-нибудь спокойно уснуть в мягкой постельке, если знаю, что всё это из-за того, что я просто решила сбежать? К тому же, знаешь, это ведь и мой город!
Я не выдержал, задрал голову к небу и то ли заорал, то ли завыл – долго и заунывно. Голову сдавило, опять пошло ощущение адреналина, и я с трудом заставил себя заткнуться – стоял, чувствуя, как отпускает ощущение полного аута.
Блин. Вот же проклятая девчонка. И она не отступится, тут и к бабке не ходи. И нет Юрки, на которого можно было бы это всё свалить.
Может, Иксения поможет?
Я глянул на Ксюшу и очень ясно понял – нет, не поможет. Именно по той причине, о которой она и говорила.
Не вмешиваться в дела людей.
Иксения подошла, взяла меня за руку тёплой, мягкой ладошкой. Едва коснувшись, поцеловала в щёку с подпалённой щетиной:
– Всё у вас получится, Сергей. Поверь мне. Вдвоём вы сможете то, что мало кто сможет.
Я взял Иксению за плечо, чуть грубовато повернул к себе – она не противилась, только смотрела своими зелёными глазищами.
– Спасибо… Ксюша. И… скажи, что означает твоё имя на… на вашем языке?
И почему-то совсем не удивился, услышав:
– Надежда…
Мы с Машей шли по развезённой дороге быстрым шагом – точнее, конечно, настолько быстрым, насколько позволяла раскисшая проезжая часть и заросшие обочины. Виковщина давно уже скрылась за поворотом, вокруг стеной стоял тихий и мрачный лес, но страха не было ничуточки – ни у меня, ни у Маши.
Мы шли, и я говорил. Вываливал Маше всё, на сей раз уже без оглядок. И про кровь волка, и про то, как выталкивал машину на Двугорье, и про схватку на стадионе с фальшивым Юркой, и как экспериментировал с серебряной пулей, и про Каращука с булавкой. Про подавитель магии в бывшем кинотеатре, про Колтырина, про допрос, про доппеля на узле связи.
И про свои соображения насчёт того, кто именно стоит за всем происходящим.
Маша шла как заведённая, упрямо стиснув зубы, и почти всё время молчала, лишь изредка переспрашивая по делу. Лёгкий ветерок трепал её волосы, на которых почти не осталось зелёной краски – шапку или капюшон девчонка надевать отказалась, да я и сам шёл с непокрытой головой. Болталась туда-сюда пола Машиной куртки, оттянутая наганом в кармане – я куртку, оказывается, схватил в квартире вместе с ним. Иксения заверила, что метка колдунов с куртки уже сведена, да и вряд ли в Колледже был ещё один кристалл для слежения – потому что тот, что колдуны принесли с собой в Виковщину, сейчас лежал у меня в кармане.
 
Всё, абсолютно всё казалось неважным, кроме возможности проникнуть в Колледж.
Когда мы уже вышли на старый перекрёсток у Кикино, я остановился, в упор посмотрел на Машу:
– Точно не передумала?
– Нет, Серый Волк, – спокойно ответила девчонка. – И не напоминай больше. Пошли, разберёмся с этим раз и навсегда.
Мы прошли вдоль деревни, я машинально помахал дежурным на башнях у ворот. Дальше дорога стала лучше – лужи, конечно, но хоть грязищи нет. Доложат ли на Северный КПП Вокзального по телефону? Впрочем, нам всё равно – просто для верности мы с Машей решили подойти к Колледжу как можно ближе.
Вот и КПП. Я глянул на часы – четверть двенадцатого. Идти осталось всего ничего – и полкилометра не будет.
КПП прошли спокойно и буднично, и я ещё раз убедился – меня не ищут. Проверили документы как всегда, колдун посмотрел ауры, сверили номера оружия, вписанного в карточку… Скорее всего, в Управе и правда уверены, что я погиб при взрыве. Ну что, есть небольшая фора – значит, нас не ждёт и Колледж, можно подбираться ближе. Кристалл у меня наготове – если что, просто хватаю Машу в охапку и открываю пробой прямо здесь…
Не понадобилось – и слава Всевышнему.
Попросив у дежурного ручку, я набросал несколько слов и попросил дежурного отзвониться в Управу минут через двадцать, если до этого времени не произойдёт чего-либо серьёзного. Дежурный посмотрел удивлённо, прочитал написанное, озадаченно приподнял бровь, но сказал, что позвонит. Вот так – пусть он думает, что тут есть завязка на какие-то события, хотя на самом деле главным для меня было – чтобы орлы Каращука не помешали нам войти в Колледж прямо сейчас. Нам нужно максимум минут пятнадцать…
Мы остановились у перекрёстка с очередной улицей, у пустующего кубообразного павильона с заколоченными огромными окнами и полустёртым названием «Стимул» на фасаде – видимо, ещё одно здание, так и оказавшееся ненужным в новых условиях. Длиннющая улица когда-то пересекала весь город, уходя влево, на Болото, но сейчас её преграждала стена, смыкающаяся тут со стеной стадиона, на котором совсем недавно – и так давно! – проходила наша «встреча на высшем уровне».
Колледж – вот он: Советская чуть изгибается влево, и деревянное двухэтажное здание отлично видно, до него полтораста-двести метров.
Отойдя за здание «Стимула», я убедился, что патрон в карабине дослан. Чуть помешкав, вытащил амулет Иксении из-под майки и перевесил его поверх куртки – вот прямо так, демонстративно. Сейчас придётся решать дела своим умом, а не Ксюшиной помощью. Крепко обняв Машу, уже вытащившую наган, сосредоточился, сжимая в руке кристалл. Ну, наводись, родной, на своего хозяина…
Почти сразу рывком сдавило виски, перед глазами помутнело, потянуло запахом, похожим на дым – есть, открывается пробой! Вот он, ключ, работает – значит, получится, обязательно получится… Шаг!
Пол ударил в подошвы, я еле удержался на ногах – но всё же устоял. Качнувшись и расставив ноги, рядом встала Маша. Помещение незнакомое.
Но очень знакомые лица.
  
Глава 31. 22 октября, воскресенье, полдень
 
Первое, что я увидел – Соколов, неторопливо, почти демонстративно допивающий содержимое пробирки – зеленоватую жидкость. Полностью, до дна.
Зал большой, незнакомый – впрочем, где я вообще бывал в Колледже, кроме мастерских и кабинета Бурденки? Скорее всего, бывший спортзал – вон, даже на вытертых дощечках пола сохранилась спортивная разметка. Высокий, почти в три этажа, наверное, с полсотни метров в длину и метров двадцать в ширину, окна высоко от пола. В одной из торцевых стен дверь – запертая, скорее всего, в другой – проход куда-то. Но более чем уверен, что там тоже тупик.