Кино, масоны и любовь (СИ)

— Прекратите кудахтать. Я в порядке. Как я смогу пользоваться Даром? Что для этого нужно?
— Я открыл все ваши энергетические каналы. Как пользоваться вашим Даром смогу рассказать только в теории. У меня другие способности.
— Какие?
— Не перебивайте. Мы же уже договорились, что в наших с вами отношениях инициатива будет исходить исключительно от меня. То, что вам можно и нужно знать — вы узнаете, а то, что не нужно — нет. Не пытайтесь выведать, вам это не удастся. Продолжим?
Я нехотя кивнула.
— Для того чтобы воспользоваться своим Даром, вам нужно просто расслабиться и попытаться настроиться на собеседника. Вы почувствуете его эмоции и чувства. Мысли, к сожалению, вы не читаете, впрочем, вам этого и не требуется, эмоций вполне достаточно. А вот, чтобы внушить человеку то, что нужно вам, делаете все с точностью наоборот. Я думаю, что вам это не составит большого труда — вы же актриса. Ваши энергетические каналы открыты, Дар у вас сильный, поэтому не переусердствуйте. В течение вашей встречи с Брайсом достаточно просто внушить ему влюбленность и желание вас видеть. Приглашение от него вы уже получили, поэтому никаких лишних вопросов задавать не нужно. Поговорите на отвлеченные темы. Договаривайтесь на посещение виллы на ближайшее время. Перед поездкой я подробно вас проинструктирую.
— Есть, шеф, — дурашливо пропела я.
Фрид вздохнул.
— Пойдемте, горе мое, уже поздно. Вам надо сегодня хорошо отдохнуть.
***
Второй поход в «Монмаранси» обещал быть интересным. Я, несмотря на предостережения Фрида, все утро пробовала использовать свой Дар. Сначала на Милене: представила себя маленькой девочкой, вспомнила, как мы прыгали со своими сверстниками со стены в стог свежескошенного сена, как играли в дворовые игры, как звонко смеялись над всякой чепухой. С улыбкой подсмотрела, как моя полная домработница, улыбаясь, напевает себе что — то под нос и даже несколько раз, думая, что ее никто не видит, пробует прыгать на одной ноге.
Стефан уже с утра начал надоедать мне, поэтому, я потянулась к нему своими эмоциями. Расслабилась. В душе всколыхнулось какое — то отвращение — к еде, к запахам, к яркому свету, а еще я почувствовала страшную жажду и голод.
— Милена, — негромко позвала я, — принеси мистеру Голдену большой графин воды с лимоном и льдом. И приготовь ему, пожалуйста, завтрак посытнее.
— У меня уже все готова, — счастливо по — детски улыбнулась наша домработница. — А еще я напекла для вас блинчиков, мистер Голден. Вам клубничный джем или сметану?
— Сметану, — буркнула наша «гениальность». — И воды с лимоном побольше.
— Прошу вас, мистер Голден, — Милена просто лучилась задором.
Я откинула от себя негативные эмоции Стефана. Снова расслабилась и представила себя на берегу моря: вот я плыву, вот подныриваю, погружаюсь с головой в прохладную освежающую воду. Мне хорошо и спокойно. Я чувствую себя сильной, энергичной, сосредоточенной. Мне хорошо! Подтолкнула этот клубочек чувств к Стефану и открыла глаза.
Наш режиссер с удовольствием поедал завтрак и делал комплименты Милене. Та, похохатывала в ладошку. Идиллия!
Голден переключился на меня. С удовольствием потянулся, сыто сощурился.
— Любовь моя, я просто был в шоке от суммы, которую этот Брайс отдал за ужин с тобой. Я начинаю ревновать. Габи, детка, ты же будешь благоразумна? Я, конечно, не идеал верности, но все мои залеты были по пьянке, ты же знаешь? Ни одной женщине, кроме тебя я не сказал, что люблю ее.
— Да, Стефан. Это очень благородно с твоей стороны. Я не в претензии, ты же знаешь. Мы уже не раз говорили об этом. Между нами творческо — деловые отношения, иногда скрепляемые дружеским сексом. И не обязательно говорить мне о любви. Когда закончится эта съемка, мы поговорим обстоятельнее на эту тему, а сейчас мне надо собираться. Этот магнат отдал кучу денег за ужин со мной, мне не хотелось бы его разочаровывать. У меня на очереди СПА — салон и визажист, парикмахера приглашу на дом. Шел бы ты прогуляться, сегодня не будет ничего интересного. Завтра расскажу, как прошел ужин.
 
— И хотелось бы во всех деталях. Кстати, я не буду против, если у вас один раз будет с ним секс. Хотелось бы узнать поподробнее из первых рук, так сказать, как у них мультимиллиардеров все там устроено. А, кроме того, Габи, любовь моя, можно тебя попросить об одном одолжении?
— Ты уже и так должен мне по гроб жизни. Что еще?
— Я слышал, что Брайс напрямую не общается с обычными смертными. Я уже пробовал. Его график расписан надолго вперед, а тебе выпала такая счастливая возможность. Какой я молодец, что не отпускаю тебя от себя. Ты приносишь удачу, крошка.
— Стефан, не томи. Что надо узнать у Брайса? Или о чем — то попросить? Деньги на новый фильм?
— Нет. Деньги достанет Сэм Фрид. Хотя деньги лишними не бывают. Просто, на этом приеме, я пытался навести мосты с Теодором Баррингтоном, но он грубо отшил меня, даже общался через губу, — с обидой в голосе выговаривал мне Стеф. — А от Беррингтона очень много зависит в кино — и премии, и новые заказы, и продвижение в карьере. А вот если Брайс скажет ему при случае пару теплых слов обо мне, наше сотрудничество будет у меня в кармане. Теодор как собачонка смотрел на него на благотворительном вечере.
— Понятно, Стефан, ты как всегда образец дальновидности и практицизма, — иронически констатировала я.
— Да, любовь моя, я такой. И не будь я таким, мы не достигли бы таких высот.
Стефан опять сел на любимого конька и принялся вспоминать, сколько и чего конкретно он сделал, прежде всего, для моего благополучия.
Я представила, что опаздываю. Очень опаздываю. Мне срочно нужно на съемочную площадку, и послала импульс Стефану. Он беспокойно заерзал, вскочил и забегал по комнате.
— Душа моя, я совсем забыл, мне срочно нужно к Алеку. Он начал просмотр отснятого материала. Я ухожу, не забудь о нашем разговоре.
А Дар-то, действует!
ГЛАВА14
В «Монмаранси» я была вовремя. Все повторилось. Я назвала фамилию приглашающего, метрдотель склонился почти до самого пола и повел меня опять в отдельный кабинет. Габи! Да ты создана для отдельных кабинетов!
Сегодня обязательно попробую поэкспериментировать с Брайсом. Посмотрим, как он будет объясняться мне в любви. Даже не представляю, чтобы эта глыба говорила нежности. Настроение стремительно поднималось.
В кабинете я оказалась одна. Подошедший официант проинформировал меня, что мистер Брайс просил предупредить о своем опоздании и приносит за это извинения.
Я прошла к уже сервированному столику. Вино, бренди, джин (я внутренне хмыкнула — неужели олигарх собрался напоить меня?) фрукты, несколько видов сыра и букет черных орхидей на столе. Как он узнал? Сюрпри — и–и — з!
Присела, мне налили бокал красного вина. Я сидела и смотрела в окно на огни большого города. Замечталась даже.
Открылась дверь, и в кабинет стремительной походкой вошел Ирвин Брайс.
— Я приношу свои извинения за опоздание, — сухо на ходу бросил он мне. — Знаете, бывают такие дела, которые просто невозможно отложить.
— Да, знаю. Вы занятой человек, и я не обижаюсь.
— Благодарю за понимание.
Ирвин уселся напротив меня, сам налил себе бренди, отсалютовал бокалом и углубился в меню.
За столом воцарилось молчание. Он так долго смотрел в это меню, что мне стало интересно — а умеет ли он читать? Фыркнула своим мыслям.
Брайс, наконец, поднял голову, в его серо — голубых глазах плескался лед.
— Что вас так рассмешило? — замороженным голосом спросил он.
— Просто подумалось: отдать пять миллионов долларов только за то, чтобы съесть стейк и помолчать. Вам не кажется это странным?
— Не хотите стейк, давайте закажем рыбу.
— Здесь чудесная форель, — сорвалось у меня с языка. Сказала, а потом подумала, что зря я это сделала.
— Вы уже были в «Монмаранси»?
— Да, приглашал один из поклонников, — уклончиво ответила я.
— Ну, да. Ну, да. Глупо было бы думать, что я первый такой.