Боги, пиво и дурак (СИ)
— Держись! — крикнул я, плюхнувшись на пузо в траву и протянув ему руку.
Берн поспешил на помощь. Он крепко схватил меня за ноги, и теперь можно было смелее толкнуться с надежной земли дальше в пыль.
Я пытался поймать руку Эрика, но в этот момент край трещины окончательно обвалился.
Короткий громкий вскрик — и бедный парень вместе с этой двинувшейся лавиной сорвался куда-то вниз, а меня самого с головой накрыло земляным потоком.
Берн потащил меня прочь от дыры, и я вынырнул из пылевого потока, кашляя и отплевываясь.
Мы сидели на краю дыры в глубь земли, над которой медленно оседало пыльное серое облако.
А парня, стоявшего здесь только что, больше не было.
Внутри меня все сжалось. К горлу подкатил тугой комок.
Я смотрел на зияющий черный пролом и не верил своим глазам.
Ведь так не бывает, чтобы был человек — и вдруг сразу нет… Или бывает?..
— Подстрахуй, чтоль? — буркнул Берн, подбираясь еще ближе к краю. — Эй, Графыч! Графы-ыч!
Я озадаченно уставился на Берна.
— Думаешь, он живой?
— Ну знаешь, если он с таким источником умудрился помереть от простого падения, как последний дурак, то я о нем даже жалеть не стану, — фыркнул Берн, склоняясь над проломом.
Я даже глаза закрыл, готовясь услышать вердикт.
В моем немагическом сознании падение в пропасть мало совмещалось с жизнью.
— Ох ты ж ни хрена себе!.. — присвистнул вдруг Берн. — Ты только посмотри, что там!
Я подполз следом за ним к краю и заглянул в черную бездну…
Которая оказалась вовсе не такой уж черной.
В глубине пролома виднелось какое-то помещение. На земляном полу, засыпанном серой пылью, желтым светом горели пузатые масляные фонари, освещая силуэт Эрика, пытавшегося подняться, и загадочно поблескивающие медными углами потемневшие сундуки.
— Эй, ты живой там? — крикнул я, не веря своим глазам. — Эрик, ты как?..
— Живой! — донесся из глубины искаженный эхом голос. — Кажется…
Он, наконец, смог оторвать пятую точку с кучи земли, поднял голову вверх и махнул нам рукой.
— Вы-то там как? Ничего? — крикнул он нам.
— Ты чего натворил-то такое? — спросил я, чувствуя, что улыбаюсь от уха до уха. — Устроил, блин, из площадки черную дыру…
— А дыра-то занятная, — проговорил Берн, стараясь заглянуть как можно глубже в пролом. — Слышь, Графыч, а что там за сундуки такие? Можешь открыть?
Эрик, потирая одновременно ушибленный зад и голову, проковылял к одному из сундуков и осмотрел его.
— Нет, он заперт на два замка!
Берн тихо выругался и крикнул ему:
— Так отопри! Или землю проломить мощи хватило, а пару замков — кишка тонка?
Эрик ответил ему из пролома гулким, раскатистым голосом:
— По-твоему, я похож на мерзавцев, берущих чужое?
— Да я же не предлагаю тебе красть! — возмутился Берн. — По крайней мере, пока что… — пробормотал он себе под нос. И уже громко добавил:
— Но посмотреть-то хотя бы можно!
— Тебе надо — ты и смотри! — неожиданно резко отозвался Эрик. — Я даже мараться не буду.
— Как по мне, так он прав, — заметил я. — Особенно если учесть масляные лампы.
— Какие еще лампы? — раздраженно отмахнулся от нас Берн.
— Которые здесь кто-то зажег, — многозначительно ответил я. — К тому же, подземелье находится прямо под тренировочной площадкой, и вряд ли это совпадение. Так что хранилище наверняка принадлежит школе. И лазить по этим сундукам — так себе идея. Как в карманах у Януса пошариться…
Тут снова раздался голос Эрика, но уже с совсем другой интонацией:
— Слушайте, а тут еще и дверь какая-то!..
Еще и дверь?
Мы с Берном переглянулись.
Вот честно — в сундук запертый я б точно не полез. Но шариться по карманам — это одно, а вот на костюмчик взглянуть — уже совсем другое.
— Стой пока на месте, не ходи никуда! — крикнул Берн Эрику и со всех ног бросился к куче хлама.
Я понял его идею без слов и поспешил на помощь.
Мы копались в битых тыквах, соломенных чучелах и мешках, пока не нашли два приличных мотка веревки.
— Как думаешь, столбы крепко вкопаны? — спросил я у Берна.
Тот усмехнулся.
— Я слышал байку, что на самом деле тут почти целиковые сосны вкопаны. Старшие ученики рассказывали.
— Да ладно? — удивился я. — Зачем так сурово-то?..
— Да вроде как два года назад местные таланты на заднем дворе разломали здание кухни. Нечаянно. Вот магистр Ян и лютовал. Говорят, даже всех своих подмастерий в школу вызвал.
— То есть раньше подмастерья в школе не жили?
— Так они и сейчас здесь не живут. Дежурят по двое… — Берн проверил, как я затянул веревку, и мы двинулись к пролому в земле. Потом на всякий случай скинули вниз два ученических меча и осторожно сползли вслед за ними по жалобно поскрипывающей и похрустывающей веревке.
С замиранием сердца я осматривался по сторонам и вдыхал царивший в подземелье аромат. Он чем-то напоминал сандал и корицу, будто в этих сундуках хранились пряности. Просторную земляную комнату перегораживала деревянная стена, в которую была врезана небольшая округлая дверца.
Я будто попал в компьютерную игру. И вот впереди подземелье, а у меня в качестве оружия только стартовый железный меч и левел, скорей всего, неподходящий…
А Берн все кружил над сундуками, которых здесь оказалось не меньше десятка. Все они выглядели одинаково: здоровенные, тяжелые, сделанные из темного дерева и, судя по древесине и потемневшему металлу, довольно старые.
— Что ж там все-таки хранится-то, интересно? — кряхтел Берн, бряцая навесными замками.
— Золото, оружие — да мало ли что? — равнодушно отозвался Эрик. — В любом случае, все это не наше.
— А вдруг там запечатанные конструкты?..
Эрик только головой покачал.
— Берн, ты же взрослый человек. Ну какие еще запечатанные конструкты? Не бывает на свете таких книг!
Я насторожился.
— Какие такие конструкты?
— Да легенда есть, — пояснил мне Эрик. — Якобы великие древние демиурги создали множество сильнейших конструктов и запечатали их в книги. Такой подарок для ленивых — книжку открыл и тут же стал премудрым.
— Подозреваю, он вообще-то не про книги тебя спрашивал, — с недоброй усмешкой проговорил Берн, покосившись на меня. — А про конструкты, в буквальном смысле.
— Тебе еще не надоело цеплять его? — неожиданно строго осадил товарища Эрик.
— Вообще-то на этот раз он прав, — вынужденно признался я. — Я действительно не знаю, что такое конструкты.
Тадам!
Теперь они оба смотрели не на сундуки, и не друг на друга. Они вытаращились на меня.
— Охренеть, — проговорил Берн. — Он даже такого не знает! И этот чудак — ученик военной школы?
Эрик медленно перевел взгляд на Берна.
— Думаешь, мы со всем своими познаниями более удачное приобретение? Ты тренажер подпалил, я площадку сломал. Прям-таки мастера конструктов.
Графыч обернулся ко мне и, четко выговаривая слова и без единой запинки пояснил:
— Конструкт — это последовательность инспирального перераспределения энергии и поступательность ее всплесков во внешний мир с целью создания некоего явления или предмета в плоскости реального мира. Теперь понятно?
Я кашлянул.
— Э-ээ… Да, теперь вообще все ясно стало, — брякнул я, иронизируя то ли над Эриком, то ли над самим собой. — Ты прямо создан для университетской кафедры! Сопромат читать. У тебя даже интонация характерная.
— Не знаю, какой такой мат ты имеешь в виду, но по поводу того, кто для чего создан, лучше никогда не шути, — нахмурился Эрик, оборачиваясь к таинственной запертой двери. — Предназначение — слишком тонкая материя, и для большинства — слишком личная, чтобы обсуждать вслух.
Я задумчиво почесал затылок, Где-то не так давно я уже что-то слышал про предназначение. То ли от Яна, то ли от зеленого. И тоже как-то мельком, в разговоре.
Но разбираться с этим вопросом сейчас было как-то не вовремя, тем более что Эрик уже подошел к низенькой двери и осторожно толкнул ее внутрь. И та легко отворилась, приоткрывая проход в следующее помещение.