Очень дорого сердцу (СИ)
— Все еще льёт? — поинтересовалась я.
— Как из ведра. Алечка, спасибо тебе, навела чистоту как в больнице. — Марина оглянулась вокруг, а я направилась в свой отдел. — Алевтина, подожди-ка минутку.
Хитро улыбаясь, она вышла из отдела следом за мной:
— А ты чего такая спокойная? Ведь у тебя свидание вчера было или я ошибаюсь? Что, всё так плохо?
Засыпав меня вопросами, Маринка уже не улыбалась, а участливо вглядывалась мне в лицо. Я еле сдерживалась, чтобы не рассмеяться, но, сохраняя на лице серьезное выражение, сказала:
— Какое свидание, Мариночка? Всего лишь кофе выпили.
Маринка, вконец сбитая с толку, только часто моргала, пытаясь собраться с мыслями. Но, увидев, как я улыбаюсь, снова затараторила:
— Ну тебя, Стрельцова. Никогда не поймёшь, шутишь ты или серьёзно говоришь. Рассказывай, как вечер прошёл?
— Давай позже. У тебя, кстати сказать, покупатели топчутся.
Мы разошлись по отделам и вовремя: через минуту в магазин вплыла наша Мадам в очередном ошарашивающем костюме. Проходя мимо наших отделов, она даже головы не повернула. «Выше — только звёзды!» — мелькнуло у меня в голове.
Обедать мы обычно ходили по очереди, потому что наш Салон работал без перерыва. Маринка и Оля договорились с другими девочками, чтобы мы смогли сегодня поесть втроём. О чём мне и сообщила Маринка, нетерпеливо переминающаяся возле меня с чашкой.
— Аль, пойдём чайку попьём, передохнём немного.
— Пойдём, — усмехнулась я, — всё утро ж мешки ворочали.
— Ну что, ты, в самом деле, — не унималась Маринка, — эмоциональный отдых тоже нужен. Стоим как две куклы, улыбки дежурные нацепили, с самого утра не присели. У меня от такой работы не то что спину, мозги сводит.
Мы направились со своими чашками в подсобку, которая служила нам сразу и раздевалкой, и столовой, где на маленьком столике нас ждала тарелка с несколькими кусочками торта.
— По какому поводу банкет? — Маринка указала на сладости.
— Здесь недалеко магазинчик открыли — всякую вкуснятину продают, — объяснила Оля, — вот я и решила пробу снять. Если понравится, будем постоянными клиентами.
— Так и растолстеть недолго на тортах и пирожных, — сказала я.
— Ой, кто бы говорил, — хором ответили девочки.
— Да я же о вас беспокоюсь. Ведь потом запоёте: этого не ем, у меня диета.
Мы наполнили чашки ароматным чаем, если вообще возможен ароматный чай из пакетиков. Свои обеденные порции (кто-что принесёт называются) съели молча и быстро, чтобы больше времени осталось на чай и болтовню соответственно. Пирожные были действительно вкусные, а главное свежими, и мы единогласно решили баловать себя сладеньким, но только через день.
— Хватит есть, лучше рассказывай, — снова пристала ко мне Маринка, — я истомилась уже от ожидания.
Две любопытных пары глаз уставились на меня, не моргая.
— В принципе, рассказывать особенно нечего, — начала я.
— Что, всё так плохо? — теперь уже Оля с беспокойством всматривалась мне в лицо.
— Не перебивайте, Алька специально всех интригует, — «успокоила» Марина.
Я поняла, что они не отвяжутся, и, вздохнув, начала рассказ:
— Мы посидели в кафе, выпили по чашке кофе, поболтали о всяких мелочах, а потом Демид отвёз меня домой. Вот и всё.
— Нет, подруга, так не пойдёт. Ты мариновала меня всё утро, чтобы отделаться двумя словами?! В общем, если не хочешь рассказывать, так и сказала бы с самого начала, не нужно было обещать.
Честно признаться, я даже растерялась от такого напора.
— Марин, Оль, вы конечно можете обижаться, но я действительно не знаю, что вам ещё рассказать. Вы лучше вопросы задавайте.
Девчонок словно прорвало, я еле успевала «отбиваться». К тому времени, как все пирожные были съедены, а чай выпит, картина вчерашнего вечера была обрисована полностью, да и Демида разобрали почти по косточкам. Потом стали вспоминать свои свидания, удачные и не очень, конечно не обошлось без обсуждения знакомых.
Я смотрела на девчонок, улыбающихся, наперебой рассказывающих забавные истории, и понимала, что весь этот «допрос» не только из-за праздного любопытства. Ведь в их жизнях, как и в моей, так мало событий, что каждая радость близкого человека воспринимается как своя собственная. Мы просто привыкли делиться своими чувствами, от этого радость становится ещё слаще и больше, а горе менее болезненным.
Глава 5
За час до закрытия пришла моя Ленка. Впрочем, пришла — это мягко сказано: осанка как у балерины, подбородок задрала как можно выше, а в глазах полнейшее равнодушие. Одним словом — статуя мраморная.
— Здравствуй. Мама передала мне, что ты звонила и просила прийти.
Тон у Городовой полностью соответствовал внешнему виду. Да, на этот раз обиделась она сильно, по крайней мере, впечатление такое. Но я знала, как с этим бороться, не зря же мы дружили столько лет. Игра «кто кого перехитрит» началась.
— Ленусь, ты часом не заболела? — участливо уставилась я в лицо подруге. — Выглядишь как-то…странно.
Ленка на секунду опешила, быстро-быстро заморгала, но, собравшись с мыслями, ответила:
— Спасибо за заботу, Аля. Всё в порядке. Лучше расскажи, какой вирус тебя вчера подкосил?
— Ой, Леночка, ты не поверишь! — я замахала двумя руками и затараторила, — вчера такое было, такое было!.. Я познакомилась с одним парнем, он пригласил меня после работы в кафе, а потом отвёз домой на машине…
— Ты серьёзно или придуриваешься?
Городову будто подменили: теперь это была не статуя, а любопытство в чистом виде.
— Так ты на меня не сердишься? — с улыбкой спросила я подругу.
— Расскажешь всё в подробностях, а там видно будет.
— Хорошо, только тебе придется подождать до закрытия магазина.
Я усадила Ленку на стул, а сама вернулась к делам. Подруге сиделось плохо: она всё время ёрзала и пыталась задавать мне всякие вопросы. Закончилось всё тем, что я выставила её из отдела:
— Поброди по магазину, я дебет с кредитом свести не могу.
Я за считанные минуты подбила все цифры и сдала выручку — вот что значит, никто не мешает. Мы ещё не отошли от магазина и на метр, как на меня обрушился град вопросов. Видно Ленке эти пять минут ожидания стоили больших усилий. Я рассказала ей все подробности вчерашнего дня, правда, подруга всё время меня перебивала, задавая всё новые вопросы. В общем, допрос (а по-другому назвать это нельзя) длился всю дорогу от магазина до нашего дома, а плелись мы как черепахи. Попрощавшись возле моего подъезда, мы разошлись по домам, но я знала, что еще не раз за сегодняшний вечер мне придется отвечать на телефонные звонки — у Ленки возникнет еще куча вопросов. Улыбнувшись своим мыслям, я открыла дверь в квартиру. И за что только я люблю эту девчонку?
Выходные пролетели быстро — покупателей много, работы соответственно тоже. В воскресенье Ленка забрала меня после работы, напоминая, что я задолжала ей прогулку. Погода стояла прекрасная и мы, не сговариваясь, свернули к скверу.
— Демид не появлялся?
Я отрицательно покачала головой. Несколько минут шли молча, затем я начала:
— Лен, знаешь, мне кажется он больше не придёт.
— С чего ты взяла?
— Ну, сама посуди. Попили кофе, поговорили, он вообще это затеял с целью извиниться. Это же ни к чему не обязывает. Да и зачем ему такая, как я?
— Что значит — такая?
— Ой, всё! — скривилась я. — Вот только не надо делать вид, что ты не поняла, о чём я говорю. Ни рожи, ни сисек, ни длинных ног, ни жопы, ни денег… Дальше перечислять?
— Я смотрю любишь ты себя… — Ленка покачала головой. — Аль, ты же сама говорила, что он предложил стать друзьями.
— Лен, я реалистка. Зачем мне его ждать? Придёт — хорошо, приятная неожиданность, а не придёт…Значит не придёт.
Городова остановилась, взяла меня за руку и заглянула в глаза:
— Алечка, ты кого сейчас убеждаешь: меня или себя?
Я хотела было возмутиться, но лишь отвела взгляд.
— Лен, я боюсь. Стараюсь не думать о нём, но не получается, даже приснился сегодня… Мне правда приятно было, вот так сидеть с мужчиной в кафе, разговаривать…