Инженер (СИ)
Как мы ни оптимизировали, ни ужимали, но быстрее чем за десять минут один полтергейст не можем построить. Увы.
Каждое утро мы выделяем час и делаем шесть экземпляров. Количество проклятий, которыми снабжает их Света, варьируется в зависимости от её настроения. Каждого шестого делаем с установкой, что если найдёт большой телепорт, то попытается перейти на ту сторону с каким-либо носителем.
…
Для “Акции 100” я провёл перерасчёты. Раньше мы планировали тратить на одного серого мага девяносто восемь мегаджоулей. После экспериментов на мышах решили поднимать уровень до пяти, затем выполнять инициацию, которая снизит уровень до трёх. На каждого человека надо десять мегаджоулей и пять на его инициацию. Итого пятнадцать. Два мегаджоуля — обычный маг, пятнадцать — серый.
Получилось, что мы делаем пятнадцать тысяч серых магов и восемьдесят пять обычных. Это гораздо лучше, чем каждый двадцать пятый.
Для каждого серого надо сделать личный конструкт-хранитель. На них не тратится так много времени, как на полтергейсты, поэтому мы ударно потрудились и сделали их за три дня.
За этим занятием мы впервые достигли энергетического аурного истощения. Где-то три тысячи конструктов способна создать моя аура сейчас.
Ещё сделали пять тысяч конструктов — инициаторов обычных магов. У каждого на борту Синевы будет на семнадцать магов, но пока на всех Синевы не хватает.
В общем, эта толпа сейчас витает на высоте десяти километров и ждёт команды. Если мы погибнем, то команду отдаст конструкт. Ориентировочно в марте будет необходимый запас Синевы. Конструкты сами пополняются сейчас из собираемого запаса. Если никто не остановит процесс, то инициация магов будет продолжать идти по сто тысяч человек приблизительно раз в два года.
Чтобы полтергейсты не убивали “наших” магов, мы сделали идентификационную метку на магов при инициации. Полтергейст видит её внутри ауры и игнорирует такого мага.
После начала акции полтергейсты сами будут расставлять такие метки на магов третьего уровня. Я не хочу, чтобы магов, которые появились сами по себе, коснулась наша кара.
На всю эту агрессивную активность нас сподвигли эльфы, заявившиеся в нашу квартиру. Мы потратили на это месяц. Сейчас конец ноября, по миру уже путешествует около ста пятидесяти полтергейстов, и их количество растёт на шесть штук в день. К марту их будет более шестисот.
Только десять полтергейстов уже ведут активную деятельность. Остальные заняты разведкой и поиском будущих целей. Активизируются тоже в марте. Но те, что перейдут большой телепорт, активизируются немедленно.
Когда наш пыл немного спал, мы вернулись к прерванному плану ограбления шишки. Но Свете пришла в голову идея, и план мы несколько пересмотрели.
…
Илли сидел в домашнем кресле и разговаривал с рожицей на планшете.
— Безопасная сделка! Стопроцентные гарантии!
— И каким же образом обеспечивается безопасность?
— Очень просто! Клиент 1 выполняет свои обязательства по устранению болезни у клиента 2. Если клиент 2 отказывается выполнить свои обязательства, то болезнь ему возвращается в утроенной форме.
Илли задумался.
— Знаете ли, — начал он, — я, вероятно, не подойду вам как клиент. Потому что даже если я буду хотеть, то всё равно не смогу исполнить свои обязательства.
— Почему? — спросил механический голос.
— Дело в том, что вызов элементалей — это умения, которые развиваются с наставником при наличии к тому способностей. У меня таких не было, соответственно, и наставника тоже не было. Я не уверен, есть ли записанная в какую-то книжку процедура вызова элементаля. Но даже если и есть, то вы эту книжку не поймёте: она на другом языке. А с телепортами дело обстоит ещё хуже. Так что всё, что я могу вам предложить, — это бесплатный разговор, который, увы, мне не нужен.
— Мы обсудим сложившуюся ситуацию с командованием и вернёмся к вам с новым предложением или отказом. Оставьте планшет у себя до завтра, либо вам будет отправлена тренога с новым.
— Я говорил, — устало произнёс Илли, — не нужно деревянных треног.
…
— Ну, что будем делать? Судя по всему, он не врёт, — оценил я слова шишки.
— Я бы с ним в любом случае поговорила. Будет какая-то информация — будем думать.
— Тогда надо требовать с него неограниченный разговор. По сути — агентурную работу. Но он может не согласиться, тогда придётся уменьшать требования, а это будет выглядеть плохо.
— Давай составим фиксированный список вопросов, скажем, что по результатам всех ответов можем задать ещё десять. И пусть на них отвечает по одному.
Драко-учитель
— Свет, я уверен, у тебя получится! Попробуй!
— Ты хочешь, чтобы я заставила Риту научить меня плетению “Цветочный Горшок”?
— Именно! Я уверен, это возможно, но я не нашёл способа, как заставить конструкты это делать.
— Почему ты думаешь, что у меня получится? — спросила Света.
— Помнишь мультик “38 попугаев”?
— Да.
— Потому что я верю в тебя! — сказал я голосом Удава.
Честно говоря, я не верил, что у Светы что-то получится, но поскольку я перепробовал все способы, то подумал: “А вдруг?”
Через пять минут Света зашла в комнату и с гордым видом сказала: “Рита, брысь!”, а затем сплела Цветочный Горшок.
— Ну вот, что я говорил! Я знал, что у тебя получится! Рассказывай!
— А что тут рассказывать? Я просто потребовала у неё выйти из ауры, но чтобы при этом я знала это плетение. Она мне сперва что-то пыталась объяснить, но я сказала, что слушать не хочу! Она вышла из ауры, и я сплела Горшок. Вот. Теперь сам с ней разбирайся, как она это делает.
— Когда я учился, то нас возили на военные сборы. Там была казарма, в ней подвал, и в подвале стояли холодильники, в которых хранили еду. Еду привозили раз в пару недель, и мы разгружали её из машины в эти холодильники. Так вот, от машины надо было спуститься с мешком в подвал, пройти два поворота, и дальше в небольшой комнате стоял огромный такой холодильник. На всю стену. Мы всё время недоумевали: как он мог туда попасть, такой огромный? Однажды спросили офицера об этом. Он рассказал такую историю.
Когда этот холодильник привезли, солдаты делали несколько попыток внести его, и у них он не входил в проём ни так ни этак. Командование решило переложить эту проблему на прапорщика, условно, Сидорова (я уже не помню его фамилию). Вызвали прапорщика Сидорова и поставили ему задачу: “Чтобы холодильник к вечеру стоял в подвале!” Затем офицеры ушли обедать, а когда вернулись, холодильник уже был установлен где положено.
Они стали спрашивать: “Как?”, но прапорщик пожимал плечами. Внесли, мол, и всё тут.
Тогда они нашли человека, который видел, как это произошло, и спросили у него. “Да ничего особенного! Прапорщик просто построил взвод солдат, а потом фальцетом закричал: „Внести!“, и они как-то внесли!”
— Ты зачем мне эту историю рассказал? Я что, по-твоему, — прапорщик Сидоров?
— Я просто восхищён! Честно!
Света вздёрнула носик: “Знай наших!” — и вернулась к своим делам. А я стал исследовать запоминание при помощи Драко.
— Драко, оставь в моей памяти это плетение иллюзии, а сам погуляй!
А дальше я плету иллюзию, как будто всегда её плёл! Но чувствую, что где-то есть подвох. Только вот где?
— Драко, дуй назад! Мне нужны все плетения из бабкиных книжек. А теперь погуляй снова!
Я эксперт в области чёрной магии! Но подвох?! Где же он?!
— Не бывает же подобной халявы, — выразил я сомнения Свете.
— Почему? Магия — это разве не подобная халява?
— Но я пятой точкой чувствую, что тут что-то непросто.
Подвох мне удалось обнаружить только на следующий день.
— Свет, а Свет! Иди сюда. Я нашёл! Отправь-ка ко мне Риту! Так. …А теперь сплети Горшок!
— Ой. Я не помню. Вроде бы вот так вот было. …Нет, не помню!
— А давай я попробую тебе подсказывать, а ты будешь вспоминать?
И мы начали исследовать.
Выяснилось, что то, что оставляет Драко или Рита в памяти, остаётся, условно говоря, в оперативной памяти. Можно пользоваться только небольшой промежуток времени. Потом это всё стирается, забывается.