Николай Кровавый. Трилогия (СИ)

Это совсем не смутило моих вояк. Запросили разрешения на организацию артиллерийской подготовки. Ну что же, тут вас тоже ждут сюрпризы. Приказав артиллерийским расчетам "противника" покинуть позиции, я дал гвардейским артиллеристам "добро" на открытие огня. Постреляли. А теперь смотрим на результаты вашей стрельбы. В сопровождении внушительной свиты я посещаю позиции. С первого взгляда понятно, что стрельба велась безрезультатно. Дело в том, что в окопах и землянках вместо людей находились сейчас крепко привязанные овцы.
— Ну что господа, сегодня у нас на обед будет баранина?
Какая там баранина? Если какой баран и помер, то разве что от страха. Огонь артиллерии никого не убил. С тех же землянок только срезана земля на перекрытиях.
— Обращаю ваше внимание господа артиллеристы на то, что подобное уже было при осаде Плевны. Турки, укрывшиеся от огня полевой артиллерии в таких землянках, практически не пострадали. Причина этому надеюсь ясна?
Артиллеристам прекрасно известна причина неэффективности огня полевой артиллерии. При настильном огне иного результата и не будет. Тогда, под Плевной, справиться с задачей могли орудия, способные вести навесным огнем. Такие были. Но это были осадные орудия. Вести из них стрельбу по мелким укрытиям тогда сочли неразумным и дорогим занятием. И вот уже прошло двадцать лет, а ничего не поменялось.
Окопам тоже был нанесен минимальный ущерб. В основном кое где снаряды разрушили напольный бруствер. А находящимся на дне окопов баранам никакого вреда не причинили. Если не считать, что кое-кого из них "кондратий хватил". Ну а проволочным заграждениям и вовсе вреда не причинили. Правда, снарядов было изначально маловато, но все-равно, рушить огнем проволочные заграждения никто не догадался. Как не догадался и подавить обнаружившие себя батареи.
— Ну что же, учения потому и учения, что на них люди учатся. Сейчас вам подвезут ещё снаряды и начнем заново.
  
14. Лаборатория войны
 
Снаряды подвезти — дело не одной минуты. Пока гвардейская артиллерия готовится, продолжаю занятия с гвардейской пехотой. Итак ребята, что вы такого придумали? А придумали гвардейцы щитки, наскоро сплетенные из ивовых веток. Правда, их изготовление было тоже делом не одной минуты, да и выглядели они как всякий скородел, не внушительно. Но что есть, тем и воюйте! В ход учений я внес одно изменение: одна рота от каждого полка засела в окопах и приготовилась отражать атаку своих однополчан. Когда трубачи подали сигнал к атаке, Полки в прежнем боевом порядке пошли в атаку, а засевшие в окопах роты начали отражать её своим огнём. Но это не всё. Во второй линии окопов засели преподаватели военных академий вместе со слушателями. У них сейчас своя забота: хронометраж атаки. Подсчет числа залпов и времени, затраченного на ведения боя. С нашей профессурой у меня тоже накануне был тяжелый разговор. Начался он с того, что я запросил у них "Справочник расчета боевых потерь", при этом прекрасно зная, что такового в природе не существует. Получив вполне ожидаемый ответ, я "искренне" возмутился:
— Господа! Я думал, что у нас есть военная наука. Оказалось, что её нет совсем. Только не стоит говорить мне про то, что во всем мире никто не догадался ничего подобного сделать! Я правлю Россией, а не всем миром! И мне как русскому правителю нет дела до отсталых взглядов belles putes françaises en uniforme militaire. Мне нужны подтвержденные практикой результаты ваших теоретических расчетов! И вообще господа, вы кажется считаетесь учёными? Даже учёные степени имеете? Прекрасно! Значит, вы должны уметь мерить, взвешивать и анализировать. Добро пожаловать на полигоны! Отныне там ваши лаборатории! Кстати, не забудьте прихватить с собой слушателей. Вам ведь нужны лаборанты? Пусть они ими и будут! Берите пример с Александра Гумбольта! Его студенты не в лекционных аудиториях штаны протирали, а помогали ему в лабораториях. В итоге немцы имеют самую передовую в мире науку!
 
Сейчас эти почтенные люди с хронометрами в руках производили необходимые замеры, а помогающие им слушатели записывали данные натурных наблюдений. Другая группа исследователей в погонах должна была провести экспресс-анализ элементов учебных атак. Зачем я это заставил их делать? Честно говоря, я не рассчитывал на то, что справочные данные, рожденные таким образом, будут отражать суровую реальность. Тут иное. Зная о возросших темпах и плотностях огня, мои представители военной науки не выдают никаких рекомендаций по применению новых тактических приемов. Поэтому я заставил их вести наблюдения и разрабатывать методы предварительного расчёта ожидаемых потерь. Я знаю, что даже те значения, которые они получат, заставят их не ждать новой войны, а готовиться к ней настоящим образом. Впрочем, кое-чего я уже добился. Экспресс-анализ первой атаки привел их в изумление. Ожидаемые потери явно зашкаливали. И это без ружейного огня, без огня пулеметов и противопехотных мин. Всего лишь огонь дульнозарядных орудий и барьер в виде колючей проволоки.
И вот после сигнала труб полки двинулись в атаку. На этот раз впереди цепей бегут команды со штурмовыми мостиками в руках. Ну нельзя же так явно! По вам ведь ведется ответный оружейный огонь! И команды унтер-офицеров, требующие сосредотачивать огонь именно на "несунах", я прекрасно слышу. Добежали. Похоже, что вы считаете, что одного мостка на атакующий взвод вам хватит? Я в этом не уверен. Тем более, что сидящие в обороне стрелки уже поняли ваш замысел. Форсирование проволочных заграждений у вас ещё не отработано. Никакой чёткости действий и опять вы скучились. Прекрасные групповые цели для артиллерии! На батареях это прекрасно поняли и опять открыли огонь. Вас пока что "убивают" только на бумаге, но понимать то вы должны! Пока не понимают! Хоть и неуклюже, но перебегают по мосткам и готовы стремительным броском ворваться в первую траншею. Не выйдет! Если перед колючкой трава уже вытоптана тысячами ног, то позади неё она ещё не тронута. А значит, вы не видите второго препятствия на своём пути. Шагов пятьдесят бега и вы влетаете в спиральное заграждение! Малозаметные препятствия — до этого здесь ещё никто не додумался. Про них знаю только я. А потому специально заказал его у немцев, не объясняя при этом, для чего и зачем мне понадобились мотки тонкой стальной проволоки.
— Мне кажется, что сегодня на "отлично" воюют только сапёры.
Услышавший эту фразу, командир сапёров расплывается в улыбке. Мой комплимент ему доставляет истинное наслаждение. Да он не только царской похвале рад. Видно, что он и его офицеры уже оценили результаты не совсем понятной работы, которую пришлось выполнить по моему приказу.
— Ваше императорское величество! Это здорово! Это новое слово в сапёрном деле!
— Увы подполковник! Здесь нет ничего нового. Всё это с успехом применяли американцы во время своей Гражданской войны.
Преодолевать линию МЗП гвардейцы не умеют. А потому растерянно топчутся на месте.
— Передайте: "Атаке отбой!" Всем вернуться на исходные позиции!
А вот и артиллеристы наконец то пополнили боезапас. Удалив с оборонительных позиций людей, я даю "добро" на начало артподготовки. Стреляли долго и старательно, почти до сумерек. В итоге, убили пяток овец. Убитые овцы пошли в котёл "богам войны", за проявленную старательность. А профессора тем временем выдали первый результат по потерям. Если верить им, то две трети личного состава атакующих полков полегло на подступах к первой траншее. При этом ротные опорные пункты представляли собой две линии траншей. А ведь позади них была вторая линия траншей.
— Ваше величество! Но ведь такого просто не может быть!
— Вы сами это считали. Неужели вы не верите своим расчетам?
Профессор жмётся и мнётся как барышня. Ему не верится в то, что война из красивого, хоть и жестокого состязания может представлять собой безобразную бойню. Но ведь собственным глазам он должен верить! Он конечно верит им, но в голове у него с трудом укладывается факт того, что тоненькая проволочка способна таким образом изменить привычный для него мир. И это он ещё не всё видел. В шоке и командиры тех стрелков, что вели огонь из окопов: