Николай Кровавый. Трилогия (СИ)

Дальше объяснять не пришлось. Будучи предпринимателем, Николай Константинович моментом сообразил: имеющему право эмиссии денежных знаков, плевать на то, какие в государстве законы. Ибо теперь настоящим законом становится его мнение. Согласие на участие в этой забавной авантюре я от великого князя получил и после необходимой подготовки, он со своим гаремом покинул Туркестан и отправился в Калифорнию, откуда и прислал мне свой первый отчет о сделаном.
4. Кадры для новой войны
А в Южной Африке пока сравнительное затишье. Лишь в районе Ледисмита еще сопротивляется британские экспедиционные силы. Шансы на то, что их все‑таки сумеют деблокировать, еще есть. Используя опыт войны в Америке, британское командование начало налаживать между Уолфиш‑Беем и Ледисмитом "воздушный мост", доставляя туда все необходимое для продолжения борьбы. С каждым днем, количество доставляемых грузов увеличивалось. В обратном направлении, дирижабли цепляли опознавательные знаки "Красного Креста" и вывозили больных да раненых. Правда перехватывать транспортные дирижабли было некому. Те несколько воздушных судов, что имелись у бурских республик, использовались в основном для разведки и наблюдения. Так что аэромобильные операции стали реальностью этого времени. Что интересно, ведя переговоры о мире с американцами, британцы требуют немедленной передачи положенных им по предварительным условиям 45 дирижаблей. И они начали поступать. Не все сразу, частями, но поступают. Не просто так, а в комплекте к ним идет американский технический персонал. Почему так? А потому что у британцев имеется нехватка собственного персонала. Его конечно можно достаточно быстро подготовить, но островитяне пошли иным путем. Переданные с дирижаблями люди направляются в Уолфиш‑Бей и похоже на то, что назад в Америку их вряд ли вернут.
Есть еще новость: британцы приступили к формированию Первой Королевской воздушно‑гренадерской дивизии. А комплектовали ее вовсе не англичанами и даже не уроженцами доминионов. Рядовой состав – американские негры, которые до этого служили в частях "Черных пантер" на территории Канады. Это должно было быть самое большое в мире соединение ВДВ – 21тысяча человек. Но судя по тому, что британцы потратили не очень много времени на обучение личного состава, эту дивизию намеревались задействовать вовсе не в десантных операциях. Так оно и получилось. "Пантер" перевозили пароходами в Уолфиш‑Бей, а уже оттуда по воздуху перебрасывали в Ледисмит и Бечуаноленд.
Вторую группировку британцы начали создавать на территории Южной Родезии. К моему удивлению, они как то сумели договориться с португальцами о пропуске войск и грузов через Мозамбик. Отсутствие в английском распоряжении гаваней в этих местах, затрудняло организацию морской десантной операции. Именно поэтому, пришлось тратить время на организацию нужной базы в Уолфишь‑Бее и потихонечку свозить туда войска и грузы, да договариваться о военном транзите с португальцами.
– А с чего это португальцы начали пропускать через свою территорию войска воюющей страны?
– Так они сумели убедить португальцев в том, что непризнанные большинством европейских стран бурские республики не могут считаться полноценными государствами, в отношении которых действенны нормы международного права. Ну а Капская провинция и вовсе бунтующая территория. А подавлять бунт, это совсем не то, что вести войну с цивилизованной страной. Поэтому в деле подавления мятежа, цивилизованные страны должны друг‑другу помогать.
– И португальцы не боятся, что мятежники сочтут их врагами?
– Не боятся, ваше величество, ибо все снабжение Трансвааля до сих пор проходит через португальские гавани.
Ну это мы еще посмотрим, стоит ли считаться со слишком широким португальским радушием. Уж чего‑чего, а гаваней отныне у буров хватает. Да и железная дорога, соединяющая Кейптаун с той же Преторией есть в наличии.
 
Пора рейдерам под флагом Капской республики начинать выходить на охоту. В общем, для англичан будет очередная, традиционная для них "Битва за Атлантику", а вернее, ее южную часть. А заодно и за Индийский океан. Хотя назвать это битвой можно лишь в насмешку. Вопросы охраны конвоев были настолько хорошо отработаны, что вряд ли у буров получится нанести противнику неприемлемый ущерб. Тут ожидалась другая трудность. Противник мог позволить себе начать ту же самую крейсерскую войну против буров. Ну да ладно, что‑нибудь и мы придумаем. А пока, пользуясь случаем, я активно начал распродавать остатки "американского заказа". То есть, ту продукцию русской "оборонки", которая была заказана американцами, но в связи с окончанием войны так и не востребованную ими. Речь идет об остатках этих заказов. В первую очередь это касалось 63 мм зенитно‑противотанковых пушек. Часть их удалось продать Леопольду, какую то часть Абдул‑Гамиду и даже целых три батареи купили эфиопы. Так же хорошо расходились 107 мм гаубицы. Естественно, что к этим артиллерийским системам потребовались и боеприпасы. А вслед за этим внезапно возник спрос и на противогазы. Но это вполне объяснимо. Всю войну англичане травили американцев разного рода боевой химией. А теперь, когда война закончилась, военные министерства многих стран вдруг сообразили, что "у короля много" не только кораблей, но и всякой ядовитой гадости, да и средствами доставки ее британцы неплохо обеспечены. И кто его знает, на кого это все в скором времени обрушится. А потому, пошли заказы от португальцев, бельгийцев, голландцев и датчан.
Более того, от датчан, имевших опасного соседа в лице Германии, поступил заказ на устройство системы оповещения о воздушном нападении. Ну и как я мог отказать землякам своей здешней матушки? Я и не отказывал. Раз люди согласны платить, то почему бы и нет? Но "прицепом" к их предложению пошло и мое.
– Понимаете maman, – объяснял я вдовствующей императрице, – датчане конечно ответственные и аккуратные люди, но ведь пока на дворе мир, разумному человеку не хочется следить за исправностью той вещи, которая ему не приносит пользы. И тем более, платить свои честно заработанные деньги на ее содержание. Но вот если наша система оповещения будет не только сообщать о налетах вражеского флота, но и развлекать людей, то появится смысл держать репродуторы постоянно включенными.
– Что ты задумал, Ники? Я так понимаю, мне опять предстоит о чем то уговаривать своего брата?
– Вы знаете maman что я человек очень бережливый и как говорят недруги, очень скупой…
– Уж мне этого не знать! Вы, сын мой, своей скупостью частенько ставите меня в неудобное положение. Я всякий раз краснею от стыда при мысли, что не могу появиться перед своим братом в том виде, которого достойна мать монарха, богатейшей страны в Европе.
– Вам не хватает денег на туалеты? – искренне удивился я, – насколько я помню, я ни на копейку не сокращал тех сумм, что всегда выделялись на ваше содержание.
Оказалось, что денег на наряды и пропитание Марии Федоровне вполне хватает. Зато, она теперь не может наносить визиты на собственной яхте. Которая выведена из состава Балтийского флота и продана американцам. И вот уже несколько своих визитов на историческую родину, она совершает на арендуемых для таких целей частных пароходах. И хотя должный комфорт ей и ее свите все‑равно обеспечен, для казны это обходится дешевле, нежели содержание персональной яхты.
– Хорошо, я проявлю должную почтительность и обеспечу вас кораблем, достойным вашего ранга. Но это будет только через год. А пока – как обычно. И поймите меня правильно. Русский народ, несмотря на то, что живет в богатейшей стране мира, по своему достатку еще не сравнялся с датчанами. А потому, я предпочитаю жить скромно.