Николай Кровавый. Трилогия (СИ)

Стоп! А почему бы не усилить войска Ляхова бронетехникой? Бронеавтомобили давно уже не для кого секретом не являются. Много кто догадался их сделать. Так почему бы их не применить для несения полицейской службы? Тем более, что нам есть что показать. Фабрика Яковлева и Фрезе готова выпускать броневики ЯФ‑05, пока еще ограниченной серией. Вот и испытаем их на персах.
А почему бы мне заодно не испытать на них минометы? А то ведь наши умельцы уже сделали их. Правда, они называются не минометами а мортирами и относятся к горной артиллерии, но как говорится: «Неважно что бумажно. Было бы денежно!»
Рассуждая подобным образом, я в течении второй половины 1906 года выполнил все намеченные мероприятия. И кстати, вопрос с официальным статусом нашего ограниченного контингента, был решен совсем не так, планировалось вначале. Не было на территории Персии российских войск! А пребывали здесь войска торговой компании! «Краснозвездной» конечно.
Британцы, прекрасно понимавшие, что их пытаются просто вытеснить оттуда, в свою очередь сделали все возможное для усиления бахтиарского ополчения. Дело шло к тому, что в стране вот‑вот начнется гражданская война.
6. Америка в огне
Очень трудно было разобраться в той ситуации, что сложилась вокруг САСШ. Та война, что шла у Америки с Японией, имела черты обыкновенной локальной войны. Хотя, все в мире понимали, что дело не только в числе задействованных в боевых действиях сухопутных войск. Те несколько японских дивизий, что непосредственно воевали против американцев, это была ещё не вся угроза. На Северо‑Востоке американцам приходилось сформировать ещё одну армию, чтобы противостоять британским угрозам. А они были нешуточные. Помимо стотысячной канадской армии, приходилось противостоять и британской воздушной мощи в тех местах Две флотилии дирижаблей – это серьезно. А ведь еще следовало ожидать французскую флотилию.
Появились в составе канадских войск и новомодные осадно‑штурмовые танки. Правда, их еще немного, но американский Военный министр уже внес предложение о срочном выкупе земель у частных владельцев, для строительства линии противотанковых заграждений. Тут американцам и подсказывать ничего не пришлось: до противотанковых рвов и надолб они додумались сами. Предложение это прошло и теперь вдоль канадской границы толпы мобилизованных граждан копали землю, создавая линию заграждений, которые уже прозвали «Линия Тафта». Не позабыли и про организацию противотанковой обороны. Правда, развитие противотанковой артиллерии тут пошло странным путем. Она создавалась на основе морских артиллерийских систем. Логику создателей первых ПТО понять было можно. Броня у созданных нами монстров была изначально толстой и полевой артиллерии она была не по зубам. А англичане в лобовой части танка поставили четырехдюймовую плиту, а верхняя броня была двухдюймовой. Поэтому, американцы очень долго колебались в выборе противотанковых калибров. Опыт боев на Олимпийском плацдарме им говорил о том, что помимо редких единиц бронетехники, на поле боя есть еще пехота. А в небе – дирижабли. В итоге, они на основе морской трехдюймовки, создали зенитно‑противотанковое орудие. Располагались они по‑батарейно в специально построенных для этой цели редутах. Кстати, в случае войны с Британией, отсиживаться в обороне американцы не собирались. Об этом говорил тот факт, что бесполезная теперь на Олимпийском плацдарме бригада Першинга, была переброшена на Северо‑Восток. Что заставило британцев реагировать и приступить к постройке своей системы оборонительных сооружений – «Линии Альберта».
Но не только англичанка гадила Америке. Мексиканцы доставили еще больше хлопот. Отношения американцев с режимом Диаса осложнялось его политикой поощрения британских инвестиций, которую диктатор начал проводить в последнее время. А ведь значительная часть представителей правящей Республиканской партии США имела в Мексике крупные капиталовложения. Также негативно сказывались на американо‑мексиканских отношениях такие нерешённые вопросы, как спор по поводу территории Эль‑Чамисаль и вопрос об аренде бухты Магдалена. Правительство Диаса, боясь американской территориальной экспансии, долгое время отказывало США в предоставлении долгосрочной аренды бухты Магдалена, которую те планировали использовать как угольную базу для ВМФ. Раздражение американцев усиливалось также и посещением мексиканских портов военными кораблями, принадлежавшим Японии, и тем радушным приёмом, который был оказан японским морякам. Также ходили слухи о переговорах между японцами и правительством Диаса по поводу аренды бухты Магдалена.
 
Правительство США понимало, что режим Диаса начинает рушиться, и предполагало возможность революции. После того, как США убедились, что переворот произойдёт независимо от того, будут ли они поддерживать власть Диаса или нет. Вопрос только был в том: кто захватит власть в стране? Все шло к тому, что мексиканская армия поддержит Агустина де Итурбиде – наследного принца мексиканского императорского престола. А как раз этого американцам не хотелось. Ведь изначально было понятно, что от перемены правителей и носимых ими титулов, пробританская ориентация на проамериканскую не сменится. Вот только со своими «сукиными сынами» в данный момент была проблема. То есть, сукины дети конечно имелись, но будучи таковыми, они не стремились поддерживать интересы страны, испытавшей в последнее время столько неудач.
Не радовала американскую верхушку и обстановка внутри страны. Война способствовала проявлению патриотизма среди американских граждан. Но вводить всеобщий призыв все‑таки пришлось. Правда, ограниченность зоны боевых действий не требовала посылки сотен тысяч патриотов на фронт. И потому, большей части патриотов нашлось подходящее занятие в тылу. Требовалось успокоить еще более патриотичных граждан, рьяно взявшихся за защиту свободы и демократии от негров и гомосексуалистов.
В результате проведения Судов Линча, погибло не очень много людей, но шум от этого поднялся такой, что правительство на полном серьезе ожидало перерастания отдельных беспорядков в крупный бунт. И чтобы его прекратить, пришлось начать депортацию негров и выявленных полицией гомосексуалистов в спешно организованные концлагеря. Мирно этот процесс не прошел. Негры начали оказывать всяческое сопротивление, которое окончательно убедило тыловых патриотов в том, что слухи о поголовном предательстве неграми Америки – это вовсе не слухи, а чистой воды правда. Так началась внутренняя война.
А мои «краснозвездные» союзники продолжали подкидывать дровишки в американский костер. Решив, что негры сопротивляются произволу белых недостаточно активно, «неизвестные» произвели очередной вброс. На этот раз, чернокожее население Америки с ужасом и возмущением узнало о том, чем развлекаются самые рьяные расисты. В распространяемых неизвестными лицами листовках, говорилось о писке последней американской моды – перчатки и абажуры из кожи, снятой с мертвого негра. О том, что освежевав негра, тело его в дальнейшем используют в качестве сырья для производства парфюма. И это были не только слова. «Неизвестные» не поленились сфабриковать более существенные доказательства своим уверениям. В частности, была закуплена достаточно заметная партия обыкновенного мыла и в импровизированной мастерской на каждом бруске вытеснили надпись: «The fate of the Negro». Мыло это было подкинуто одному из торговцев, чья лавочка как раз находилась в нужном квартале. После того, как покупатели ознакомились с надписью, исчезли последние сомнения в истинности того, о чем писалось в листовках. Тут «неизвестным» подыграли и сами американцы, среди которых нашлось немало любителей «черного юмора».
– Нигер! А не пора ли тебя пустить на мыло?
– Билли! Да из шкурки этой обезьяны можно пошить немало хороших перчаток!
В общем, шутки эти только усугубили ситуацию в стране. Белое население искренне верило тому, что потомки рабов – неисправимые предатели и каннибалы, а черное население уверовало в то, что его собираются утилизировать самым бесчеловечным способом. Новые отряды «Черных Пантер» начинали возникать стихийно. Точно так же, стихийно, белое население начало формировать отряды «Гражданской милиции», потому что сил одной только Национальной гвардии не хватало. Облавы и перестрелки в американских городах постепенно становились обычным явлением. Не все белые поддались этому безумию. Были и те, кто спасал негров от гонений. Но с этими людьми поступали еще хуже. Обыватель, твердо уверенный в том, что гомосексуалисты – естественные союзники негров, мгновенно решил для себя причину столь странного гуманизма: