Николай Кровавый. Трилогия (СИ)

О том, как поступить с этим семейством, я задумался ещё в первый год своей жизни в этом времени. Проще всего было дать задание команде ликвидаторов из наёмной сволочи. Нет человека — нет проблемы. Решил так не поступать. Потому что: нет человека — нет возможности его использовать. А Адольф со своими незаурядными способностями ещё пригодится. Не мне. Нашим здешним потомкам.
Была мысль: организовать переселение его вместе с семьёй в Россию. А что тут такого? Найти человека, который углядит в юном даровании талант художника или архитектора, для меня несложно. Устроить учиться на казённый кошт, воспитать в нужном духе… А вот в том, что получится воспитать так, как это нужно нам, у меня возникли сомнения. Как говорится: "Кровь сильнее паспорта". Среди гитлеровцев ведь были и выходцы из России, например — Розенберг. Нет уж ребята! Коль оставляем этого типа живым, то пусть он живёт подальше от Старого Света! Америка для таких как он — самое то! Страна больших возможностей. Главное — помочь ему эти возможности приобрести.
Именно поэтому в один прекрасный день, его папаша получил письмо из Америки о том, что у него там недавно умер дальний родственник, о котором он может быть даже и слышал, но в глаза никогда не видел. И этот таинственный родственник сумел сколотить небольшое состояние размером в тридцать тысяч долларов. А дальше, будучи бездетным, в качестве наследника своего состояния указал Алоиса Гитлера.
Конечно, упомянутый в завещании Алоис, долго не мог поверить в то, что это не проделки мошенников, но бумаги были выправлены правильно и заверены нужными подписями и печатями. В конце концов, старый зануда решился на переселение за океан. Вряд ли он долго ещё протянет. Здоровье у человека уже не то. Мне главное, чтобы он успел унаследовать указанную в завещании сумму и устроиться жить на новом месте. И вряд ли Адольф, который несмотря на беспрерывные споры и натянутые отношения, всё-таки любил своего отца, захочет покидать Америку, где вскоре к одной могиле, добавится могила другого, дорогого для него человека.
Что будет с ним дальше? Не могу знать и вряд ли узнаю. Вряд ли он пропадёт. Наверняка постарается реализовать себя в полной мере. Возможно, что всей душой возненавидит всех, кто не принадлежит к нордической расе. Знаю одно: в Америке таких как он полно, но к высшим должностям в государстве их не допускают. Возможно, что он сумеет создать и возглавить движение местных нацистов. Но президентом ему не быть. Зато слегка пошатать Америку он сможет. Что в принципе меня устраивает.
Но некоторое уменьшение размера угрозы в будущем, вовсе не значило, что уменьшилась угроза войны с Германией в настоящем. "Польский буфер" — это слишком ненадёжно. Французы всё равно не хотели выпускать нас из своих цепких объятий. А именно в этом союзе, я видел наибольшую угрозу. И на всякий случай готовился к худшему. Следовало предусмотреть вариант "Великого отступления". И если оно случится и в моей реальности, то потерянные территории не должны усилить военные возможности врага. А тут были свои сложности. Местность от границы до линии Западной Двины и Днепра была густо заселена, но плохо развита во всех отношениях. Казалось бы: вот она та самая полоса обеспечения, захват которой врагу ничего не даёт, кроме растянутых коммуникаций и существенной нагрузки на его экономику. Оставь всё как есть и дело в шляпе. Но не выйдет. В моём времени так поступили поляки, которые владея "Всходными Кресами" старались их не развивать. В результате, в 1939 году, в спину польским солдатам дружно стреляли все: и коммунисты, и сионисты, и бандеровцы, и даже беспартийные. Поэтому, хорошенько подумав, я решил эти территории развивать так, чтобы качество жизни населения менялось к лучшему, но серьёзного производства по-прежнему не было. Что это означало на деле?
А на деле это означало развитие в основном предприятий местной промышленности. И этот процесс я всячески подстёгивал при помощи административного кнута.
 
— Стыдно, господа! Гордитесь близостью к Европе, а в городах ваших грязь и убожество! Разве наш мужик перестал платить подати? Ведь целая четверть сбора идёт в местные бюджеты! Этого достаточно для того чтобы в каждой избушке стоял ватерклозет! Только не стоит меня уверять в том, что в западных губерниях отсутствуют песок и глина. Не поверю! И не забывайте про то, что ваше бездействие, если оно приведет к бунту, может быть расценено как преступное! — объяснял я представителям земств и городских управ, которые прибыли меня встречать, когда я посетил Минск.
— Но ваше величество, — недоумённо спросил самый решительный из депутатов, — зачем мужику ватерклозет? Он ведь даже не поймёт, что это такое и для чего нужно. Его скотская сущность такова…
— Его скотская сущность состоит в добыче достатка, — насмешливо ответил я, — достаток семье, обществу и державе создаёт только он. И пока он этим занят, дурные мысли ему в голову не лезут.
Я не ограничивался одними словами. Помня про старое чиновничье правило "Ждать третьего указу", приготовил для любителей волынить неплохой кнут. Назывался он общественным контролем. Работало это так. Либералы, проигравшие "левым" местные выборы, узнали про то, что существует такая прекрасная вещь, как органы общественного контроля при губернской канцелярии. Пожарный, санитарный, финансовый, торговый… комитеты. Денег за работу в них не платят, зато выдают временные удостоверения на право осуществления текущего контроля. А это что? Для кого-то это возможность получения взяток с последующей отправкой на постоянную работу за Полярный круг. А для самых умных, это возможность сбора компромата на соперников в борьбе за власть. Наберись терпения, собери доказательства того, что соперники проявляли преступное бездействие или занимались незаконным обогащением. На следующих выборах выложи всё это на всеобщее обозрение, после чего проигравший выборы едет "в гости к Макарову", а ты целых пять лет заседаешь в земстве или городской управе.
Правду сказать, когда до передовой общественности дошло, что за пребывание во власти можно схлопотать уголовный срок, она отнеслась к этому явно неодобрительно. Тем не менее, во власть стремилась. Ну а я позаботился о том, чтобы были созданы нужные руководящие документы типа технических регламентов. Не всё сразу, но хватало пока и созданного.
Итак, регламенты эти требовали, чтобы все капитальные постройки в городах были обязательно оборудованы канализацией, чтобы был проведен водопровод, чтобы в каждой квартире имелись санузлы. За чей счёт весь этот банкет, решает городская управа: за счёт городской казны или домовладельца — неважно. Кроме этого были требования по наружным сетям. Это уже на совести городского главы. В результате этого, довольно быстро в западных губерниях начало развиваться производство керамических изделий: керамические трубы, облицовочная плитка, раковины, унитазы, ванны и даже изоляторы для электрических сетей. А это уже какая то занятость для населения. Мы тоже не стояли в стороне, ибо силами муниципалитетов всех проблем не решить. Взять проблему уборки навоза. Это действительно проблема, решить которую можно лишь отказом от использования гужевого транспорта в городах. Чем заменить? Прежде всего трамваем. А как его запустишь без электростанций? То-то и оно! И потому началось строительство в подходящих для этого местах тепловых и гидравлических электростанций. Правду сказать, они не впечатляли. Гигантов энергетики я решил в этих краях не держать. Именно малые электростанции. Тепловые проектировались для работы на торфе. В общем, местное население получило работу, а фирма "Симменс" неслабый такой госзаказ. Правда, ради получения этого заказа, владельцам "Симменса" пришлось согласиться на локализацию производства в России.
Ещё одним способом решения "навозной проблемы" был переход на автотранспорт. Увы! Машины Фрезе-Яковлева выпускались в слишком малом количестве и были не по карману обывателю. Я конечно давил на наш убогий автопром, но чудес не добился. Там делали всё, что только можно, постепенно набирая обороты, вот только выпуск всё-равно был мал. Да и что они выпускали? Легковушки, которые назвать членовозами можно было с большой натяжкой. Правда, Фрезе клялся-божился, что все готово для того, чтобы наладить выпуск карет "Скорой Помощи". Делалось это в рамках оборонного заказа и к решению проблемы городского транспорта отношения не имело. Правда, некоторое облегчение могло быть при широком внедрении в обиход обычных велосипедов. В этом вопросе мы тоже были позади планеты всей. Производили конечно, но особой популярностью у населения велики не пользовались. Пришлось вмешаться лично и воткнуть в планы второй пятилетки заказ на велосипеды. Мне они нужны были в первую очередь для войск связи. Кроме того, стоило позаботиться об обычных почтальонах. Да и полиции этот вид транспорта не помешает. Ну а там увидим, как дело пойдёт.