Николай Кровавый. Трилогия (СИ)
А ведь все логично! Наверняка эти пресловутые "Неизвестные Отцы" сейчас пребывают в телах молодых людей. Но молодость — это еще не гарантия здоровья. А они наверняка собираются тут жить долго и без досадных проблем типа туберкулеза. Поэтому они и позаботились о том, чтобы в их распоряжении была ультрасовременная лечебница и неизвестные в этом мире лекарства. Значит у меня есть шанс выйти на них, а возможно и ухватить их накрепко за вымя, зажать их причиндалы в тисках, да обстоятельно с ними побеседовать о делах наших скорбных. Конечно, не всякий пациент клиники будет из Неизвестных Отцов. Скорее всего они будут одними из посетителей. Но тут есть шанс разобраться, кто есть кто с помощью системы постоянного наблюдения. Понятно, что свою службу безопасности они не забудут организовать, но ведь и у меня есть такие возможности. Значит, нужно найти подходящего человека, который сумеет организовать слежку. Полиции это поручать не стоит. Тут скорее стоит рассчитывать на хороших частных детективов. На первых порах. А там и до организации постоянной конторы можно дойти.
А вопрос о создании нужной мне службы не просто назрел. Он даже перезрел. Не скажу, что я пренебрег собственной безопасностью, но как говорится: не сразу Москва строилась. Меня еще на стадии подготовки к заброске в этот мир, ознакомили со списком подходящих для руководства службой собственной безопасности людьми. В данный момент в моем распоряжении были два перспективных офицера. Это подпоручик Александр Мартынов и поручик Аркадий Кошко. Большого толка от них в данный момент ожидать не стоило. Они еще только присматривались и принюхивались к новой для них обстановке, но и не сказать, что совсем ничего не делали.
— Мне господа офицеры кажется, что идеалом образцового охранника является хорошо воспитанный пес. Ведь псу плевать на знатность и эполеты окружающих его людей. Это им просто не принимается в расчет при выполнении своего собачьего долга. И потому ему все-равно кого рвать на части, буде хозяину это потребуется. А еще пес сам, не спрашивая мнения хозяина, способен определить угрозу и самостоятельно начать действия по ее устранению. Я хочу, чтобы вы и выбранные вами люди были именно псами, но с человеческими мозгами.
В числе важнейших дел, порученных моим креатурам, была ревизия существующей на данный момент охраны, которая досталась мне в наследство от покойного родителя. Ее предстояло тихонечко перетрясти и переподчинить уже тем, кому я лично доверяю. А я нынешней охране, как и полиции, совершенно не доверяю. Все указывает на то, что охрана и полиция подчиняется явно не мне.
На это я обратил внимание еще во время изучения биографии реципиента. Взять хотя бы историю с арестом в марте 1917 года царской семьи. Для охраны ее безопасность приоритетна. И нормальной охране плевать на чины и звания тех, кто вздумает ей отдавать распоряжения. А что на деле? Приехавший в Петроград с одним лишь адъютантом Лавр Георгиевич Корнилов прямо с вокзала отправился брать под арест царскую семью! И охрана подчинилась его приказам! А кто он такой? Охрана ему вообще не подчинена. Но раз исполнили его приказы, значит были в сговоре с революционерами.
Полиция я доверял еще меньше. Оснований для недоверия было сколько угодно. Взять хотя бы знаменитую "царскую охоту" на моего деда. Она ведь у народовольцев сперва не задалась. Неудач и провалов у них было столько, что выследить да повязать голубчиков еще на стадии подготовки, сумел бы даже обычный участковый мент из моего времени. Но не переловили. О чем это говорит? Либо полиция совсем не умела работать, либо она заигралась с революционерами в какие-то непонятные игры, либо ее притормаживал кто-то очень влиятельный.
Столь же показательна и история с Александром Ульяновым. На первый взгляд кажется, что полиция сработала образцово — предотвратила готовящееся покушение. Только жандармы предотвратили террористический акт по чистой удаче. Террористы настолько пренебрегали правилами конспирации, что спокойно и открыто обсуждали свои дела при посторонних людях. Более того, они целых два дня свободно по Невскому проспекту с бомбами ходили. И ни одна полицейская сволочь даже не дернулась хотя те кто вел наблюдение за поднадзорными, ясно определили, что в одежде подозреваемых спрятаны некие тяжелые предметы. Но еще интересней было то, как арестовывали руководителя этой организации — Петра Шевырева. А он накануне уехал на юг, вроде как в Ялту, лечиться от чахотки. В Харьков (где жили его родители) и Ялту полетели телеграммы: немедленно арестовать как опасного государственного преступника. Начальник Харьковского губернского жандармского управления ответил, что Шевырев, наверное, в Крыму, однако "в Ялте нет жандармского офицера, поэтому телеграфировал в Симферополь". Несколько дней Шевырева искали, наконец, 7 марта арестовали.
Вот так! В городе, в котором расположена моя летняя резиденция — нет жандармского офицера и арестовать государственного преступника просто некому! А что, нельзя поручить задержание городской полиции? Да при таких порядках, революционеры быстро поймут, что Ялта является более подходящим местом для покушений, нежели Петербург!
Конечно, сейчас в террор идут совершенно неподготовленные для такой деятельности люди, потому и действуют слишком примитивно и предсказуемо. Но пройдет совсем немного времени и все поменяется. А полиция по-прежнему будет не на должной высоте. По той же группе Шевырева она не доработала. Шестерых повесили, а самых опасных считай что проморгали. Например некий С.А. Никонов. Сейчас он работает у известного французского невролога, профессора Пьера Мари в госпитале Бисетр. Готовится к защите диссертации. А ведь именно он изначально готовил покушение на моего отца. Ему тогда повезло. Ничего не знавшая о покушении полиция арестовала его и еще полтора десятка человек по совершенно иному делу. Поэтому "Террористическая фракция" и сменила состав своего руководства. Но ведь в ходе дознания и были получены агентурные сведения о том, что Никонов должен был принять участие в покушении на императора. И был он в тот момент в полной нашей власти. Недоработали, не довели дело до конца. А ведь к 1905 году у этого светила медицины будет на счету уже три десятка осуществленных терактов!
Но он сам по себе что? А вот Азеф сумел поставить дело террора на должную высоту. Работая одновременно на революцию и на полицию, он сделал то, о чем мечтал казненный Александр Ульянов. Тот ведь так и заявлял, что не верит в террор, зато верит в систематический террор. Вот Азеф его и организует.
Но революционный террор — это одна из угроз. При должном отношению к делу, полиция сможет с ним справиться. Но ведь есть и другие люди, которые скоро очень захотят моей смерти. Я имею в виду клан Романовых и их прихлебателей. Для полиции это считай неприкасаемый контингент. И если будет заговор, то она его либо проморгает, либо примкнет к нему, либо останется в стороне. Но не станет его предотвращать. Судьба Петра Третьего как бы намекает. Там ведь полиция знала о заговоре в гвардии практически все. Но боялась лезть в такие игры, а потому и бездействовала.
Не меньшую загадку, которую следовало разгадать, представляли для меня и Неизвестные Отцы. Вряд ли моя полиция способна мне в этом деле помочь. Поэтому, после беседы с Карлом Ивановичем и Верой, я вызвал подпоручика Мартынова и дал ему следующее задание:
— Александр Павлович! Вот вам новое задание. Скоро в окрестностях Ялты появится частная лечебница доктора Мюллера Карла Ивановича. Пациентами этой лечебницы будут очень непростые люди. Скорее всего они будут пребывать сюда инкогнито. Я хочу, чтобы вы организовали постоянное негласное наблюдение за этими пациентами. Обращаю ваше внимание на то, что работать требуется крайне деликатно. Вы должны знать правду о каждом посетителе. Предупреждаю: У доктора Мюллера будет собственная служба безопасности, способная отследить ваш интерес. Так что пусть ваши люди будут предельно осторожны и внимательны.