Приговоренные к вечности. Часть 1. Остаться в живых (СИ)

У подножия горного хребта лежало узкое скалистое плато. Слой снега был невелик из-за постоянных ветров. Тут Кольер и велел приземлиться. Они вышли, и дыхание сразу же перехватило от лютого холода. Скала перед ними оказалась ровной и гладкой, словно ее искусственно отшлифовали для посадки с воздуха. Кольер задумчиво обошел плато, постоял, глядя на белоснежный и ослепительный пейзаж: горные вершины простирались на много хааров во все стороны. Абсолютно безлюдное место.
— Отличное место для тайного хранилища, — восхищенно выдохнул Тэр.
— Не такое уж оно и тайное, — возразил Кольер. — Если пройти вон по той тропинке, — он махнул рукой влево, где по краю плато за небольшим выступом обнаруживалась широкая дорога, — есть шеадр. С двумя шеадари. Один из Наган-Карха, другой — из Ар Шамаля, из бывшей столичной резиденции Нагов. Только решетку с ариадами сняли, когда закрывали Нагр. Теперь его нужно восстановить. Попросим Коллегиум изысканий.
— Они не пойдут на это, — возразил Аркен
— Горностаи? — усмехнулся Кольер. — Эти за деньги все что хочешь тебе поставят.
Саша приблизился к скале. Если присматриваться, то становились заметны контуры арки высотою в два человеческих роста. Кольер подошел вплотную и рукой в перчатке принялся счищать снег с бугров, и тут стало ясно, что поверхность внутри арки — металлическая, покрытая сложным геометрическим узором.
В самом центре обнаружилось небольшое углубление. Он достал два одинаковых продолговатых кулона, нажал на едва заметную кнопку сбоку, они оба распались, превратившись в половинки-головоломки, и затем сложились в единую пластину с мелкими зубчиками.
За века щель для ключа забилась грязью, и потребовалось немало усилий, чтобы все вычистить. В конце концов Кольер велел Саше принести бытовой огнемет, который предусмотрительно взял с собой, и выжег остатки грязи.
Ключ легко вошел в щель, оставив небольшое углубление. Активатор, небольшая палочка с тонким алмазным навершием, легко вошла в углубление. Старый наг некоторое время стоял неподвижно, словно прислушиваясь к чему-то, а потом стал медленно и осторожно поворачивать его по часовой стрелке.
По контуру арки отчетливо проступила дверь, с которой сыпался снег и многовековая грязь. Выждав пару минут, Кольер с силой надавил на нее. Поначалу она не поддалась, но когда Саша и Тэр подошли помочь, дверь с протяжным скрипом поехала вглубь, открывая их взглядам темный симметричный провал. Когда по бокам провала появились пустоты, Кольер велел остановиться и вытащил ключ из замочной скважины.
— Есть еще вторая, открывается так же, ключом и активатором, но она уже с ручкой, — пояснил он.
Вторая, вполне обычная дверь с большой металлической дугообразной ручкой, сдвинулась легко.
— Я схожу за аэрами, — сказал Аркен с волнением и махнул рукой остальным, призывая помочь.
В полной темноте Саша и Кольер осторожно зашли внутрь. Когда вернулся Аркен и осветил пространство, оказалось, что ничего интересного тут нет: вглубь вел обычный коридор в скале. Саша выругал себя за глупые фантазии, подобранные в фантастических фильмах своей родины, и двинулся следом за Кольером.
Там, дальше, обнаружились традиционные рабочие помещения нагов. Ничего особенного. Ровные, гладкие стены, выкрашенные приятной для глаза серой и зеленой краской, расположенные в ряд кабинеты с рассыпающимися в пыль столами и стульями. Множество просторных и маленьких залов с тренировочными манекенами, стендами для стрельбы, полосами препятствий, огромные, хорошо защищенные площади, явно предназначенные для испытания чего-то взрывоопасного. Потом Кольер повел их по широкой, с каменными точеными балясинами лестнице. Аэры выхватывали богато украшенные резьбой стены. Очутившись наверху, они обнаружили, что тут есть окна — множество узких щелей-бойниц, в большинстве из которых сохранились стекла. Тут и мебель была другой — Саша неожиданно увидел в одном из залов каменный стол из кристально-прозрачного с синими прожилками камня, точно такой же, как у Ширин, но другой формы — в виде идеального шестигранника. В кабинетах лежало множество книг, часть из которых полностью сгнила, а часть, из той же самой белоснежной, тонкой и прочной бумаги, осталась цела. Кольер снова потащил их наверх по узкой винтовой лестнице, которая привела их в просторное помещение-кабинет, в центре которого стоял еще один огромный кристально-прозрачный стол. Окна тут были большие, отчего кабинет оказался неожиданно светлым. Стол, опрокинутые стулья, книги на стеллажах, посуда в шкафу… Все словно бы замершее, нетронутое, с небольшим налетом пыли. Одно из окон до самого пола открывало потрясающий вид на ледяную долину. Саша, обнаружив ручку, повернул ее и неожиданно окно-дверь подалась, выпустив его на овальное, занесенное снегом плато.
 
Тэр с Аркемом в немом изумлении замерли на пороге.
— Это же…
— Рабочий кабинет Нигейра, да, — спокойно бросил Кольер. — На самом деле здесь много полезных и удобных помещений, даже гостиница где-то есть. Работы тут непочатый край, за год не переделать, — вздохнул он. — Надо хотя бы план составить, потому что я, пока шел, понял, что ничего уже не помню.
— А где само оружие? — ошарашено спросил Тэр
— На втором уровне, мы его прошли мимо, — ответил старый наг. — Там только стеллажи и ящики. Многое в сейфах, но они закрываются обычными ручками — тут никто ничего друг от друга не прятал. Кое-что может быть в тренировочных залах и кабинетах, но все самое ценное — на втором уровне, — обойдя комнату, Кольер взял с полки что-то блестящее и длинное. — Ну-ка, примерь, — и он кинул это Саше.
Это оказалась перчатка, очень похожая на ту, что уже была на его правой руке. Такая же блестящая сморщенная тряпочка, но указательный палец на ней был сильно длиннее остальных и заканчивался острым навершием в виде выточенного из алмаза когтя. Саша надел ее на левую руку, но перчатка сидела неудобно, так, словно он перепутал руки. Тогда он решил поменять их местами, надев перчатку с алмазом на правую руку, а с когтем — на левую. Поначалу правая перчатка показалась ему чужеродной — она не торопилась сливаться с рукой, как та, первая, но пока он настороженно смотрел на нее, она потеплела, потекла по пальцам и обволокла кисть словно вторая кожа. Сантиметр за сантиметром она ползла вверх по запястью, кончики пальцев удлинились, а указательный, с алмазным лезвием на конце, и вовсе вырос до размеров полноценного клинка, похожего на короткий кинжал.
Как завороженный, он смотрел на свои обтянутые удивительным оружием руки. Именно про эту, вторую половинку, говорила Ширин? Тогда он последовал ее совету и не стал спрашивать Кольера о парной перчатке, но теперь, наверное, можно…
Он взмахнул правой рукой, пытаясь понять, как этим странным оружием можно работать, но вдруг понял, что с руками что-то происходит. Опять накатила сильная боль в позвоночнике, такая, что на глаза навернулись слезы. Ему хотелось кричать, но он стыдился перед ними… Его зашатало, помещение поплыло перед глазами, ему показалось, что у него нет ног, нет рук, а туловище разрывается, растягивается во что-то невообразимое… Вспомнив совет синеглазого элеза в Белом овраге, и чувствуя, что задыхается, он рывком выбросился на площадку за окном. Краем глаза он заметил, что Кольер не только спокойно стоит и смотрит, но и удерживает Тэра от попытки броситься за Сашей.
Тем временем боль стала совершенно невыносимой, и он закричал, полностью теряя контроль над собой, и чтобы прекратить эту адскую пытку, бросился с плато вниз, на скалы, в спасительный снег…
Скалы промелькнули очень быстро, буквально слева от него, и он вдруг понял, что не упал. Более того, что боли он больше не испытывает. Он осознал, что. летит. Осторожно повернув голову, он обнаружил, что вместо рук у него зеленовато-золотистые мелкочешуйчатые крылья, чем-то похожее на кожу малой перчатки. То, что было ниже, оказалось длинным чешуйчатым змеевидым туловищем, ниже на корпусе которого обнаружились четырехпалые лапы, довольно большие и мощные. Я — не человек? Что со мной случилось, где мое тело… паника захлестнула его и он вдруг испугался, что потеряет контроль над полетом, собственно вообще не умея летать самостоятельно, да еще в таком странном состоянии. Он неловко изогнулся, развернулся и, нелепо и суетливо дергая крыльями, поднялся вверх, к карнизу, с которого бросился несколько минут назад.