Новые земли (СИ)
Зигфрид помог Валерии встать и усадил ее в седло. Вскоре они миновали поле давнишней битвы и направились к ближайшему городку. Зигфрид весь последующий путь не сводил с нее глаз, опасаясь повторения приступа. А еще он помнил о том, как прижимал к себе ее легкое, безвольное тело, как нес ее на руках и гладил бледное лицо.
Останавливаясь во всех встреченных поселениях, через неделю они уже повернули назад, намереваясь возвратиться в столицу. За все время к их отряду добавились еще двое подростков- мальчиков, одна юная девица, женщина лет сорока, бывшая травницей- знахаркой в одном из городков. В ней Валерия разглядела задатки сильнейшей целительницы, но уговорить отправиться с ними сумела с большим трудом, вернее, уговорил ее Зигфрид, пообещавший Илоне, как звали женщину, что она уедет с ним в Новую Даварию. На обратном пути, случайно остановившись на небольшом хуторе, Валерия обнаружила молодого мужчину с даром. С двумя детьми, мальчиками двух и четырех лет, он жил в небольшом домишке, окруженном участком распаханной земли. Жена его умерла год назад от укуса змеи, теперь двадцатипятилетний вдовец мыкался с детьми и небольшим хозяйством, смиренно принимая свою неудачливую долю. Он внимательно выслушал Валерию, недоверчиво покачал давно не стриженной светловолосой головой и сказал:
— Так не бывает, прекрасная госпожа. Я обыкновенный человек, нет во мне ничего такого, особенного. Вам показалось, все ошибаются порой.
В доказательство Валерия была вынуждена на месте освободить его дар, после чего Иоганн, теперь уже его подопечный, целый день ошалело сидел на лавочке во дворе, переваривая свой новый статус. К счастью, учеником он оказался способным и терпеливым и не доставил никому ненужных хлопот и волнений. Оба сына Иоганна, по наблюдениям Валерии, тоже были одаренными магически, но инициировать их пока не было возможности из-за их младенческих лет. Других одаренных по пути в столицу им больше не встретилось.
Они вернулись в Кальтхейм поздно ночью. Устроив своих подопечных, Валерия сразу же отправилась к мужу, все остальное могло подождать до утра. Роберт уже спал, но на ее стук дверь открыл быстро и тут же заключил ее в свои крепкие объятия.
— Мыться, мне срочно необходимо помыться! — прошептала она, целуя мужа. Он сам помыл ее, согревая магией воду, хотел напоить чаем с печеньем, но Валерия не могла больше оставаться без его поцелуев и объятий, слишком долгой показалась ей разлука. И чай, и печенье были забыты, Роберт и Валерия с искрящейся страстью возместили недополученное за время расставания общение, уснув почти на рассвете.
Занятия с новыми одаренными подходили к концу, когда на полигон пришел князь Разумовский. Несколько минут он молча, с непроницаемым выражением лица наблюдал, как Валерия и Эрик Свенсон объясняют своим ученикам правила магических приемов и рассказывают о Кодексе магов. Еще на Старой Земле ими были приняты положения этого Кодекса, слишком много силы сосредоточилось в руках магически одаренных людей. Эта сила нуждалась в контроле, а порой и в ограничении. Простые люди не знали, но маги еще несколько веков назад создали свою Магическую Инквизицию, которая строго следила за соблюдением Магического Кодекса. В нем прописывались ограничения или полный запрет на эксперименты с людьми, использование магии крови, человеческие жертвоприношения и другие действия. Кроме того, уже на Острове Алексей Воронцов написал Манифест Магов, в котором изложил моральные принципы, по которым должны жить все одаренные, чтобы стать образцом для всего остального человечества.
На Старой Земле магический дар мог открыться у любого человека до его совершеннолетия, контролировать это было невозможно, нужно было просто обучать мага управлению открывшейся силой. Здесь же, на Танее, они могли инициировать любого человека с врожденным даром, если считали, что в его натуре преобладало стремление к добру. Всех привезенных во дворец одаренных перед инициацией «прочитал» Разумовский. О доверял мнению Валерии, повторная проверка являлась скорее данью определенной процедуре и все новички показались ему подходящими для инициации. Сегодня они занимались уже второй день и, похоже, все казалось им интересным. Дети Иоганна были пристроены к нянькам годовалого принца и вполне вольготно чувствовали себя во дворце.
Князь разглядывал Валерию и вспоминал время, когда в роли учителя был он сам. Давно уже не стало той маленькой рыжеволосой девочки, что отчаянно рвалась к знаниям и умениям магов. Красивая, юная женщина стояла на полигоне и уверенно показывала своим ученикам простейшие магические упражнения. Ее темно-зеленые глаза внимательно следили за учениками, мягким голосом она поправлял их в случае ошибок. Как же невозможно далеки стали они друг от друга! Каждый день в этом мире разводил их все дальше и дальше и ничто не могло изменить эту ситуацию.
Наконец занятия окончились, ученики разбрелись по своим делам, им предстояли еще занятия по теории магии, математике, языкам и прочим образовательным предметам. Маги не имели права быть безграмотными. Свенсон и Валерия подошли к ожидающему их князю.
— У вас неплохо получается. — приветствовал их Разумовский. — Если нужна помощь — говорите, у нас не так много времени, чтобы обучить новичков. Три-четыре месяца, не больше. Нас ждут дела в Терра Летиции. А через четыре дня все мы приглашены к столичному градоначальнику на празднование совершеннолетия его дочери Хельги. Готовьтесь, друзья.
— Скажите, князь. — спросила у него Валерия. — Вам известно, где у нас пропадает Астарта, что-то давно уже я не видела ее во дворце.
— Астарта вовсю знакомится с местным Пантеоном Богов. — улыбнулся Разумовский. — Ее очень интересует история вашего с Калхоем брака. Сама она не видела никаких предпосылок к вашему сближению, поэтому пытает Милосердную Антрес, как она смогла это проделать.
— Бедная Милосердная Антрес! — засмеялась Валерия. — Вот так и делай людям добрые дела, потом приходится объясняться с Богиней из другого мира.
Глава 15
Загородный дом градоначальника Кальтхейма сиял огнями. Гости прогуливались по широким дорожкам роскошного сада, беседовали за накрытыми столами. Звучала негромкая музыка, теплый вечер располагал к приятному отдыху. Валерия с мужем стояли на мраморном крыльце, разглядывая яркие цветочные клумбы и многочисленных гостей. По дорожке к ним направлялись Манул с Эриком Свенсоном. Оба они были одеты в вечерние костюмы, но если Эрик чувствовал себя естественно и просто, то Манул, стараясь подражать своему наставнику, казался немного скованным и неуверенным. Еще совсем недавно он жил в туземном селении на далеком материке, где время текло, словно густой мед, затягивая в свою липкую, ленивую сладость, заставляя не думать ни о чем, наслаждаясь неизменностью каждого дня.
С тех пор для него открылся новый мир, время ускорило свой шаг, показывая картинки других миров и разнообразие жизни в них. Он и сам стал другим, будто из детства шагнул во взрослую жизнь. Теперь Манул понимал, что не зря потянулся душой к прекрасной девушке, появившейся в их селении год назад, сами Боги вели его к ней. Вот и сейчас он радовался, глядя на госпожу его сердца. В платье изумрудного цвета она стояла рядом со своим мужем и ласково смотрела на него, Манула. Она была рада видеть его, а он гордился ее вниманием, считая, что был достойным его. Все эти месяцы, проведенные рядом с магами, он упорно учился, познавая мир вокруг себя. Валерия и ее народ подарили ему так много, он всегда будет благодарен им за то, что стал частью их большой семьи, оставаясь сыном своего племени. Они считают, что навсегда изгнали его, но когда-нибудь он принесет им мечту о новой, другой, счастливой жизни и они пойдут за ним, чтобы изменить мир вокруг себя.
Вместе с наставником они подошли к Роберту и Валерии, пожелали им хорошего вечера и отправились вместе с ними в дом, где уже звучала танцевальная музыка. Сразу же за танцем в центр большого зала вышел король Ференц и, подняв бокал, поздравил именинницу с совершеннолетием, произнес много хороших пожеланий и пригласил на танец. Хельга, юная девушка, скромно присела в реверансе и приняла руку короля. Они кружились в медленном танце, а Валерия внимательно рассматривала партнершу Ференца. К ним подошел король Зигфрид и она спросила у него: