Эксперимент (ЛП)

Жесткий предел моей будущей пары.
Ударив Артура кулаком в лицо, я вытолкнул его из своего офиса и впечатал в стену.
— Она не твоя.
— И не твоя, — прорычал он, схватив меня за ворот рубашки. — Я не собираюсь драться с тобой из-за какого-то мусора из глуши Румынии.
— Тогда я предлагаю тебе убрать от меня руки и уйти, потому что я надеру тебе зад, если скажешь еще хоть слово о моей будущей паре, — я так сильно оттолкнул его, что он оступился. — У тебя нет шансов, старик. Уноси ноги, пока можешь, — потому что попытайся он зарычать, я бы стер его в порошок.
Артуп сплюнул кровью, значит, мой удар вышел сильнее, чем я думал.
Но я не жалел.
— Вы с Андером совершаете огромную ошибку, пытаясь затолкать пепельных волчиц нам в глотку, — отрезал он. — Они ниже нас и недостойны нашего семени.
— Тем не менее, пару минут назад ты хотел попробовать мою будущую пару, — возразил я. — Определись уже, мать твою, и убирайся с глаз моих.
— Я не говорил, что их киски абсолютно бесполезны. Они все равно могут принять узел. Но я скорее сдохну, чем спарюсь с одной из них.
— А я с радостью гарантирую, что ты сдохнешь как можно раньше, — в том же духе ответил я. — Назначь дату, Артур. И я вырою тебе могилу.
От него исходила агрессия.
Я подготовился на случай, если он решится на какое-нибудь безрассудство, например, нападет на меня.
— Когда выяснится, что она бесполезна и несовместима, отошли ее мне, — наконец сказал он, решив сохранить лицо с помощью открытых оскорблений. — Я не откажусь от добротного траха с омегой.
— Ага. Конечно, — фыркнул я. Не бывать этому. Даже окажись Дачиана несовместимой со мной, Артур был последним, кому я бы ее уступил. Все в секторе знали о его неуважении к женщинам, и теперь он искренне верил, что я отдам ему свою омегу, если закончу с ней.
Вот же придурок.
— Что-то еще? — выгнул я бровь.
— У вас ничего не выйдет, — покачал головой Артур.
— Это мы еще посмотрим, — парировал я.
— Да. Посмотрим, — согласился он со странным блеском в глазах.
Я оставил его в коридоре, закрыв за собой дверь и поставив точку в нашей беседе. Реши Артур вернуться, я бы воспринял его вторжение совершенно иначе.
Нажав кнопку на часах, я развернул экран и быстро отправил Андеру сообщение, доложив о поведении Артура. Ничего нового, но инцидент стоило задокументировать. Старый оборотень день ото дня становился все напористей. Я бы не удивился, если бы он или его приятель Энцо в ближайшее время снова бросили Андеру вызов, чтобы побороться за лидерство.
Обычно с ним дрался последний — Энцо, самый сильный из них двоих.
Но почему-то мне казалось, что именно Артур мог вскоре сделать решающий шаг.
В любом случае оба идиота потерпели бы неудачу. Из всех в Андорре только я мог одолеть Андера, чего никогда бы не сделал. У меня не было никакого желания руководить, о чем мы оба знали.
Проведя пальцами по волосам, я заметил, что Дачиана застыла. Она практически тряслась от страха.
«Артур зарычал», — понял я со вздохом.
Присев перед диваном, я попытался встретиться с ней взглядом, но она отказывалась смотреть на меня.
— Эй, — тихо позвал я. — Он ушел. Все хорошо, — я потянулся, чтобы погладить ее по щеке, но она отшатнулась, вскинув взгляд к моим глазам.
— Ты соврал мне.
— Я не врал, — нахмурился я.
— Ты обещал не делиться мной.
— И я не поделюсь.
— Ты только что разрешил какому-то мужчине забрать меня, когда закончишь со мной, — Дачиана указала на дверь, и от ярости ее лицо стало темно-красным.
— Нет, я… — я замолк, обдумывая, что она могла слышать.
— Ты как альфы у меня дома! — Дачиана соскочила с дивана и повернулась ко мне. — Используешь женщин для собственного удовольствия, потому что они неспособны или недостойны дать тебе больше! — она ударила меня ладонью по груди, источая запах ярости. — Может, пепельные волки отличаются, но мы не хуже вас. Мы… мы… по-своему особенные. Может, я и не хочу подходить для вашего клана Икс. Может, я вообще не хочу здесь находиться!
Я позволил ей кричать.
 
Сносил ее удары по моей груди.
Дачиана продолжала твердить о различиях между нами и о том, что они неважны. Что волки есть волки. Пускай укус мертвеца мог заразить ее, но отсутствие иммунитета не делало ее хуже. И пахла она нормально. Что стоила больше, чем ее способность производить потомство. Что ей вообще не нужна пара. Она никогда о ней не просила. И боялась, что я не смогу ее отметить.
Все обвинения неизбежно вели к тому, что вопреки всем своим предыдущим заявлениям Дачиана чувствовала себя неполноценной и слабой из-за возможной неспособности родить мне ребенка.
Вскоре гнев сменился рыданиями, и когда у нее подкосились ноги, я поймал ее.
Подхватив Дачиану на руки, я поцелуями стер ее слезы.
Моя сильная омега боялась.
Ей хорошо удавалось скрывать эмоции, но я чувствовал их, и вот теперь она мне о них рассказала. О глубинном страхе, что я отошлю ее или, еще хуже, отдам мужчине вроде Артура. Все ее существование неизбежно вело к горю. Дачиана не хотела быть настолько зависимой от нашего спаривания, но не знала, что еще ей чувствовать.
Она волновалась, что позже в жизни я променяю ее на другую, более достойную омегу.
Омегу клана Икс с подходящей генетикой, способную дать мне то, чего я на самом деле хотел.
Обнимая Дачиану, я сел с ней на диван и крепко удерживал с урчанием, которое, как мы уже выяснили, успокаивало ее.
Она извивалась — я лишь усиливал хватку.
Дачиана плакала — я сцеловывал ее слезы.
И все время урчал, утешая ее.
Пока, в конце концов, она не начала успокаиваться.
— Дачиана, — прошептал я, прижавшись губами к ее уху. — Мы не знаем, что ждет нас в будущем. Но клянусь тебе, я ни за что на свете не позволю мужчине вроде Артура прикоснуться к тебе. Никогда.
— Я слышала, что ты сказал, — печально покачала она головой.
— Это был сарказм, дорогая, — я провел пальцами по волосам Дачианы, открыв своему взору ее милое лицо и посмотрев в мокрые глаза. — Мой ответ должен был унизить его, а не тебя, — я ущипнул ее за подбородок, вынуждая обратить внимание на мои следующие слова. — Даже мысль о том, чтобы поделиться тобой, приводит меня в бешенство, Дачиана. Я убью любого, кто притронется к тебе. Понимаешь меня?
Я позволил ей прочитать правду в моем взгляде и осознать, что сейчас на нее смотрел волк. Он разорвал бы конкурента на клочки.
— Ты моя, — добавил я, не в силах сдержать рычание. — Моя, Дачиана.
  
Глава 10
 
Дачиана
От признания Элиаса я задрожала, и его слова отпечатались в самой моей душе.
Несмотря на все, что он сказал за дверью, я поверила ему. Элиас был в бешенстве и при мысли о том, что меня возьмет кто-нибудь другой, усилил свою хватку, ставшую болезненной.
Потому что он не хотел мной делиться.
И тот мужчина — Артур — вышел за рамки.
«Ага. Конечно», — слова Элиаса снова и снова прокручивались у меня в голове со всеми интонациями и нотами раздражения.
Сарказм.
Я знала, что он собой представлял, просто редко его слышала.
Элиас намеренно выразился грубо, чтобы противостоять невоспитанному самцу.
— Твоя, — медленно согласилась я, глядя в его волчьи глаза. В то время как меня удерживал человек, со мной сейчас говорил его зверь. Элиас даже зарычал. Как ни странно, я не возражала.
Я завладела его губами.
Он подарил мне первое соприкосновение наших языков, после чего издал стон, отозвавшийся у меня между ног. Оседлав Элиаса, я обняла его за шею, и он опустил руки мне на бедра.
До полнолуния оставался день или два, но мое тело готовилось, напоминая мне о течке.
Ни один другой мужчина никогда не вызывал у меня такой реакции.
До Элиаса.
Стянув с меня рубашку через голову, он обнажил мою грудь. Элиас припал ртом сначала к одному соску, затем ко второму, задевая зубами чувствительную кожу и заставляя ее покрываться мурашками от предвкушения.