Невеста с подвохом, или Ну, держись, проклятый демон! (СИ)

И хоть контракт – такой себе контракт, ведь я не маг, но отступать уже некогда. Да и некуда.
«Тебе не впервой рисковать, Сусанка, - снова сказала я себе. – Вперед».
Я подошла к каменному возвышению и протянула руку к хрустальному флакону. Стоило мне только коснуться его пальцами, как искра внутри вдруг ярко вспыхнула, и эта алая вспышка ударила во все стороны – далеко за пределы флакона и, мерещилось мне, что далеко за пределы комнаты. Потом сжалась, словно котенок в комочек. Снова раскинулась вширь. Сжалась, раскинулась, сжалась, раскинулась...
«Словно сердце пульсирует», - подумала я и сразу же удивилась самой себе.
Это и было сердце.
Бессмертное сердце Кархена. Сердце, которое – суть само бессмертие.
«Если человек поглотит бессмертное сердце Кархена...»
Не тяни кота за хвост, Сусанка. Ну же. Давай.
Я поднесла к губам хрустальный флакон. Внутри больше не было маленькой алой искры – он весь был заполнен алой жидкостью. Мои губы раскрылись...
- Нет! Нет! Не-е-е-ет!
Сверху раздался топот. Бросив взгляд через плечо, я увидела, как толстенький коротышка неуклюже поскользнулся на ступеньке и, завалившись на тяжелый зад, съехал с лестницы. Сидя на полу, он тянул ко мне руки, выпучив безумные глаза. На лице его застыла маска ужаса и отчаяния.
Я отвернулась от него и снова поднесла флакон к губам.
«Если человек поглотит бессмертное сердце Кархена... он сам станет живым воплощением бессмертного сердца Кархена».
Мои губы коснулись холодного хрусталя, и одним махом я опрокинула в себя все содержимое флакона, как будто выпила до дна бокал вина.
Чувствуя, как по внутренностям разливается жар, я опустила руку с флаконом и тотчас...
Изнутри меня во все стороны ударила пульсация. Это было так, словно мое собственное сердце внезапно стало слишком большим, чтобы вместиться у меня в груди, и пыталось вырваться на волю.
Снова удар.
Я выронила пустой хрустальный флакон, и он покатился по каменному полу.
Еще удар.
Едва не задохнувшись, я сжала платье на груди, готовясь терпеть еще один удар, но...
Следующего удара не последовало.
Я прислушалась к своим ощущениям. Странно. Вроде бы, все как обычно. Не чувствую в себе никаких перемен.
Вспомнив вдруг о Гранвиле, я бросила быстрый взгляд через плечо и ненадолго замерла от увиденного.
Толстяк граф лежал на каменном полу и смотрел пустым взглядом куда-то вверх. Его тело у меня на глазах стремительно сморщилось, как залежалый фрукт, а уже мгновение спустя рассыпалось островком морского песка.
«Кажется, кто-то слишком долго жил», - подумала я, но скорбеть над кончиной его сиятельства мне не дали.
- Твоя душа удивительно легко приняла мое сердце, - произнес знакомый хриплый голос. – Они идеально срослись. Не ожидал.
Подняв глаза, я увидела Тильмана. Соединив руки за спиной, он медленно спускался по лестнице и улыбался, мягко и загадочно.
- И кто же я теперь? – спросила у приближающегося древнего божества.
- Ты – мое воплощенное сердце, - ответил Кархен. – Ты – суть само бессмертие. И как мы договаривались – я забираю то, что принадлежит мне – мое сердце. То есть тебя. С этих пор ты больше никогда не покинешь мои владения по ту сторону моста За-Гранью-Времен.
- Больше никогда? – переспросила я и осторожно напомнила: - Помните ли вы детали нашего договора, господин Тильман? Или мне называть вас «господин Кархен»?
- Называй, как хочешь, - мягко улыбнулся мой собеседник.
«Скоромное божество, однако», - подумала я, мысленно сомневаясь в этом.
- Все невесты получат свободу, - продолжал Кархен. – Уже сегодня они покинут мои владения и вернутся в замок. Ты довольна?
Я кивнула.
- Демоны?
- Их никто не держит, - развел руками Кархен.
- И последнее... – я сделала вдох. – Мы договаривались, что если я смогу сбежать, не пострадают ни невесты, ни его светлость, ни кто-то еще.
Божество снисходительно улыбнулось. В его улыбке легко можно было прочесть: «Тебе не удастся сбежать от меня, это лишь мечты», но Кархен кивнул:
 
- Я помню уговор. Мы договорились, что если ты сбежишь, никто не пострадает. Но помнишь ли ты вторую часть уговора?
Теперь кивнула я.
- Даже если мне удастся сбежать, вы найдете меня и вернете обратно – и ничего вам не помешает.
Кархен улыбнулся не только губами, но и глазами.
- Я не мог вернуть свое сердце, когда ими владели... – он бросил взгляд на песок, рассыпанный на каменном полу, - эти люди. Они похитили его, хранили его, но... при этом оставались людьми, а значит, не были в моей полной власти. Но ты – больше не человек. Ты мое сердце и принадлежишь мне. Поэтому даже если ты сбежишь, все равно не сможешь препятствовать тому, чтобы я вернул тебя.
Я пожала плечами.
- Я ведь не говорю, что у меня получится. Лишь честно предупреждаю, что собираюсь попытаться.
Кархен ответил галантным кивком головы.
- Твое право.
  
ЭПИЛОГ
 
Итак, кто же я теперь?
У меня по-прежнему есть тело. Тело это имеет большие зеленые глаза, кудрявые светлые волосы и разговаривает сопрано. При рождении этому телу дали имя Сюзанна Бизар.
Я по-прежнему осознаю себя, как Сусанна Бузинина. Тот же характер, тот же образ мыслей. Во мне ничего не изменилось.
Но одновременно с тем я теперь – живое воплощение бессмертного сердца Кархена. Я – суть само бессмертие.
Звучит внушительно и как минимум означает, что одной цели добиться мне удалось. Я не умру. Вообще никогда. То есть совсем.
Поглотить бессмертное сердце древнего божества можно только один раз. Оно слилось со мной – теперь мы единое целое, и это навсегда.
Плюсы – вечная жизнь. Минус только один – раз уж я теперь сердце Кархена, то нахожусь в его полной власти. Захотел – запер. Захотел – спрятал от всех. Именно поэтому ни Гранвиль, ни его величество не рискнули это сердце поглотить, несмотря на всю их жадность до вечной жизни. Оба они боялись стать пленниками. Понимали: вечная жизнь по-настоящему хороша, когда ты можешь свободно ею распоряжаться. Поэтому они и предпочитали просто владеть сердцем, прятать его и хранить в точности так, как делал это сам Кархен. Этого было достаточно, чтобы они оба не умирали.
Вот такая вот разница между нами. Они – владели бессмертием. Я – сама стала бессмертием.
А прятать, надо сказать, Кархен умеет хорошо. Мост За-Гранью-Времен находится на самом дне морском. Ведет он во владения древнего божества, а учитывая, что Кархен повелитель не только морей, но и времени, где находятся эти владения... В общем, только Кархен один и знает.
Впрочем... Есть кое-кто еще, есть. Только один – тот, кто знает, где это место и как его найти... Вот только не факт, что обо мне вспомнят.
Сколько я уже здесь? Даже не скажу... Кстати, еще один минус – скука. По большому счету, место, где я нахожусь – это все тот же Кархенский, он же Равельский замок. Собственно, полагаю, что замок на острове Кархен, который долгое время был Равельским – лишь отражение этого. Как цветок. Корни его под землей – стебель над землей. Вот и здесь так: замок на острове – это цветок. Этот замок – корни его под толщей вод морских, под толщью времен, столетий и тысячелетий. Все-таки Кархен – очень древнее божество.
Так что это тот же замок. Я живу в той же комнате, хожу теми же коридорами, трапезничаю в том же Обеденном зале – что правда, зачастую в гордом одиночестве, потому что Кархен редко составляет мне компанию. Здесь даже есть сад. Вот только в нем нет кустарников с желтыми розами. И галерея есть. Но без портретов супруг его светлости.
Впрочем, Кархен все же позаботился о том, чтобы хоть немного развеять мою скуку. Как? А вот так – я могу быть призраком. Да-да, как мои подружки ламии. К слову, все они живы здоровы. На самом деле, никто из них не умирал. Кархен отделял их души от тел, и пока тела невест спали глубоким сном во владениях Кархена – да, правильно, в этом замке, где сейчас нахожусь я, - души призраками гуляли по замку на острове. Несложно понять, что привязаны они на самом деле были не к тому замку, а к этому.