Принцип войны. Том 2 (СИ)

— В гости приехал к князю Щербатову, — улыбнулся я.
— Пьяный он, что ли? — молодой переглянулся с напарником. — Лыбится еще… Давай-ка, вали отсюда, пока на своих ногах передвигаешься. Не положено здесь стоять.
— Молодцы, службу знаете, — дружелюбно кивнул я. — А теперь вызови старшего дежурной смены. Сообщи ему, что прибыл Волоцкий. Да побыстрее, служивый. Меня, поди, заждались.
Молодой раскрыл было рот, но тяжелая ладонь напарника опустилась ему на плечо.
— Заткнись, — предупредительно произнес стражник, и обратился ко мне: — Я вас не знаю, сударь. Сейчас вызову старшего, пусть сам разбирается…
Не спуская с меня глаз, он наклонил голову к небольшой рации, прикрепленной клипсой к плечу. Забубнил скороговоркой:
— Возле ворот незнакомый мужик. Назвался Волоцким. Требует старшего смены.
— Шшш… в сторожку отведи! Я сейчас буду! — выплюнула рация в ответ. — Шшш… никаких глупостей!
— Сударь, извольте подождать в помещении, — охранник показал на маленькое строение, игравшее роль проходной. — Санек, проводи человека.
Внутри находился еще один охранник, сидевший за большим монитором в отдельной комнатушке. Он лишь мельком взглянул на меня, не проявив никакого интереса. Операторская работа сложная, нужно отслеживать десятки камер по периметру, чтобы не прозевать опасность.
— Пока посидите здесь, — распахивая дверь караулки, сказал молодой охранник.
— Не думаю, что понадобится, — я усмехнулся, кивая в окно. Сюда уже чуть ли не вприпрыжку бежал человек. Грохнула тяжелая створка входной двери.
— Где? — даже не запыхавшись, спросил он от порога.
— Здорово, десятник! — расплываюсь в улыбке. — Не ожидал тебя здесь увидеть!
Старшим смены оказался не кто иной, как Алексей — тот самый егерь, помогавший мне при ликвидации Рахдая на Курганных Землях. Он что-то проревел и шагнул навстречу. Мы обнялись, охлопали друг друга по плечам.
— Да я уже не десятник, — поведал Алексей. — Когда прошла ротация, меня оставили в распоряжении Мисяя. Он как раз дополнительно набирал людей в охрану особняка. Ну и выбрал меня. А я и не возражал. Что-то мне надоело туда-сюда мотаться, в палатке жить. Не, там все неплохо. Начальство далеко, сам себе хозяин, можно даже расслабиться. Но жена хотела, чтобы я дома почаще бывал.
— Женился все же?
— Да пора, пора, — хохотнул Алексей и махнул рукой молодому охраннику, чтобы тот шагал на пост, а он сам справится.
Мы вышли из караулки и по дорожке зашагали к особняку, в котором как праздничная иллюминация, светились окна.
— Князь с самого утра зверствует, — доверительно сказал егерь. — Узнал, что парни прощелкали твой прилет и не смогли встретить, так орал на Мисяя, что у того лицо побелело. Думали, сердечко остановится.
«Неплохой вариант вырисовывался, — подумал я. — Разом бы большинство проблем решилось».
— А ты куда пропал-то? — Алексей с любопытством поглядел на меня. — Невидимкой прикинулся, что ли? Твой рейс знали, здание аэропорта не такое большое, чтобы твой выход проворонить.
«Лопухнулся ваш Мисяй», — хотел ответить я, но промолчал. Не дело обсуждать с подчиненными проколы начальства. А вот князь обязательно об этом узнает.
— Сюрприз хотел преподнести, — ухмыльнулся я и попрощался с Алексеем возле парадной лестницы.
Там уже топталась княжеская обслуга. Пришлось отдать сумку ражему парню, у которого на простодушной деревенской физиономии светилась такая решимость взвалить на себя тяжелую ношу, что я побоялся, как бы руку мне не вырвал.
Щербатов, на удивление, встретил меня благосклонно, и ни говоря ни слова упрека, повел в гостиную, где коварно отдал на растерзание своим женам. Княгини Валентина и Ирина налетели на меня подобно штормовому ветру и начали осаду крепости по всем правилам воинского искусства. Борис Данилович, посмеиваясь, устроился поудобнее в кресле, даже не пытаясь проявить мужскую солидарность. Полагаю, это была маленькая изощренная месть за сегодняшние треволнения.
Первым делом я успокоил княгиню Валентину. Все-таки Мирослава была ее родной дочерью, и переживания женщины были видны невооруженным глазом.
 
Телефонные разговоры мало что дают в плане информативности. Там ведь как? Привет-привет, как живешь? А здесь живое общение, можно дотошно все расспросить, вплоть до того, как мы питаемся в этой далекой Испании. Я же говорю, княгинь интересовало буквально все, вплоть до бытовых условий. Рассказал, как есть, даже приукрасил, расписывая, какая там мягкая зима, насколько там тепло и какие вкусные апельсины в нашем саду.
Договорились до того, что жены Щербатова категорически заявили, что хотят съездить в гости к дочери. Я спрятал усмешку и посмотрел на князя: дескать, теперь ты выкручивайся.
— Мои дорогие, вы бы поторопили наших поваров, — в голосе Бориса Даниловича появились требовательные нотки. — Колояр с дороги, весь день где-то бродил голодный, а вы тут его вопросами донимаете.
Отправив жен командовать на кухне, Щербатов покинул свое кресло и совсем по-иному обратился ко мне:
— Пойдем в кабинет, поговорим наедине, пока на стол накрывают. Ты, кстати, Мирке позвонил? Она меня звонками изнасиловала, вопила так, что вся прислуга слышала.
— А чего вопила?
— Утверждала, что тебя похитили, — Щербатов распахнул дверь кабинета, пропустил меня первым, следом зашел сам. — Ты не знаешь, кто мог осмелиться на подобный шаг? Кто этот бессмертный?
Тесть шутил, значит, настроение прекрасное.
— Черт его знает, княже, — я пожал плечами. — Ребята Мисяя приехали, когда я уже садился в такси. Решил не отвлекать их от службы, тихонько уехал.
Щербатов хмыкнул, расхаживая по кабинету, затолкал руки в карманы брюк. Ширококостный и властный, он с какой-то задумчивостью спросил меня:
— Ты к своему наставнику из кадетской школы ездил, что ли? Дочка мне говорила, что он умер.
— На его могилку, — кивнул я.
— А к чему такие тайны? — князь сел на краешек рабочего стола. — Мисяя расстроил, людей в дураках оставил. Не очень хорошо поступил.
— Так было надо, — не собирался я раскаиваться перед тестем. Пусть другими вертит. У меня тоже есть своя жизнь. Клятву верности Семье не давал, пусть не забывает.
— Молодец, — неожиданная похвала Щербатова удивила, — не потерял навыки, чему тебя учили в школе. Я про твои художества, когда ты еще мальчишкой был, слышал.
— Про что это ты, Борис Данилович? — удивленно спросил я.
— Я про то, когда ты в Торгуеве сбежал от группы и несколько дней где-то скрывался. Я, вообще-то, догадался о каком-то индивидуальном задании, поэтому и попросил полицию особо не усердствовать. Любопытно мне было, как поведешь себя в большом и незнакомом городе.
— Погоди, Борис Данилович. Ты, выходит, за мной все это время следил?
— Не следил, а присматривал, — Щербатов назидательно воздел палец. — Разницу чувствуешь?
— Не особо.
— Ну и ладно, — махнул рукой князь. — Дело прошлое. Ты на сколько приехал?
— Завтра хочу в свою усадьбу съездить, проведать, как там мой дом.
— Да нормально там, — усмехнулся Щербатов. — Федор Громов твой — управляющий так себе, но охраняет имущество аки пес цепной. Порядок поддерживает, присматривает за персоналом. Гостиница доход приносит…
Князь Борис все так же непонятно-задумчиво посмотрел на меня, как будто не решался спросить о чем-то, и я решил ему помочь:
— Какая-то проблема, княже?
— Ты в Москве что-нибудь разузнал, кто охотится на Мирославу? — оказывается, Щербатов не забыл о нависшей над головой дочери опасности!
— Борис Данилович, ну ты сам подумай, как бы я узнал! — воскликнул я удивленно. — Кто я такой вообще? Обычный дворянин, пусть из Первородных, но степени влияния среди столичной аристократии — почти ноль! Конечно, что-то пытался сделать, не без этого…
Я замолчал, проигрывая в голове варианты, нужно ли раскрывать перед князем свои планы или только намекнуть. Щербатов — опытный лис — сразу сообразил: