Принцип войны. Том 2 (СИ)

— Хм, неужели сдался?
— Хорошо зная батюшку — вряд ли, — лукаво улыбнулась девушка. — Ему просто некуда деваться. Вот и старается выправить репутацию рода.
— Поедешь?
— Еще чего! — передо мной тут же вздыбилась дикая кошка. — Сначала проявляет неуважение к Первородному, а теперь пытается исправить положение через меня!
— Ты не уважаешь отца?
— Уважаю и люблю! — Настя сердито вцепилась в полы халата, снова распахнувшиеся, чтобы показать стройные ноги его обладательницы. — Но они с тобой поступили некрасиво! Когда я стану твоей женой, подобные ситуации будут вредить всем нам. Это братики мутят воду!
— Хорошо, хорошо, — я выставил ладони перед собой, умоляя замолкнуть разошедшуюся девицу. — Начинай собирать вещи. Скоро подъедут Макар со Степаном.
— Оставь кого-нибудь из ребят, — Настя схватила фен и направилась в ванную. — Ты можешь и один справиться, не спорю. Но кто тебе спину прикрывать будет? Еще и Сашу спасать надо.
— У меня есть помощник, — я с теплотой вспомнил о Ясни. — Не волнуйся. Поговорю с Чистяковым, проясним позицию — и разбежимся. Встреча назначена на завтра, так что через день я с Аликой буду дома.
На некоторое время мне пришлось отвлечься, так как Настя занялась собой. Я расхаживал по комнате, выстраивая кусочки картины и так, и этак. Но Алика в руках Чистякова существенно ограничивала мои возможности. Можно сколько угодно вопить о попрании дворянской чести, но архат поступил правильно. Он оставил для себя гарантии моего послушания. Этакий маленький крючок, вроде бы и незаметный, но болезненно впивающийся в плоть при каждом неосторожном движении.
— А что я надену? — чуть не плача спросила Настя, демонстрируя свою шубу. — Я вся такая красивая — и в этом…!
Она, конечно, преувеличила насчет внешнего вида верхней одежды. Не считая слежавшегося в некоторых местах меха и каких-то пыльных разводов, все было пристойно. Ничего не говоря, я забрал шубу и вышел в коридор. Взмахнул несколько раз, взметывая в воздух всякий мусор, осевший на ней, потом легонько прошелся ладонью, взлохмачивая ворс, и удовлетворенный результатом, вернул Насте.
— Придется потерпеть, — миролюбиво произнес я. — Вернемся в Россию — куплю вам новые. А в Мадриде отдадим на чистку. Может, и сам почищу.
— Ум-мм…, - проницательно посмотрела на меня девушка. — Ты уже осваиваешь бытовые магоформы?
— Ни разу не пробовал, — рассмеялся я, — но интересно, как получится. Надеюсь, не испорчу.
В дверь требовательно простучали. Это пришел Матвей. Он объявил, что такси стоит у входа в гостиницу. Я вручил ему чемодан Насти, и охранник безропотно потащил его вниз. Ничего, пусть отрабатывает. За такие косяки не самое худшее наказание.
Настю я проводил до холла. На прощание девушка порывисто обняла меня и, казалось, не хотела размыкать объятия, пока я сам решительно не подтолкнул ее к выходу. Вернувшись в номер, перетащил чемодан Алики в свою комнату, где смог, наконец-то, расслабиться. Сходил в душ, напялил на себя халат и заглянут в мини-бар, где обнаружил маленькую бутылочку коньяка, с которой развалился в кресле, обдумывая завтрашнюю встречу с Чистяковым. Сидеть в одиночестве было невыносимо.
Симулякр всегда со мной; я не снял его даже в ванной комнате. Жизнь приучила к мгновенной реакции на события. Буду размываться под душем, а ко мне заглянут ребятки Герасима Лукича. Умом понимаю, что детскими шалостями архат заниматься не станет, но к каждому в голову не заглянешь. Он уже обманул меня, и такой поворот очень не нравился в свете дальнейших событий.
— Покажись, дружище, — попросил я, постукивая ручкой по подлокотнику.
— Повежливее можно? — молодой человек в стильной жилетке появился на середине комнаты, прошел к дивану колыхаясь при движении, и присел. Ясни закинул ногу на ногу. — Я все же старше тебя на несколько тысячелетий.
— Извини, — не смутившись, ответил я и отхлебнул коньяк прямо из бутылочки. — Мне твой совет нужен. Сколько не думаю, не могу сообразить, что ждать завтра от встречи с архатом.
 
— Сомнения появились?
— Опасаюсь, что он может устроить ловушку. Надо ли раскрывать свои способности и объяснять механику магических плетений?
— Ты меня плохо слушал, хозяин, — улыбнулся Ясни. — Древняя магия иная, ее механику способен понять только гений магического искусства. Архат, которого ты опасаешься, несомненно, силен. В ресторане вы обменивались любезностями, а я прощупывал его потенциал. Для перехода на высший уровень ему нужны возможности, заложенные в «солнечный доспех».
— Хочешь сказать, что доспех Варахи — божественный дар?
К нему приложили руку такие маги как Седрик, Крук, Любор, самые настоящие Творцы, искусники древнего чародейства. Люди, а не боги, кстати. Если бы будущие поколения магов не пытались вносить новшества, то и мир мог стать другим.
— Ты их знал?
— Седрика и Любора, — кивнул фантом. — Они уже были почтенными старцами, когда я пришел к ним обучаться величайшему дару, что дан природой. И скажу, среди остальных учеников оказался самым способным и сильным. А все потому, что хотел встать вровень с такими гигантами. Так что не волнуйся. Если архат вздумает сыграть в свою игру, я вмешаюсь и уничтожу его. Главное, не забывай моих наставлений. И кстати, не надевай перстни левой руки. Ты еще с правыми не полностью разобрался, так только путаться будешь. Что есть сапфир?
Вопрос был неожиданным, но я четко ответил:
— «Солнечный удар». В совокупности с кинжалом дает возможность сопротивляться Огню.
— Алмаз?
— «Небесное копье» различных Стихий: лед, вода, молнии, ветер, тот же огонь, холодная плазма.
— Что есть Сударшана?
— Огненный диск, самый мощный и эффективный в нападении инструмент, — прилежно, как ученик на экзамене, отвечаю я.
— Когда можно использовать Скипетр войны?
— В завязке боя, чтобы отвлечь от основных магических потоков, формирующихся вокруг бойца.
— Где находится ядро твоих умений?
— В тебе.
— То-то же, — удовлетворенно произнес Ясни и заколыхался, как будто смеясь. — Маг совершенствуется в бою с подобным себе. Не бойся драться, иначе твой уровень останется таким низким, что даже мне станет стыдно. Даже так скажу: побольше магических дуэлей. Тебе же на пользу будет.
— Одно дело с архимагом схлестнуться, а другое — с архатом, — проворчал я, допивая коньяк. — Или прикажешь с Творцом выяснять отношения?
— Знаешь, как я стал Творцом? — с улыбкой спросил молодой красивый юноша, у которого за плечами — страшно представить — жуткая пропасть тысячелетий. — Я верил в себя и свои силы. Не боялся бросать вызов тем, кто высокомерно считал себя непревзойденным универсалом и не желал делиться нужными знаниями со своими учениками. Да, были и такие, яр. И мне приходилось выходить на ристалище, чтобы доказать обратное. Сила Творца не в догмах, а в желании впитывать все новое, но оставаться прежним.
— Спорное решение, — пробурчал я, покручивая перстень с сапфиром вокруг пальца. — Сейчас все стараются держать при себе наработанный опыт. Магические школы дают лишь необходимый минимум, а на выходе получается, что нужно искать наставника.
— В этом и проблема современных чародеев, — Ясни покачал головой. — У твоего архата уровень настолько средний, что я не знаю, как он будет воспринимать техники «солнечного доспеха».
Я задумчиво покрутил наполовину опустошенную бутылку в ладонях. Слова Ясни внушали оптимизм, не спорю. Да только свои способности архату буду показывать я, а не фантом чародея. Насколько высок уровень Чистякова? Нужно быть честным перед собой. Только симулякр обеспечивает мою безопасность. Надо самому овладевать оружием. Ведь в прошлой жизни, до той минуты, как я оказался в этом мире, приходилось постигать азы своей профессии от самых низов. Набил на себе сотни шишек, синяков, лечил переломы и ранения, прочность моей шкуры проверяли ножами и огнестрелом. И ничего — окреп, заматерел. Так и здесь нужно работать. Каждый день, невзирая ни на какие обстоятельства. Стать одаренным без Дара — в этом моя цель в жизни. А дети будут вершить судьбу, как и предсказывает призрачный союзник.