Давай никогда не встретимся (СИ)

Первая «жертва» обнаружилась сразу. Если все шли в сторону остановки, то эта женщина брела им навстречу. Наверняка возвращалась с ночной смены. Руки в карманах лёгкого пальто, взгляд в землю, лицо уставшее и хмурое. Вся её фигура, ссутуленная, сжавшаяся в комок, говорила о более чем плохом настроении. Решительно шагнув наперерез, я остановила незнакомку прикосновением руки.
– Здравствуйте. Плохое настроение?
Женщина попыталась обойти меня, но не смогла. Если уж сегодня мне приспичило творить добро, сделаю это даже насильно. Женщина подняла на меня удивленный, недоверчивый взгляд. С некоторой завистью взглянула на цветы.
– А вам какое дело? – буркнула в ответ.
Наверное, приняла меня за ходячую рекламу или что-то в этом роде. Я хмыкнула и, с трудом удерживая букет, потянула наружу один цветок. Укололась снова, но вытащила. Подала ей розу.
– Возьмите. Мне они не нужны, а Вам веселее станет.
Женщина вытаращилась на меня. Сделала шаг назад. Наверное, теперь решила, что я городская сумасшедшая.
– Я не люблю цветы, – сухо бросила она.
– Врёте, их все любят. – Я по-доброму усмехнулась. – Берите.
Женщина осторожно протянула руку. Нахмурилась.
– Просто так?
– Просто так.
Роза легла в ладонь. Женщина взяла её за бутон, и лепестки слабо смялись в пальцах. Новый растерянный взгляд в мою сторону.
– Спасибо, – прошептала она и пошла дальше, то и дело оглядываясь.
Я только пожала плечами. Что ж, это и не обещало быть легким – слишком странный поступок. Но меня это не остановит. Осталось ещё двадцать девять.
За час я управилась. «Жертвы» были разные: и смущенные школьницы, и парочки, и курящие у входов в магазины продавщицы. Кто-то прогонял меня, кто-то отказывался и абсолютно все удивлялись. Казалось, я была первым человеком в их жизни, раздающим цветы на улице. И всё-таки это было весело. Те, кто уходил с улыбками, вызывали у меня лёгкое чувство гордости. Избавившись от всей охапки, я глубоко вдохнула воздух и пошла к остановке. Куда собиралась ехать, не знала, но это было и не важно. Сегодня мою жизнь определял исключительно случай.
Дождавшись полупустого автобуса, вошла внутрь. Села у окна, надела наушники, отрезая себя от реальности. Заиграла любимая песня. Я печально, но искренне улыбнулась отражению в стекле и стала следить за проносящимся мимо миром. Знакомые улицы, здания, остановки. Одна песня сменялась другой, а я всё ехала, ни о чём особенном не думая. Наслаждалась самой дорогой, которой, казалось, не было конца. Наконец вышла в центре. Взглянув на видневшуюся в конце переулка главную площадь, пошла в противоположную сторону.
Душа требовала не просто брожения, а безумного брожения. Я так старательно выискивала эту искру сумасшествия вокруг, что люди шарахались от моего пытливого взгляда. В кармане зазвонил телефон. Хозяйка кафе. Я без всяких угрызений совести отбила вызов. Всё равно ей скоро искать мне замену, так чего церемониться? Да и работать перед гибелью способен только ярый трудоголик. Убрав телефон, я побрела по улице дальше, внимательно глядя по сторонам. Куда же податься… Чем заполнить утекающее время?
Спустя некоторое время я набрела на прокат скутеров. Идея неожиданно показалась привлекательной. Я остановилась. Почему бы и нет? Ни на чём, кроме велика, я не каталась, так отчего не попробовать? Молодой парень, заведовавший тремя железными красавцами, записал данные паспорта, показал, что и как. Освоилась я быстро. Для пробы проехалась вперёд-назад по улице и вырулила на не очень оживлённую дорогу.
Чувство было странное, даже неприятное. Я ехала в потоке машин, и ветер бил прямо в лицо. Приходилось следить за дорогой, знаками, светофорами, перед каждым манёвром проверять, видит ли меня водитель. Первое время это только нервировало и не приносило никакого удовольствия. Но постепенно я привыкла. Успокоилась, поехала ближе к обочине, на время выныривая из потока. Дома мчались мимо. Я рассмеялась. Ни разу не испытывала ничего подобного! Свернула направо, чувствуя, как за мной едет вереница машин. Прибавила скорость, уверенно разгоняясь на пустой после светофорного цикла дороге. И только тогда мне начало это нравиться.
 
Весь город лежал передо мной. Я могла выбрать абсолютно любую улицу, любой путь, добраться куда угодно. Маршрут складывался сам собой, и в этой свободе неожиданно мешались риск и чувство безопасности. Словно, пока еду, никто меня не настигнет, не достанет. Эх, если бы… Наконец я увидела невдалеке возвышавшееся над зданиями колесо обозрения. В голову стукнуло, что ни разу в жизни не видела город сверху. Самое время исправить. Загорелся зелёный, и я поехала в сторону парка отдыха.
Оставив скутер у входа и пристегнув его цепью, я вошла внутрь. Откинула назад волосы, взглянула на дорожки, гуляющих, соединившиеся в одно кроны деревьев. Какая безмятежность… Край колеса возвышался над всем, и кабинки медленно описывали дугу в небе. Я решительно направилась в их сторону. Оплатив билет, вошла в кабинку вместе с печальным невысоким мужчиной. Его обременённое житейскими трудностями лицо неожиданно вызвало неприязнь. Я отвернулась, облокотилась на перила, расслабляя напряжённое тело. Тише… спокойнее. Работник парка зашёл в пусковую будку, что-то нажал – и мы поехали вверх.
Город медленно, величественно выплыл из-за крыш. Раскинулся перед взглядом, красуясь паутиной улиц и солнечными отблесками в окнах домов и машин. Я ахнула. Разом обо всём забыла. Гул цивилизации остался внизу, и лишь ветер, как старый знакомый, снова шумел над ухом. Мы возносились всё выше и выше, так, что дух захватывало. Сзади послышался слабый кашель.
– Первый раз?
Не оборачиваясь кивнула. Мужчина что-то пробубнил, беспокойно завозился.
– Да, красиво. Душа дрожит при взгляде. Я вот сейчас на работе должен быть. Но не могу – выгнали. Нда. – Он помялся и замолчал.
Я обернулась и серьёзно взглянула на незнакомца, прямо-таки выпрашивавшего у меня жалость. Улыбнулась краешком рта.
– Что ж, значит, есть повод что-то изменить в жизни, верно? Найти себя, наконец. У Вас-то ещё всё впереди. А вот кто-то другой с работой, деньгами даже до завтра не доживёт.
И, снова отвернувшись, взглянула на панораму города. Сзади поперхнулись воздухом и замолчали. Кажется, я сказала что-то не так. Усмехнулась. Мы поехали вниз и, чуть достигнув земли, ринулись назад в небо. Вверх-вниз, по кругу. Город то открывался глазам, то стыдливо прятался за многоэтажками. Я наслаждалась. Отдавалась зрелищу всем естеством, будто была здесь одна. На самом верху сердце трепетало от сладкого испуга, в нижней точке нетерпеливо требовало продолжения. В какой-то момент меня посетила старая мысль из прошлого: что будет с ним, если я сейчас, допустим, прыгну вниз? Спасу ли этим принца? Я помотала головой, отгоняя эту идею. Что за глупость? Наконец колесо остановилось. Мужчина вышел, напоследок кинув на меня неодобрительный взгляд. Работник аттракциона, выпускавший его, перевёл на меня вопросительный взгляд.
– Я на второй круг, – улыбнулась ему в ответ.
И снова медленно, плавно поплыла вверх, навстречу простору.
Лишь накатавшись до тошноты, я наконец сошла на землю. Проводила взглядом новых пассажиров – семью с маленькими детьми. Встряхнувшись, пошла за скутером. День только начинался.
Уже на входе мне снова позвонили, правда, не хозяйка, а Надя. Трубку брать не стала. Сев на скутер, задумалась. Интересно, что сейчас делает принц? Прощается с родными? Сидит в офисе? Рисует по подворотням? Хохотнув, я надела шлем и поправила мешающуюся гитару. Раз уж сегодня лишила себя удовольствия готовить кофе другим, поеду сама выпью чашечку-другую. Тронувшись с места, я нырнула в поток машин.
Мир снова проносился сбоку, а ветер трепал волосы и одежду. Я посматривала по сторонам, выбирая, где остановиться. Центральные улицы, чистые и величественные, превращались в лабиринт, в котором я с удовольствием блуждала, поддаваясь порывам выбирать ту дорогу, которая нравилась. Теперь ограничений не было. Я могла не бояться собственных желаний. Тщательно сдерживаемая за развлечениями грусть засвербела в душе, грозясь вылезти наружу, и я экстренно припарковалась у ближайшего кафе. Спустившись со скутера, шагнула к простенькой вывеске. «Наша выглядит привлекательнее», – промелькнуло в голове. Пришлось снова напоминать себе, что больше не наша. Толкнув дверь, я шагнула в тихое пустое заведение. Официантка, сидящая в телефоне, подняла взгляд.