Вакагасира. Том 2 (СИ)
— Бабушкин. Я его хочу опекуну оставить. А то совсем дядю замордовал бесконечной беготней. Да и кухня уже всех ребят не вмещает, кого потихоньку на работу набираю.
— Ага. Значит, новости пока хорошие, — вздохнул директор, возвращая очки на привычное место. — Тогда что тебя привело в выходной день в школу?
— Хочу просить перевод на заочное обучение. Буду вместе со всеми раз в триместр сдавать тесты. Во вторник и четверг вести группу физкультурную. Но в остальном — я физически не успеваю, Кимура-сэнсей. Раньше как-то вывозил, но после возникших проблем меня попросили чуть-чуть ускориться. И чтобы выполнить просьбу, — стучу пальцем по ленточке с хризантемой, — мне придется мотаться по городу день и ночь. Быть прогульщиком я не хочу, это неуважение к вам после всего, что школа сделала. Хочется решить проблему к обоюдному удовольствию.
— Заочное… Ты знаешь, что с таких спрашивают строже и вопросы дополнительные на тестах задают?
— Значит, буду отвечать на дополнительные, куда деваться… Что от меня требуется?
— От тебя заявление. Бланк у меня есть, заполнишь, я в бухгалтерию отнесу. Они пересчитают стоимость обучения, за реактивы платить не придется.
— Можно без пересчета? Если кто-то из департамента образования вздумает нос сунуть, скажете, что в свободное время эксперименты делаю.
— Ну, если тебе так удобнее… В понедельник надо будет заехать, взять методички, там указаны темы для обучения. Еще план экзаменов. В начале июля я пришлю письмо, с точными датами. Сдашь — и свободен. До следующего триместра.
— Аригато гозаймасу, Кимура-сэнсей. Вы меня очень выручили… На следующий учебный год свою воспитанницу к вам приведу. Хотя, она тоже на заочном обучении будет, скорее всего.
— Девочка, для которой ты в среднюю школу просил рекомендацию переслать? Помню. Как у нее со здоровьем?
— Ходить начала. Очень надеюсь, что за лето полностью восстановиться. Спасибо профессору Сакамото и его помощникам, чудеса творят.
— Действительно, чудеса… Надеюсь, ты свой дар тоже восстановишь.
— Сакамото-сан обещал, я ему верю.
Закончив изучать содержимое ящиков стола, директор положил передо мной форму и стал показывать пальцем, куда что писать. Когда я закончил и приложил личную печать, забрал листок и будто между делом поинтересовался:
— Бок где повредил? На мотоцикле с твоими шалопаями учился кататься?
— Не, это я ангину где-то подцепил. Мороженное в слишком больших количествах вредит. Никак это не запомню.
— Понял… Хорошо, жду тебя завтра. Во сколько приедешь?
— К восьми буду.
— Хорошо. Все тогда, можешь идти. А я делами займусь. В понедельник после обеда проверка обещала в гости, приходится лично смотреть, что нигде ничего строители не оставили.
Само собой, проверять. Точнее говоря — припрять лишнее, что от тех же строителей удалось прижилить на будущее. Но насчет проверки я не ошибся.
Откланялся и поехал обратно в клуб. Там как раз народ должен проснуться и собраться со всего Токио. После фестиваля кто-то по ночным клубам подался, успех отмечать. И хватает же здоровья у людей, аж завидно.
***
Народу набилось прилично. Все босодзоку, включая новеньких. Плюс волонтеры. Им сегодня должны за работу премиальные выплатить. Еще пачка школьников, кто теперь на подхвате. Я даже точно не могу сказать — это помощники Жина Хара, или кто-то еще под себя шпану малолетнюю подгреб. Рожи у всех очень независимые, но вкалывают без дураков. И в мастерской, и по участку шуршат. Вроде из них будут самых головастых отбирать для двух новых гаражей, регистрацию которых на неделе закончит Чихару Сайто. Потом ремонт, оборудование, обучение и все остальное, что за собой тащит развивающийся бизнес.
— Народ, прежде чем вы будете разбирать плюшки за вчерашнее… Кстати — еще раз всех поздравляю, мы огромное дело сделали. Кто не видел, на столе стопка свежих газет, почти везде фестиваль описан. И ни одного матерного слова в наш адрес… Так, о чем?
Стою за барной стойкой, мне там проще чуть-чуть опираться. Катану убрал к себе в комнату, на плечах легкая куртка, чтобы пистолетом молодняк не пугать. Почесав короткие волосы, вспоминаю, с чего начинал.
— Точно. Значит, у меня тут дел разных поднавалило, поэтому в клубе я буду появляться набегами. Скорее всего — ночевать, пока новую берлогу не достроят.
— На побережье переезжаешь? Будешь гостиницу строить? — кричит из-за спин “Малыш” Эндо, тут же получив воспитательный подзатыльник от сидящей рядом Тошико.
— Не, рядом. Буквально в двух шагах. Пообещал парк Энкайсан в порядок привести. Дорожки, скамейки, парковки и все такое. Вот там домик для себя, любимого, и воткну. Вроде разрешение дали, осталось все круга ада по согласованиям пройти… О чем это я? А… Значит, вам в проектах постараюсь помогать, но это уже когда руки дойдут и свободен буду. Поэтому — вы ребята взрослые. Клуб ваш, бюджет на этот год сверстали и еще до конца не выбрали. Кто захочет новый проект начинать — между собой уже договаривайтесь и поддержите новичка. Или старичка, кому там приспичит… Это я вас имею в виду, Тэкуми и Мэзэнори.
— Мы в бармены пойдем! — отвечают хором лоботрясы.
— Ага, чтобы пиво на халяву пить. Клуб точно разорится, — фыркает им в ответ Макото Огава. Любитель “Урала” очень трепетно относится к своей работе и разгильдяев рядом точно не потерпит.
— Значит, разберетесь. Если что — телефон мой есть, звоните… Все, вы уже позавтракали, а я чуть перекусил. Пойду жевать, не буду отвлекать. Подводите итоги, составляйте планы. Потом интересное расскажете… Тошико-сан, насчет полиграфии. Мне близняшки там разного прислали, скорее всего, на них теперь печать любых буклетов и прочего свалим.
Салютует пивом в ответ. Все, дальше они уже сами, вполне взрослые, справятся. Мне же надо через полчаса уже со своими кадрами беседовать.
В моей комнате ждут оба Кодзима. Хакер сидит у столика, опустившись на колени и разливает чай по чашкам. Кеико стоит у невысокой подставки, на которой покоится катана. Девочка ее не трогает, просто разглядывает черные ножны. Брать без спросу чужое оружие — запросто можно руки или головы лишиться, здесь это чуть ли не с молоком матери усваивают.
— Охаё годзаимас. Сейчас еще Танигути подтянутся и можно начинать.
Руководящий состав корпорации у меня пока крохотный, три человека. Но мозги уже надо ломать на тему — кого брать под медицину, кого на фитнес направление. Это с гвардией чуть проще — вояки своих подтянут, если в самом деле чего-то стоит. А вот где управленцев на новые задачи добывать — это вопрос вопросов. Придется профессора трясти, он среди яйцеголовых наверняка кого-то порекомендует.
Аккуратно подойдя к брату и опираясь на его плечо, Кеико садится рядом и внимательно смотрит на меня. Пододвинув ей чашку с конфетами, выгибаю бровь. Я этому у подруги научился, та любит таким образом транслировать незаданные вопросы.
— Господин, я бы хотела принести кисэмон. Как Ясуо. Чтобы служить вам, служить семье Исии.
Не давая мне возмутиться, ее брат разводит руками:
— Я предупреждал, Тэкеши-сан. Не переделать, вся в бабушку… Пока вас не было, она меня чуть заживо не съела. Считает, что могла бы помочь, будь рядом.
— Будь она рядом, мы бы с тобой в четверг хоронили молодую глупышку вместе с остальными, кто в ресторане погиб. Я один выжил, остальных превратили в мясо, фаршированное свинцом. Десять стволов, в упор. Без вариантов… Кеико-кун, повторяю еще раз, я не играю в детские игры. Мои враги ненавидят Ниппон, микадо и меня в придачу. Ставки такие, что детей никто жалеть не станет. Особенно, если ты будешь моей тенью.
— Я все понимаю, господин… Просто моя жизнь закончилась месяц назад. Когда я не смогла больше даже шеей пошевелить самостоятельно… Сейчас я хожу сама, могу в ванной помыться, не отвлекая брата. Я живу благодаря вам. И я считаю, что подаренную жизнь имею право потратить на пользу не только себе… Позвольте мне быть вашим личным секретарем. Я умею хранить секреты. И бы по мере сил облегчила вам жизнь.