Земли Меча и Магии. Химеролог (СИ)
— Колдун! — во всю глотку заорал капитан стражи, нашаривая на поясе пузырек с зажигательной смесью, произведенной на свет безумными алхимиками, — Где колдун?!
— Н-не знаю… — с трудом выдавил из себя безусый новобранец, почему-то подумавший, что вопрос адресовался именно ему.
— Десять людей ко мне, — брызжа слюной прорычал ему в лицо Исмар, — двадцать к Хромому, остальных к воротам. Живо!
— Е-есть!
— И найдите мне этого гребаного колдуна!
Исмар выглянул из — за почти разрушенного зубца бойницы.
Почему-то первым словом, которое приходило ему в голову при каждом взгляде на открывавшуюся картину, было "море", а вторым — любимый Нагибатором и совершенно точно описывающий происходящее "пи#дец".
Полчища трухлявых скелетов, чумных зомби и пожирателей, ведомых иссохшими фигурами Хранителей Чумы, каждой клеточкой своего истерзанного гнилью тела источающих споры Чумы и нечестивые колдовские эманации, корежащие тела тех, кто оказался к уродливым тварям слишком близко, внушали если и не ужас, то вполне обоснованные опасения точно.
— Ыруараыу…
— Твою мать, — Исмар швырнул греющий ладони пузырек куда-то вниз.
Полый кусок стекла, внутри которого шипело и пузырилось нечто неопределяемого цвета, с едва слышным звоном разбился об голову самого проворного зомби, украшенную лоскутами гниющей плоти и обрывистыми прядями седых волос.
В первые мгновения Исмару показалось будто в голове вышеупомянутого мертвеца проснулся крошечный вулкан.
Пожелтевший череп треснул, разбрызгивая во все стороны свое полуразложившееся содержимое вперемешку с огненными каплями творения злобного гения придворного алхимика.
Ближайшие восставшие из мертвых моментально вспыхнули, точно огромные спички из мяса и костей. Вопли и завывания неупокоенных перешли на уровень ультразвука.
Интересно, а они на самом деле чувствуют боль или нет? Мертвые как никак…
Стремительно обугливающие и чадящие выедающим глаза жирным дымом тела мертвецов падали вниз, по ходу движения сбивая своих более медлительных коллег.
— Говорила мне мама иди огород копай, но нет же… — Исмар скользкими от собственной крови и ошметков чужих мозгов пальцами ухватился за потертую рукоять верного топора.
Зомби продолжали почти жалобно выть внизу, пожираемые взбесившимся алхимическим огнем, оголодавшим псом перекидывающимся с одного ходячего трупа на другой.
Жаль, что алхимик не может делать их быстрее пары штук в неделю. Несколько сотен подобных склянок и гниющую армию безумного некроманта, прозвавшего себя Королем Мертвых, даже веником будет проблематично собрать.
Загораться начал и курган из истерзанных и покрошенных до состояния фарша зомби, оставшихся под стенами крепости после предыдущего штурма.
— Капитан! — рявкнули откуда-то сбоку, — Колдуна подстрелили.
Исмар перевел полубезумный взгляд налитых кровью глаз на двухметрового бородатого детину в покоцанных доспехах, пытаясь осознать, что он только что сказал.
— Как? — почти выплюнул капитан стражи.
— Они подняли парней из Северной, — здоровяк моментально стушевался, увидев в каком состоянии сейчас находится его непосредственный начальник, и попытался уменьшиться в размерах.
— С#ки… Можешь идти.
Громила торопливо козырнул и поспешил свалить от греха подальше.
Что мы имеем в конечном результате?
Хранители Чумы умудрились убить полтора десятка элитных лучников, засевших в Северной башне, после чего подняли их и направили против своих недавних друзей и соратников. Как итог — Вальр валяется где-то с парочкой стрел в теле, и, вполне возможно, опасно близок к летальному исходу. А без этого склочного огневика, до ночи им точно не продержаться, плюс если Хранители успеют превратить уже отходящего на тот свет мага в нечто хотя бы отдаленно напоминающее лича, то можно прямо сейчас прыгать со стены, у подножия которой уже начало затухать волшебное пламя.
Все.
Вот теперь им точно конец.
Исмар поудобнее перехватил рукоять топора, задорно подмигнувшего ему отблеском света на иссеченном и покрытом глубокими зазубринами лезвием.
Благо, жена и дети успели выехать из города, хоть что-то радует.
Капитан городской стражи совершенно непроизвольно для себя оскалился в кривоватой ухмылке. Черт побери, а он-то надеялся на тихую смерть у себя в постели. Ну да, ну да…
— Уарыары…
Местами опаленные зомби вновь полезли на стены, источая во все стороны тяжелый смрад горелой плоти.
Да примут милостивые боги его грешную душу…
— АЛЬЯНС САСАТ!!! — откуда-то сверху раздался громогласный рев, подкрепленный низкочастотным рыком трех зеленых драконов.
Они спасены.
Нагибатор все же успел вернуться…
Глава 27. На болотах капище, люди собираются…
Вечер наступил удивительно незаметно. Вот была середина дня, а вот уже и начинает смеркаться.
Впрочем, вполне возможно, что внутренние часы Сильвара на какое-то время перестали исправно работать. Все же длительное, для инкуба конечно же, воздержание давало о себе знать…
Две селянки, из тех, что помоложе и покрасивее, не успевшие обзавестись мужьями, неплохо скрасили ему компанию в чьем-то доме. Что примечательно, абсолютно добровольно, даже без угроз вырезать под корень население деревеньки со стороны Сильвара, польстившись на обрывочные слухи об постельных возможностях инкубов, выпытанных у изредка заезжающих в Болотинки бродяг и вконец обедневших торговцев. Плюс, хоть Сладострастный и не дотягивал до уровня Повелителей Похоти, но все же был не плох собой, а для молоденьких дурех, никогда не выбиравшихся за пределы деревни, вообще являлся идеалом красоты и привлекательности, да и магическое воздействие так же не стоило сбрасывать со счетов.
Все же жизнь прекрасна…
Эх, осесть бы где-нибудь на окраинах, подальше от ублюдков навроде Кровавого Ужаса, в подобной деревеньке, только желательно, чтобы все ее население представляло собой крайне раскрепощенных и соблазнительных представительниц женского пола всех известных рас.
Мечты… мечты…
Инкуб вышел на рассохшееся крыльцо слегка покосившегося дома, отчаянно заскрипевшее под его весом.
Легкий вечерний ветерок приятно холодил разгоряченную кожу и нежно перебирал пряди рассыпанных по плечам волос. Красота…
Может выпросить этот клочок земли у Ингора? Как-нибудь отмазаться, мол, нужно бдеть и охранять, да и провести остатки дней своих в этой глуши, где о нем вскоре и забудут. Ни постоянных рейдов неизвестно куда, ни всяких разбойников и крысолюдов, даже извечных интриг и грызни за власть не будет, сиди себе пиво пей, трубкой дыми, да девок щупай, чем ли не рай на земле?
Прислонившийся спиной к стене соседнего дома староста, которого Сильвар вначале даже не заметил, подковылял поближе.
— Готовы, значица, ваша Милость, к болотам идти? — проскрипел он, попыхивая трубкой.
— Всегда готов, — хмыкнул инкуб, цитируя одного виденного мельком Неумирающего, — а нам точно сейчас идти? Ты же говорил они ночью приходят.
— Так, ваша Милость, ужо вона ночь, значица, да и туман, значица, с болот идет. Те мракобесы, значица, с ним и приходють.
— Ну тогда выдвигаемся.
Благо, домик в котором Сильвар предавался любовным утехам расположился на окраине поселения, так что до стоянки разорителей идти было недолго.
Бойцы инкуба уже успели выстроиться в идеально ровную шеренгу и с непередаваемым выражением на мордах, присущим только им, уставились на своего непосредственного начальника.
Черт побери, Сладострастный вдруг понял, что вряд ли его розовые мечтания о тихой и мирной жизни когда-нибудь сбудутся. Ему слишком сильно нравилось ощущение власти и то, с какой верностью закованные в латы машины смерти смотрят на него. Хотя, вполне возможно, это была не собачья преданность, которая ему померещилась, а смесь из голода, тупости и желания убивать все что движется. Но об этом Сильвар предпочитал не задумываться, ибо, а зачем это надо? Разорители не другие инкубы, и уж тем более не дьяволы — им до интриг еще очень далеко. Кто сильнее, тот и главный, все просто, а главное понятно для их не шибко развитых мозгов, скрытых за толстыми костями черепа. А самый сильный тут, хоть и в магическом плане, именно Сладострастный.