Порочные ангелы (ЛП)

У меня было предчувствие, что это будет гораздо труднее.
— Извините, — спросил я женщину в фартуке, которая подошла к двери. — А Ракель и Арманд Чавес живут здесь?
Женщина на мгновение уставилась на меня, медленно вытирая руки о фартук. Я оставил голову Бруно в холодильнике со льдом в багажнике, поэтому не должно было быть ничего необычного в нарядно одетом мужчине, стоящем на ступеньках.
— Да, они живут здесь. Кто спрашивает?
Я выдохнул с тихим облегчением. Значит, Сальвадор еще не убил их, а это означало, что Луиза, скорее всего, еще жива.
— Я друг их дочери, — сказала я ей, улыбаясь как можно искреннее. — Не могли бы вы передать Ракель, что я хочу поговорить с ней? Боюсь, это очень важно.
Она снова изучила меня. У меня было ощущение, что Луиза лично наняла эту женщину. Она была дерзкой и подозрительной, именно такой, какую она хотела бы видеть для защиты своих родителей. Если мои инстинкты были верны, у нее, вероятно, был пистолет, и она знала, как им пользоваться.
— Как Вас зовут? — спросила она.
— Хавьер, — сказал я ей.
— Фамилии нет?
— Гарсия.
— Хорошо, Хавьер Гарсия, — сказала она, — я пойду позову Ракель. Пожалуйста, оставайтесь здесь.
Дверь захлопнулась перед моим носом.
Я пожал плечами и сел на скамейку рядом с ухоженным розовым садом. Любовался цветами, ожидая, когда дверь снова откроется.
Когда она открылась, я повернулся на своем месте и увидел, что там стоит красивая, элегантная, пожилая женщина. Ее взгляд был устремлен на меня, хотя я знал, что она слепа.
— Ты хочешь поговорить со мной о Луизе? — спросила она. Я увидел, что сиделка стоит прямо за ней. Я начал подниматься, но Ракель быстро сказала: — Оставайся на месте. Не вставай. Друг моей дочери — мой друг.
Очень надеялся, что она не говорила этого о Сальвадоре.
— У вас потрясающие органы чувств, миссис Чавес, — сказал я ей, когда она спустилась с двух ступенек и пошла по дорожке ко мне, двигаясь грациозно и уверенно, не нуждаясь ни в какой помощи.
Она улыбнулась, и я увидел Луизу в ее лице. Это сделало забавные вещи с моим нутром, разъедая его печалью.
— Спасибо, — сказала она, — но для меня это просто жизнь. Она не должна быть тяжелой.
— Нет, — сказал я, — думаю, не с этой точки зрения. У вас прекрасный новый дом, — мой взгляд скользнул к сиделке, которая теперь прислонилась к дверному проему, открыто наблюдая за нами. — И очень бдительная помощница.
— А, это просто Пенелопа, — сказала она, отмахиваясь от нее. — Возвращайся в дом, Пенелопа, со мной все будет в порядке. Этот человек не причинит мне вреда.
Пенелопа неохотно выполнила просьбу, но даже при этом я видел, как двигались жалюзи, и знал, что она шпионит через окно.
— Она очень параноидальна, — заметил я, повернувшись к Ракель. — Есть ли для этого причина?
Она слабо улыбнулась.
— Да.
Но больше она ничего не сказала.
Не хотел делать Ракель параноиком, но я должен был спросить:
— Почему Вы так уверены, что я не причиню вам вреда?
Она села рядом со мной и сложила руки на коленях.
— Ты умеешь читать по лицам людей, не так ли? Я же могу читать их души.
Не смог не рассмеяться на это, но ее улыбка и уверенность не ослабевали.
— О, вы серьезно, — сказал я, чувствуя легкий стыд, но скрыв это. — Ну, я хочу, чтобы вы знали, что у меня нет души для чтения.
Теперь настало ее время смеяться.
— Конечно, есть! — воскликнула она. — Ты ведь сейчас здесь, не так ли? А теперь скажи мне почему, и ты увидишь, что я права.
— Почему я здесь? — Она осторожно кивнула. — Миссис Чавес…
— Ракель.
— Ракель, — начал я, — вы слышали что-нибудь о своей дочери в последнее время?
Она покачала головой, ее руки слегка дрожали.
— Нет. По крайней мере, три недели. Ты не знаешь, все ли с ней в порядке?
Я на мгновение прикусил губу.
— Честно? Я ничего не знаю. Но не думаю, что она в порядке. Думаю, что Луиза в большой опасности, и вы тоже. Сальвадор Рейес позволяет плохим людям выглядеть хорошо.
— Я знаю это, — сказала она с тихим гневом.
 
— И я знаю, что он больше не заинтересован в том, чтобы оставить ее своей женой… — я громко вдохнул и выдохнул. — И когда это произойдет, она будет для него все равно что мертвец.
Она несколько мгновений безучастно смотрела на небо, прежде чем спросить:
— Что тебе нужно от нас?
— Мне нужно убедиться, что вы в безопасности, — сказал я. — Это все, чего Луиза когда-либо хотела. Она заботится о вас больше, чем о собственной жизни и собственном счастье.
На самом деле это приводит в ярость, хотел добавить я. Но даже я знал, когда нужно держать рот на замке.
— Знаю, — сказала она едва слышно.
Ее глаза заслезились. Я очень надеялся, что она не начнет плакать у меня на глазах, потому что понятия не имел бы, что делать.
— Если вы в безопасности, — сказала я ей, — и вы, и ваш муж, и находитесь вдали отсюда, вдали от места, где Сальвадор может вас найти, тогда я могу пойти и забрать Луизу. Я могу вернуть ее.
— Это невозможно, — сказала она. — Сальвадор Рейес — главарь картеля Синалоа.
— Да. И это будет нелегко. Скорее всего, я умру в процессе. Но есть способ сделать это. Всегда есть способ.
Казалось, она приняла это. Она вытерла слезу тыльной стороной ладони и кивнула головой, как бы соглашаясь с внутренним диалогом.
— Зачем ты это делаешь? — спросила она в конце концов. — Кто для тебя Луиза?
— Она друг, — это была не совсем ложь.
— Ты влюблен в нее, — заявила она, широко улыбаясь.
Я бросил на нее взгляд, который она не могла видеть.
— Она мне очень дорога, — поправил я ее.
— Что ж, — сказала она, ничуть не смутившись, — если это достаточно хорошо для тебя, то это достаточно хорошо и для меня.
— Тогда вы позволите мне помочь вам, — осторожно сказал я, чувствуя, что все прошло легче, чем ожидалось.
Я думал, что будет много протестов, много криков, много дверей, захлопнутых перед моим лицом, или пистолетов, приставленных к моей голове.
— Конечно, я позволю, — сказала она, — и Арманд тоже.
— И вы доверяете мне, вот так просто?
— Да. Доверяю. Я же говорила тебе. Мои чувства остры, а у тебя, мой мальчик, очень хорошая душа, даже, если ты хочешь верить в обратное.
— Возможно, я не так хорош, как вы думаете.
Она улыбнулась и махнула на меня рукой.
— О, я не сомневаюсь в этом. Несмотря на то, что чувствую запах крови на тебе.
Я посмотрел вниз на свои брюки, на несколько темных пятен, которые выделялись на фоне темно-синего цвета.
— У меня были кое-какие дела, — попытался объяснить я.
— Не сомневаюсь.
Мне было интересно, как много, по мнению этой женщины, она знает обо мне. Это было увлекательно и тревожно одновременно. Но пока она хотела помочь себе и своей дочери, мне было все равно.
— Будет ли Пенелопа проблемой? — спросила я, снова оглядывая дом.
— Ты не застрелишь ее, — сказала мне Ракель, — если ты об этом думаешь.
Я нахмурился. Казалось, что она довольно хорошо меня понимает.
— И не думал, — солгал я. — Но будет ли она нужна вам в будущем, или это может делать кто-то другой? Я могу нанять вам кого угодно на той стороне, но брать с собой Пенелопу слишком рискованно. В конце концов, она на жаловании у картеля.
— Любой человек подойдет, — сказала она. — Что ты имеешь в виду под другой стороной?
— Я могу посадить вас и вашего мужа на частный корабль, который отходит от пристани Сан-Хосе через тридцать минут. Вы отправитесь прямо в Пуэрто-Вальярту. Там я попрошу кого-нибудь встретить вас и помочь устроиться. Вы можете ей доверять.
— Кто она?
— Моя сестра, Алана. Она обязана мне не одной услугой.
По крайней мере, в моих мыслях она была обязана.
— Хорошо, — сказала Ракель. — Я доверяю тебе.
Я улыбнулся.
— Обычно не стоит, но в данном случае я рад, что вы доверяете.