Огненная угроза (СИ)
— Наконец-то вы остановились-курлы, — проворчал голубь, хлопая крыльями. — Я уже три раза хотел открыть к вам портал, да только вы мчались во весь опор-курлы. А мне с грузом было не с крыла за вами гнаться-курлы.
Под грузом демонический голубь, видимо, подразумевал крупный, украшенный резьбой ларец, болтавшийся у него в лапах. Халфас крепко держал его за тонкую ручку, словно тот ничего не весил.
— У нас тут просто небольшая проблемка была… — пояснил я и кивнул в сторону ифрита. — Я призвал здоровяка, а он сотрудничать не хочет.
— ГОТОВЬТЕСЬ К СМЕРТИ! — торжествующе-злобно взревел Арган, когда до нас оставалось всего несколько его шагов, и замахнулся раскалёнными когтями.
И внезапно замер с отведённой рукой, уставившись на повернувшегося в его сторону голубя.
— Что ты тут делаешь, Арган-курлы? — спросил Халфас, по-голубиному склонив голову на бок.
— Господин Халфас? — растерянно спросил ифрит. — Как вы тут…
— По делам, — в голосе Халфаса неожиданно прорезалась сталь. — А вот ты что тут забыл-курлы? Не припоминаю, чтобы господин Иблис собирался посылать кого-то в верхний мир-курлы.
От этих интонаций владыка ифритов аж съёжился и невольно сделал шаг назад, опуская руку. Судя по всему, в табели о рангах чёрный голубь находился значительно выше огненного здоровяка.
— Меня призвал этот жалкий глупец, — Арган ткнул кривым когтем в мою сторону. — Я просто хотел преподать урок никчёмному смертному, что осмелился меня призвать, господин Халфас, — хотя ифрит пытался вернуть себе уверенный вид, от былой жути и громкости в речи Аргана не осталось ни следа.
Голубь тяжело вздохнул и, снизившись, поставил ларец на землю, оставшись сидеть на ручке, словно на насесте.
— Я так понимаю, ты даже не пытался разобраться в том, кто призвал тебя-курлы, — мрачно сказал он и тускло рдеющие глаза вспыхнули алыми точками. — Господин Валерьян - один из близких друзей господина Асмодея-курлы. Как и те двое, что стоят вместе с ним.
Услышав это, ифрит словно уменьшился на треть, попытавшись съёжиться ещё больше. Сложно было представить, чтобы такой монстр испытывал хоть какое-то чувство страха, однако…
— Так как ты служишь господину Иблису, то должен знать, что он и господин Асмодей - хорошие друзья-курлы. Если ты перейдёшь дорогу господину Асмодею, твой хозяин не станет покрывать тебя-курлы. Тебя развоплотят-курлы. Если повезёт и господин Асмодей будет в благодушном настроении-курлы. А если не повезёт…
Судя по жалкому виду владыки ифритов, он это осознал ещё до того, как Халфас решил освежить ему память.
— Что же мне делать, господин Халфас? — растерянно спросил он.
Пламя, окутывавшее его тело, почти исчезло. Осталась лишь огненная грива вокруг головы, значительно уменьшившись в размерах.
— Полагаю, тебе стоит проявить свою почтительность и извиниться-курлы, — махнул крылом голубь. — Думаю, тысячи поклонов хватит-курлы. Насколько мне известно, господин Валерьян весьма добр, так что этого будет достаточно-курлы.
Когда я представил себе эту картину, у меня аж голова заболела. Конечно, очень приятно, когда огромный монстр, который ещё минуту назад пытался тебя в пыль превратить, начинает биться лбом об землю, но тысячу раз - это явный перебор… Мы ж так до вечера тут проторчим, пока он челобитную давать будет! Тратить столько времени даже на столь приятное зрелище совершенно не хотелось. Так что я жестом остановил ифрита, уже бухнувшегося на колени с оглушительным грохотом, и сказал голубю:
— Поступим проще, почтенный Халфас. Я призывал его, чтобы поручить одно дело. Пусть выполнит и валит на все четыре стороны.
Переступив тёмно-красными лапами, голубь повернулся в мою сторону и уточнил:
— Курлы? Вы уверены, господин Валерьян? Это ведь даже не тянет на извинения-курлы!
— Всё в порядке, — кивнул я. — Мы очень спешим, так что этого будет достаточно.
— Хмм… Да будет так-курлы, — кивнул голубь. — Что он должен сделать-курлы?
Я на секунду задумался. Изначально я хотел просто пробить дорогу из Тородина в Доргот и потом отпустить, но раз уж всё повернулось таким образом…
— Пусть уничтожит осадные лагеря вокруг всех гномьих чертогов, — я махнул в сторону начавших стягиваться сюда из под стен Доргота саламандр. — И на этом будем считать вопрос исчерпанным.
Жора, услышав это, довольно крякнул, а Йорик даже не удержался от столь редкого в его устах явления как похвала:
— Надо же, а у тебя котелок варит, хвостатый! — обрадованно поклацал он. — Не сомневайся, мои соплеменники будут тебе благодарны!
— Ты слышал господина Валерьяна-курлы, — буркнул голубь, повернувшись к Аргану. — Исполни приказ со всем прилежанием-курлы! Иначе я доложу господину Асмодею о твоём неуважении-курлы!
— Господин Валерьян, этот недостойный ифрит сделает всё, что прикажете! — подал голос Арган, до сих пор стоявший на коленях, уперевшись рогами в базальтовую землю. — И приносит извинения за своё поведение из самых глубин всех своих четырёх сердец! Этот недостойный не подозревал, что был призван столь уважаемой личностью!
— Ну хватит, хватит, — поморщился я. — Просто выполни задание и забудем об этом.
— СЛУШАЮСЬ И ПОВИНУЮСЬ! — радостно взревел повелитель ифритов, вновь распаляя пламенную тушу и поднимаясь с колен.
После чего рванул в сторону саламандр, выпуская свои раскалённые когти. И вскоре, когда ифрит ворвался во вражеские ряды, размахивая лапами и хвостом, среди огненных ящериц замелькали многочисленные вспышки посмертных эффектов. Арган приступил к выполнению приказа со всем возможным старанием.
— Спасибо за помощь, почтенный Халфас, — я поблагодарил демонического голубя. — А то никакой управы на него не было.
— Не стоит, не стоит, — махнул он крылом. — Характер Аргана довольно буйный даже по меркам демонов-курлы. Однако, вам в любом случае стоит быть аккуратнее с призывами, господин Валерьян-курлы. Среди высших сущностей огня нет мирных и покладистых-курлы. И если они почувствуют в вас слабину, то история может повториться-курлы.
— Большое спасибо за предупреждение, — поблагодарил я. — Жаль, что я не осознал этого раньше. Ну да ладно, чем обязаны столь неожиданным визитом?
— Курлы! — встрепенулся Халфас. — Незадолго до вашего отбытия, Его Темнейшество отправил меня добыть лучшую выпивку в Преисподней для господина Жоры-курлы.
— Оооо! — оживился гном, подавшись вперёд. — Так это…
Его взгляд вполне красноречиво впился в массивный ларец, на ручке которого сейчас важно сидел Халфас.
— Да-курлы! — подтвердил голубь и спустился на землю. — Тут восемь бутылок отборнейших «Грехов»! По бутылке на грех-курлы!
Дядя Жора опустился на колени перед сундучком, и с дрожащими руками и горящим взором откинул тяжёлую крышку, сплошь украшенную узорами со сценами прегрешений. Видимо, заметив некоторые из них, Иназума слегка покраснела и отвела взгляд.
— Погоди-ка, почтенный, — нахмурился я. — А разве смертных грехов не семь?
— Это смотря как считать-курлы, — пояснил голубь. — Но восемь - более древнее и точное число. Кроме того, намного лучше, когда бутылок в ящике чётное количество, верно-курлы?
Аргумент оказался железным. Бронебойным, я бы сказал. И, не найдя поводов для возражений, я перевёл взгляд на содержимое сундука.
Внутри, в плотных гнёздах, обтянутых чёрным искрящимся бархатом, стояли внушительных размеров бутылки. На глазок, каждая из них тянула литра на два, если не больше. Жора, очарованный стоящим перед ним сокровищем, нежно и аккуратно, словно новорождённого, вытащил одну из бутылок. Надпись на этикетке с кучей мрачных вензелей оказалась на каком-то нечитаемом языке и мне пришлось воспользоваться интерфейсом, чтобы увидеть подсказку.
Как оказалось, гном держал в руках «Первый грех: Чревоугодие».
Жидкость в бутылке оказалась непроницаемого бездонно-чёрного цвета и густой, словно смола. Пенсионер вертел её в руках и завороженно наблюдал, как она плавно и неохотно перетекает от стенке к стенке. Если это и правда был жидкий грех, то, судя по густоте, его концентрация внушала уважение.