Секс на одну ночь... или на две (ЛП)

Он делает так же.
— Извините. — Мы оба хихикаем и снова оба делаем шаг влево.
— Что ж, нам нужен план, — говорит он, и я поднимаю глаза, улыбаясь. Он прищуривается, и на его лице появляется выражение узнавания, но я не знаю, кто он. Ведь так?
— Давай я пойду в эту сторону? — указываю я большим пальцем вправо. — А вы пойдёте в ту сторону, — указываю налево.
— Идет. — Он тратит лишнюю секунду, словно пытается вспомнить меня, прежде чем уйти. Я открываю дверь в дамскую комнату и украдкой бросаю взгляд через плечо, но быстро поворачиваю голову, когда замечаю, что он делает то же самое.
Черт. Кто этот парень?
Я запираюсь в кабинке. Это было странно. Знаю ли я его? Не думаю. Тогда почему мне показалось, что он знает меня?
Как только я закончу со своими делами, мне придется столкнуться со своим красным лицом в зеркале над раковиной, однозначно стоило заказывать доставку. Мало того, что я без макияжа и сыпью прыщей, но освещение в этой уборной показывает каждый непослушный волос, заставляя меня отчаянно жалеть, чтобы у меня нет пинцета. Я выгляжу ужасно. Забудь о нем, этот человек не знал меня, скорее всего, он просто был ошеломлён моим внешним видом.
Я проверяю время на телефоне. Еда уже должна быть готова. Пожалуйста, пусть она будет готова. Я просто хочу забрать свою еду и убраться отсюда к черту, пока я не столкнулась с кем-нибудь, кого я действительно знаю. Я толкаю дверь, готовая скрыться обратно в свой угол.
И там, черт побери, стоит он.
Мэтью.
  
Глава 20. Вся чертова семья
 
Мэтью
МОЙ БРАТ БЫЛ прав. Это она.
Холли.
После трёх недель ночных походов за пиццей в надежде на случайную встречу, я, наконец, сталкиваюсь с ней в ресторане, в котором никогда раньше не был. Похоже, это место не просто так называется «Счастливая звезда».
— Что ты здесь делаешь? — в панике восклицает она, ее руки взлетают к… подбородку?
— Я ужинаю со своей семьей. Мы празднуем день рождения моей племянницы. Что ты здесь делаешь? — Пожалуйста, не говори, что ты на свидании.
— Я заказала еду на вынос. — Ее руки все еще парят над подбородком, а на лице читается явная паника. Ее карие глаза не отрываются от пола, а левая нога начинает нервно дёргаться. Одна рука убирается от ее лица и тянет за резинку, отчего ее густые тёмные волосы каскадом рассыпаются по плечам. Я с трудом сглатываю. Это все равно что смотреть рекламу в замедленной съёмке.
— Боже, ты прекрасна. — Слова слетают с моих губ сами по себе. Я ничего не могу с этим поделать. Она великолепна.
Ее нос морщится, брови нахмурены, и она поворачивает голову в сторону зала, как будто что-то ищет.
— Здесь продают алкоголь?
— Ты думаешь, я пьян? — С чего бы ей так думать? Потому что я назвал ее красивой?
Она опускает голову и застёгивает молнию на толстовке до самых губ. Когда она снова поднимает голову, нижняя половина ее лица закрыта.
— Нет, просто… я выгляжу далеко не прекрасно. — Ее слова приглушены поднятой толстовкой.
Обычно именно на этом моменте я говорю или делаю что-то глупое. Не сегодня. Никаких игр. Никаких сожалений. Мне нужно все ей сказать.
— Холли, я почти месяц ждал шанса снова увидеть тебя, и теперь, когда ты здесь и у меня есть шанс, я не его не упущу. Я думаю, ты великолепная. Красивая. Сексуальная. Весёлая. И я бы хотел встретиться снова, сводить тебя на свидание, настоящее. — Ее глаза расширяются. — Ты можешь сказать «нет», если хочешь, и я пойму, — качаю я головой. — Нет, забыли это, я не пойму, если ты скажешь «нет», просто буду продолжать спрашивать, пока ты не скажешь «да». Я думаю, нам было бы действительно хорошо вместе. — Я смотрю вниз, ожидая ее реакции. Ее рот все еще прикрыт, но я думаю, что она улыбается. Я делаю глубокий вдох и сохраняю надежду.
— Я тоже надеялась увидеть тебя снова. — Толстовка немного опускается, и я вижу ее привлекательные пухлые губы. Она определенно улыбается. — Я сожалела о том, как себя повела, и обо всем, что я сказала перед уходом. Я нервничала, или боялась, и я запаниковала. Но я тоже думаю, что нам было бы хорошо вместе.
 
— Это значит «да»? Ты пойдёшь со мной на свидание?
— Да. — Она прикусывает нижнюю губу. — Но ты уверен, что это не странно из-за того, как мы начали?
— Вовсе нет. — Женщина протискивается мимо нас в дамскую комнату, и мы подходим ближе друг к другу. Мои пальцы касаются ее, и она берет меня за руку. Это действительно происходит. То, как она вызывает беспорядочное биение моего сердца… После свидания с ней мне может понадобится бета-блокатор. Оно того стоит. Вот для чего нужны кардиологи и планы лечения.
— Я просто переживаю. Я не хочу, чтобы ты считал меня девушкой, которая уходит домой с каждым встречным парнем. То, что произошло между нами, было только на один раз, — ее глаза закрываются, и она со стоном вздыхает, — который случился дважды.
— Я бы никогда не думал так о тебе, — притягиваю ее еще ближе, касаясь губами ее лба в лёгком поцелуе.
— Ты уверен?
— Абсолютно. Пойдем со мной прямо сейчас. Мы можем поехать, куда ты захочешь.
— Прямо сейчас? — хихикает она, поднимая руки и кладя их мне на плечи. — Как насчёт твоей семьи? Разве ты здесь не отмечаешь день рождения?
Разумеется. Я не могу уйти.
— Присоединяйся к нам. Мы добавим одно место за столом.
— Присоединиться к вашему семейному ужину? Ты с ума сошёл? — игриво она подталкивает меня. — Я не могу встретиться с твоей семьей, мы еще даже не ходили на свидание.
— Те две ночи, которые мы провели вместе и которые ты называла сексом на одну ночь, если подумать, то на самом деле это было не так. Они больше походили на свидания.
— Свидания? — поднимает она бровь. — Ты хочешь назвать их свиданиями?
— Да, свидания, и так как мы встречаемся с Хэллоуина, думаю, тебе пора познакомиться с моей семьей.
— Я не могу. Посмотри на меня. Я в неоновой толстовке, рваных штанах для йоги, и у меня высыпало лицо. Не-а, — качает она головой.
— Ты выглядишь идеально для меня. — Я хватаю ее за руку, и она неохотно сжимает ее в ответ. Я подталкиваю ее голову вверх, освобождая подбородок от неонового хлопка, и опускаю свои губы, чтобы встретиться с ее для быстрого поцелуя. Когда мы отстраняемся, она показывает на свой подбородок и хмурится. Я смотрю на ее безупречное лицо. — Я понятия не имею, на что смотрю.
— Да, ты мне правда нравишься, Мэтью, — широко улыбается она.
Я наклоняюсь для еще одного поцелуя, прежде чем взять ее за руку и повести к нашему огромному столику на четырнадцать человек в центре ресторана.
— Подожди, — тянет она меня за руку, чтобы мы остановились. — Я не могу пойти туда. Ты сказал, что рассказал своей маме о той ночи. Она поймет, что это была я.
— Нет, она не поймет. — Черт бы побрал мой большой, глупый, пьяный рот. — Моя мама не знает никаких подробностей. Она не знает, кто ты такая.
— Ты уверен? — задерживает она дыхание. — Думаю, я умру, если она знает, что это была я.
— Она не знает. — Да, моя мама, возможно, подслушала, как я говорил о той ночи, но я никогда не упоминал при ней Холли. Она ни за что не сложила бы два и два вместе. — Тебе не нужно беспокоиться.
Когда мы приближаемся, моя болтающая семья замолкает, все взгляды устремляются на Холли, как будто она уже была темой разговора. Мой желудок скручивает от дурного предчувствия. Пэт и Кент знают, кто она такая. Это Пэт увидел ее и сказал мне, что она здесь. Но они бы ничего не сказали остальным. Ведь так?
 
— Это Холли, — представляю я ее членам семьи с разинутыми ртами за столом. — Холли, это мои мама, папа, Пэт, Эшли, Лола, Карли, Стейси, Нина, Элла, Ева, Кент, Робин и именинница Мишель.
— Это твоя девушка? — Элла говорит первой. Я не знаю, как ответить, и, прежде чем что-то сказать, вмешивается Нина.
— Вы собираетесь пожениться?