Последняя Вилсон (СИ)

— Чем докажешь, что ты мне не враг?
— Я с самого начала знал, кто настоящая Эллизабет Вилсон. Лизи, — Эрик переступил с ноги на ногу, — как думаешь, если бы я хотел сдать тебя, разговаривал бы сейчас с тобой?
— Не аргумент. — Встрял Оливер, переплетая руки на груди.
— Если бы я хотел арестовать Лизи и сдать ее властям, то сделал бы это еще в первый день. Не позволил бы ей сбежать из камеры. Или вытащил бы ее из тайного хода. Но я этого не сделал. Вместо этого я подсунул герцогу пустышку. А я, между прочим, сильно рисковал. На мне была клятва крови.
Сжала ладонь в кулак, потушив искры, и исподлобья посмотрела на Эрика. Прошло столько лет с нашей последней встречи. Меня все еще грызли сомнения, что этот человек мой друг, который всегда прятал лицо за плотной маской. Не таким я его себе представляла.
— Как ты сюда попал?
— Это долгая история. — Вздернула левую бровь и переплела руки на груди. — Предлагаю послушать ее в более благоприятной обстановке.
— И где же такая обстановка? В камере? — Съязвил Оливер и передвинулся, чтобы закрыть меня.
— Например, в кабинете или в твоей, Лизи, комнате за бокалом настойки тетушки Лиры. У тебя же остались еще ее запасы в тайнике?
Вот теперь я точно верю, что передо мной стоит настоящий Эрик. Только он, если не считать Оливера, который знал обо всех тайниках в доме, и Ани, которой я сама лично показала его совсем недавно, знал о моих запасах. А Романова и вовсе не знала, что у меня далеко не две бутылки запрятано.
— Ладно. Но ты, — указала пальцем на Эрика, выглянув из-за спины хранителя, — мне все-все расскажешь. Без утайки.
— Договорились.
Было решено переместиться в мою комнату и устроиться около камина. Я каждой клеточкой тела ощущала раздражение, исходившее от Оливера. Его слишком бурная деятельность и чрезмерная опека сопровождались дерганными рваными движениями. Каждый раз, когда он бросал взгляд на моего друга, его верхняя губа кривилась, обнажая острые боковые зубы. Эрик же сидел в кресле и ничего не замечал или успешно не обращал внимание на пыхтения хранителя.
Мы молчали. Я чувствовала себя неловко. Понятия не имею как начать разговор. И какую тему поднять первой? Нам столько всего нужно обсудить…
Эрик Дарстон
Мы разместились в комнате Лизи на мягких креслах перед камином. Оливер услужливо развел огонь, принес Лизи плед, чтобы она не замерзла, и встал за ее спиной как верный пес, что готов в любую секунду сорваться с цепи и перегрызть горло тому, кто будет угрожать его девочке. На данный момент таким объектом хранитель выбрал меня. Я понимаю его волнение и поступал бы также как и он, окажись я на его месте.
— Я рад, что хотя бы ты смогла спастись. — Сказал совершенно искренне, надеясь завязать разговор. Двадцать минут мы сидели в абсолютном молчании, лишь треск горящих поленьев напоминал каждому из нас, зачем мы здесь.
— Если бы не подарок Стива, меня бы здесь не было. — Лизи отпила вина, продолжая наблюдать за языками пламени.
Нужно собраться с духом и поговорить. Но как начать такой личный разговор, когда хранитель пытается прожечь во мне дыру?
— Оливер, оставь нас, пожалуйста. Нам надо поговорить без посторонних ушей.
Конечно Оливер ни за что на свете не оставит свою подопечную без защиты. Даже если выйдет в соседнюю комнату, все равно будет подслушивать и стоять наготове, чтобы в случае необходимости избавиться от угрозы. Все так, как и говорил Лай.
— Еще чего? Может мне пока что ужин тебе приготовить?
— Было бы не плохо. А то Лизи скоро свалится в голодный обморок. Ты хоть кормил ее пока она пряталась в потайных ходах?
— Ты за кого меня принимаешь? Конечно, я кормил Лизи. — Насупился Оливер. — Я в отличие от других хранителей хорошо забочусь о своих подопечных.
— Лайонел говорил об этом.
Имя старого доброго товарища подействовало на Оливера как ушат холодной воды. Он встрепенулся и подался вперед.
— Лай? А ты откуда его знаешь?
— Оливер. — Лизи схватила хранителя за руку. — Дай нам несколько минут поговорить наедине.
 
— Лизи, это слишком опасно.
Все равно стоит на своем. Вот упрямый.
— Да что со мной может случиться? — Лизи горько хмыкнула. — Я нужна живая. Понимаешь?
Оливер недовольно поджал губы и стрельнул в меня глазами, обещая мне скорую расправу, если с Лизиной головы хотя бы один волосок упадет.
— Я не причиню ей вреда. — Заверил Оливера, надеясь, что он все же послушает нас.
— Хорошо. — Недовольно пробормотал хранитель. — Но если ей будет угрожать опасность, я разорву тебя на куски.
Чеканя шаг и сжимая кулаки, Оливер покинул кабинет. Не растворился в воздухе, чтобы слиться с домом, как обычно делает Лай, а вышел через дверь. Значит ли это, что Оливер еще не набрался сил после долгой спячки?
— Я тебя слушаю.
Лизи поставила бокал с вином на пол рядом с креслом и переплела руки на груди, закрываясь от меня.
«Не закрывайся от меня, пожалуйста». — Мысленно молил ее, придумывая как бы подступиться к разговору.
Мои ладони вспотели, а сердце ускорило ритм, эхом отдаваясь где-то в горле.
— У тебя кто-то появился? В том мире.
— Что? — Лизи широко распахнула глаза, и я утонул в них. — Какое это имеет отношение к …
Подскочил с кресла, будто мне подсыпали кнопок, что больно впились в тело, и упал на колени около ее ног.
— Самое прямое. Я не забыл тебя. Всегда помнил. Ты же знаешь, как я относился к тебе… — Липкий неприятный комок мешал нормально говорить, и мой голос казался хриплым, неестественным.
— Конечно, помню. Ты относился ко мне как к другу. — Уверенно заявила девушка, и я почувствовал, как холодеют мои руки.
— Нет, это не так. Я любил тебя. И до сих пор люблю. — Отвел глаза в сторону, не в силах смотреть на эти черты лица, в эти глаза, что будоражат кровь. Признание далось тяжело, но еще ужасней было ждать ответа, который затягивался.
— Ты уехал в военную академию и не попросил моей руки, не просил отца о помолвке. Ты отправился за лучшей жизнью, а сейчас говоришь мне о любви? А если бы за это время отец выдал бы меня замуж? Или я влюбилась в какого-нибудь парнишку с другого конца королевства?
В ее голосе чувствовалась боль, обида на меня за бездействие. Но я н бездействовал. Неужели ей никто ничего не рассказал?
— Лизи, — обхватил руками ее ноги и уткнулся носом в колени, — твой отец дал предварительное согласие на помолвку. Но с его стороны было условие. Я должен был закончить военную академию. Неужели он не говорил тебе об этом?
— Не-е-т.
— А Стив, Дем? Они присутствовали при разговоре.
— Мне никто ничего не говорил.
Посмотрел в широко распахнутые глаза и нервно улыбнулся одними уголками губ. Меня все еще потряхивало, и я никак не мог совладать со своим телом. Кто бы мог подумать, маг тайной канцелярии, что не боится штурмовать дома с кучей преступников, сейчас трясется как тростинка на ветру, боясь ответной реакции девушки.
— Есть ли у меня шанс? Могу ли я надеяться, что твои чувства хоть немного такие же, как мои?
— Эрик… я…
Даже, если мои чувства не взаимны, я сделаю все, чтобы она полюбила меня. Главное, чтобы она согласилась стать моей женой, а там я уже что-нибудь придумаю.
— Я не прошу дать тебя ответ сразу. Я… Лизи, ты в любом случае должна выйти за меня.
Видя, как тяжелеет взгляд моей возлюбленной, в полной мере осознал какой я идиот. Только еще сильнее ее отталкиваю от себя.
— Нет, я не это имел в виду.
— А ты знаешь, о чем я подумала? — Сталь в ее голосе резала хуже ножа.
— Точно не о том, что я хотел сказать. — Тяжело вздохнул. — Я люблю тебя и хочу защитить. Я приложу все усилия, чтобы ты была в безопасности. И замужество со мной — один из способов. Сейчас я являюсь владельцем поместья Бэдлсмир и артефакт «Слеза поместья» сейчас завязана на моей крови.
 
— Лайонел Бэдлсмир теперь твой хранитель? — Моргнул в знак согласия. — Но как такое возможно? Ты не потомок сумеречных путешественников. И что случилось с Бэдлсмирами?