Всплеск в тишине (СИ)

— Идём.
Люди, видя меня, тут же стали собираться, интересуясь, что здесь делает сам Венецианец? Я не обращая ни на что внимания, подошёл к выбранному дому, взял с собой только дядю, нотариуса, юриста и постучал в дверь.
Открыла её мне невзрачного вида женщина, которая замерла на месте, увидев мой рубин на шее.
— Уважаемый хозяин, дома? — поинтересовался я.
— Брене! — она кинулась на второй этаж и вскоре привела за собой мужчину, который удивлённо смотрел на меня и других мужчин.
— С кем имею честь? — поинтересовался изумлённо он.
— Сеньор Витале Дандоло, а вы? — представился я.
— Я мэтр Брене де Бержеро, — ответил он, — посланник одного из купеческих французских домов.
— Дом принадлежит вам?
— Да, конечно, — удивился он, но тут жена дёрнула его за рукав, зашипев так отчётливо, что даже мы услышали.
«Дандоло, бестолочь!».
Взгляд мужчины мгновенно изменился.
— По прозвищу Венецианец, если уж совсем быть точным, — скромно добавил я, не сделал даже вида, что не услышал это шипение.
Вот тут же проняло обоих.
— Прошу вас сеньор, — засуетился он, — проходите.
— Дом принадлежит вам? — не сдвинулся я с места.
— Да. Да, конечно, — закивал головой он.
— Покажите пожалуйста документы.
***
 
Посланник французского торгового дома, мог бы конечно воспротивиться, начать звать стражу, если бы не имя его посетителя. О Венецианце во Франции-то ходили крайне противоречивые слухи, один другого страшнее, здесь же, ему каждый второй на вопрос о нём, готов был вывались десяток рассказов, как этот парень снял с кого-то кожу, пытал, или залил расплавленное золото в горло. В любом случае, личность эта была крайне необычная, но все рассказчики сходились в одном — его было лучше не злить, поскольку за этим обычно следовали крайне непредсказуемые последствия для того, кто это сделал. Именно поэтому мэтр Брене отправился в свою комнату и принёс документы на дом.
Юрист и нотариус, прибывшие со странным посетителем, заверили того, что всё правильно.
— Я хочу купить у вас этот дом, — вернув ему бумаги сказал Дандоло.
— Но мы только недавно его купили и совершенно не собирались продавать, — удивился он странной просьбе.
— В купчей я видел цену, вы отдали за него три тысячи матапанов, — утвердительно заявил Венецианец.
— Всё верно.
— Я предлагаю вам десять тысяч, если вы заберёте с собой лишь личные вещи, и сейчас его мне продадите.
Глаза француза округлились. Десять тысяч золотых — огромные деньги, но дом! Он только недавно купил мебель, обустроил его, рассчитывая пожить тут хотя бы пару лет, пока его не переведут на другое направление.
— Двадцать тысяч, и я даже не стану забирать свои платья, — рядом встала жена, обращаясь к Венецианцу.
Мэтр Брене изумлённо посмотрел на неё, а ещё больше удивился, когда гость улыбнулся и ответил.
— Дам двадцать пять, если выйдите прямо сейчас в том, в чём оба стоите.
— Мы согласны! — категоричным тоном согласилась жена, и пока мужчина в изумлении смотрел на обоих ненормальных с его точки зрения, она принесла письменные принадлежности и юрист с нотариусом подготовили новую купчую. Для француза всё было словно в тумане, когда подписывал договор, а затем перед ним поставили шкатулку, открыв которую оба супруга увидели, что она засыпана жемчугом. Причём не мелким, речным, который стоил недорого, а крупным, морским, где каждая горошина была большого размера и удивительного цвета.
— Тут видимо чуть больше, — почесал затылок гость, — я подожду, пока вы сходите к ювелиру, чтобы он удостоверил вас в их подлинности. Охрану предоставить?
— Конечно сеньор Витале! — вскричала жена, бросаясь словно кошка на шкатулку и закрывая её своим телом.
— Тогда я подожду вас, и вернувшись, вы отдадите мне расписку о получении всей суммы, а также саму купчую на дом. Согласны?
— Мы скоро будем сеньор Дандоло! — заверила его женщина и утащила мужа следом за собой.
***
 
Всегда любил жадных людей, они очень предсказуемы, вот и тут, на моё счастье жена посланника чуть с ума не сошла, увидев жемчуг, а уж когда их знакомый ювелир, тоже француз, увидел шкатулку, то говорить не смог, настолько его поразило качество жемчуга, а ещё больше его количество.
Так что уже через полчаса, я стал обладателем дома. Закончив дела с бывшими хозяевами, я вышел наружу, где уже заждались немного заскучавшие новобрачные, стесняющиеся даже смотреть друг на друга.
— Мой подарок на свадьбу, любимой дочурке, — протянул я купчую на дом Карло, — заселяйтесь вместе с матушкой и живите счастливо, дети мои.
Елена и её новоиспечённый муж недоумённо посмотрели на меня, затем на бумагу, потом на дом.
— Вы его что, только что купили? Для нас? — не веря, осторожно уточнил он.
— Конечно, вместе с мебелью, вещами, одеждой и кажется даже двумя слугами, — отмахнулся я, — всё держи, даю тебе ещё неделю на знакомство с домом, женой и жду у себя. Впереди нас ждут великие дела Карло!
— Оформите дарственную на них обоих, — приказал я нотариусу, — равные доли.
Когда тот стал тут же это делать, я попросил дядю оплатить работу всех, кто мне помогал участвовать в этом бедламе, затем пожал руку Карло, находящемуся в полной прострации, чмокнул в щёчку новообретённую дочь и свернув представление, отправился к дворцу рода Бадоэр.
  
Глава 20
 
— Сеньор Франческо! — преувеличенно бодро произнёс я, увидев его на прогулке с детьми. Малышка Мария уже сильно подросла, а вот два карапуза, были явно его недавними приобретениями.
— Витале? — удивился он, — какими судьба?
— Да вот решил, а почему бы не заночевать у своего компаньона? — развёл я руками, — так давно мечтал об этом, а тут как раз шёл мимо.
Смотря, как огромный отряд охраны, молча дублируют уже имеющиеся посты, глава дома нахмурился.
— Что случилось?
— Сеньор Франческо, — я попытался было оскорбиться, но наткнувшись на его взгляд, сознался.
— С мамой поссорился.
Это удивило его ещё сильнее.
— Как ты смог поссориться с графиней, которая тебя без памяти любит, да к тому же ты вернулся после длительного отсутствия, как ты мог так быстро ей надоесть?
— А-а-а, дела семейные, сеньор Франческо, — я понимал, что он всё равно узнает, но лень было всё повторять два раза.
Что он хотел сказать, мы не узнали, поскольку оба услышали позади громкий женский вскрик.
— Сеньор Витале!
Он повернулся, и я внимательным взглядом увидел, как преображаться его глаза, нечто такое я видел, когда он раньше также смотрел на Анну.
«Видимо он и правда счастлив? — удивился я про себя».
Подошедшая, радостно улыбающаяся герцогиня, преклонила колено, и поцеловала мой перстень легата.
— Ваше высокопреосвященство! Вы наконец посетили наш дом! Я столько просила Франческо, чтобы попросил вас хотя бы на миг к нам заглянуть! Я так соскучилась по вам!
— Агнесс, я тоже рад вас видеть, — беря её руку, поднимая и целуя пальцы, как истинный кавалер. Она смутилась.
— Примете у себя в доме усталого путника? — поинтересовался я, добавив с хитрым прищуром, — с подарками?
Герцогиня, всплеснув руками, тут же засуетилась и беря меня под руку, словно я был старик, повела к дому, радостно вываливая новости о своей жизни, их свадьбе, детях и прочем. Франческо, передав детей кормилицам, последовал за нами, посматривая чтобы отпрысков несли следом. Подарков я захватил много, так что досталось всем и не по одному, только Франческо я ничего не подарил, и зная мою натуру он терпеливо ждал, когда я сам подведу разговор к нужной теме.
— Зовите Франко, — не разочаровал я его.
Когда пожилой полуфранцуз, полуитальянец пришёл в зал, то первым делом он сразу же стал креститься и молиться при виде меня.