«СМЕРШ» ПРОТИВ «БУССАРДА» (Репортаж из архива тайной войны)
Через три дня в составе 6 саперов во главе с лейтенантом командирован на склад трофейных противотанковых мин в Брестской крепости для их обезвреживания. Несколько мин я не обезвредил, а умышленно положил их в кучу обезвреженных, вставив взрыватель с замедлением до ночи. В результате ночью более 800 мин были взорваны, а на окраине Бреста разрушены здания, погибло несколько десятков военнослужащих, которые ночевали в них. А когда через неделю меня с тремя саперами направили ночью минировать передний край обороны 117-й стрелковой дивизии в районе города Пулавы, я уединился, перешел линию фронта и оказался у вас, на немецкой стороне».
Вот такая ваша легенда прикрытия. Вы продумайте ее, а если у вас есть вопросы, то можете задавать сейчас, а можете и завтра. Мы их обсудим и продолжим инструктаж: как вы будете переходить линию фронта, что вас ожидает на той стороне, поговорим о задании и как его выполнить».
«Товарищ капитан, — начал Алексей, — я хотел бы спросить, как немцы могут проверить мои показания о том, что я выполнил их задание, подорвал воинский эшелон и склад трофейных мин в Бресте?»
«Законный вопрос! — ответил капитан. — Я даже ожидал, когда же вы его зададите. Во-первых, твердо и уверенно говорите, что задание выполнили. А ваша задача, господа, хотите верьте, хотите проверьте. Приписываемые вам эти два взрыва в действительности имели место, но как ЧП, которые мы расследовали. На перегоне сработала старая мина, заложенная еще белорусскими партизанами. А в Бресте взрыв — результат неосторожного обращения с минами саперов. Как немцы могут проверить? Только одним реальным способом — путем радиоразведки, которая у немцев налажена очень хорошо. Они перехватывают и тщательно прослушивают специальным подразделением все наши радиопереговоры. Мы специально дадим по рации в эфир дезинформацию-сообщение, доклад в вышестоящую инстанцию о том, что эти взрывы устроили диверсанты. Когда контрразведка запросит у этих слухачей, есть ли у них такой перехват, они ответят: да есть. Этот способ дезинформирования немцев нами проверен».
На следующий день Белоглазкин продолжил инструктаж:
«Мы переправим вас через линию фронта на относительно спокойном участке, в районе г. Пулавы, где наши войска 117-й СД и противник находятся в обороне и пока не ведут активных боевых действий. Я с вами и разведчиками дивизии подойдем к передовой и после тщательного изучения обстановки на переднем крае, ночью вы перейдете на сторону немцев, углубитесь метров на 200–300 и, если никого не встретите, то затаитесь в окопе и дождитесь рассвета.
Утром продвигайтесь дальше, пока не увидите кого-то из немцев, с поднятыми руками подойдете к немцу и заявите, что вы «дойче агент». Он отведет вас на командный пункт роты. Там наверняка будет кто-то из офицеров, который спросит у вас пароль и в сопровождении солдат направит в штаб батальона, оттуда — в штаб полка, корпуса и армии.
Везде вас будут допрашивать о составе и количестве войск Красной армии. Вы должны отвечать то, что лично видели и наблюдали, ничего не утаивая и не прибавляя.
Немцы отлично понимают, что мы концентрируем войска на плацдарме для наступления. И они его ждут и готовятся к обороне.
Учтите, на стадии пребывания в корпусе и армии вас будут проверять повторными допросами. Больше того, не доверяя вашей искренности возвращения и выполнения их задания, они могут пойти на провокации и даже имитировать ваш расстрел. К этой острой проверке Абвер стал особенно часто прибегать после включения военной разведки вермахта в вотчину Гиммлера, откуда в Абвере стали внедряться и гестаповские методы.
После проверки вас должны отправить в «Буссард» с отчетом контрразведки о результатах проверки вас и заключением о вашей надежности. С первым человеком в «Буссарде», с которым вы встретитесь, будет новый начальник «Буссарда» капитан Дрегер и капитан Больц, опытный офицер и свирепый нацист. Он получил повышение и возглавил отдел диверсии в штабе 203-й абверкоманды. Будьте с ними осторожны, так как они тоже будут вас проверять. Затем вас представят Ростову, который вас вербовал. Он вас хорошо знает, но вопросы тоже будет задавать.
В зависимости от результатов проверки вас могут встретить благожелательно и даже поощрить, поскольку сам факт возвращения агента, выполнившего задание — редкий успех «Буссарда». Но вас могут встретить и с недоверием, подозревая в двойной игре. Но это субъективно. А объективно вас будут ценить за ваш опыт и считаться с вами. Вы это сами почувствуете.
Где вас будут использовать? Вас могут оставить при диверсионной школе «Буссарда», где обучаются взрослые агенты, но более вероятно, что вас с учетом вашего возраста направят в школу подростков, к Ростову. При всех возможных вариантах ваша задача состоит в том, чтобы, изучив обучаемых агентов, выбрать надежного и завербовать или склонить к явке с повинной.
Постарайтесь, чтобы в каждой группе, забрасываемой в тыл Красной армии, был хоть один такой человек. Вооружите его нашим паролем: «Харьков-Берлин». Этот пароль можно будет давать и надежным лицам из местного населения, когда при передислокации и с приходом войск Красной армии вам понадобится сообщить нам или в штаб войск какие-либо сведения.
Вторая ваша задача — не менее важная. Это если вы попадете в детскую школу к Ростову Вы должны склонить и помочь ему перейти на нашу сторону вместе с подростками. Мы его уже год ждем. И его любимая женщина ожидает. Нам известны его взгляды и настроение. Он давно готов перейти к нам. И мы дважды пытались ему помочь, но неудачно. А как сейчас провести эту операцию? Это зависит от вас, вашей находчивости и, конечно, обстановки, ее учета и выбора момента.
У нас на этот счет разработан примерно реальный план. Он сводится к следующему. Ростов и его школа подростков располагается в польском местечке Жгув, недалеко от большого города Лодзь. При наступлении Красной армии — а оно не за горами — ее удар будет нацеливаться на Лодзь и далее — на форсирование реки Одер. Немцы начнут отступать поспешно, потому что они будут стремиться быстрее переправиться за Одер и там закрепиться. Абвер, его фронтовые команды и группы по заведенному порядку первыми начнут драпать, опасаясь попасть в плен со своими секретами и награбленным барахлом. Будет дана команда эвакуироваться за Одер и «Буссарду» с его штабом и школами.
Учитывая, что у немцев с автотранспортом и бензином к нему дефицит, мы не исключаем, что Ростову и его школе автомашин не достанется, а выделят конные повозки. Значит, двигаться с имуществом и детьми он быстро не сможет. В суматохе отступления вы должны уловить момент и заявить Ростову, что вы разведчик и специально вернулись с заданием советской разведки помочь ему перейти на сторону Красной армии и работать в ее пользу, став гражданином и защитником России. О тебе и твоей работе с подростками там знают все. Они и твоя любимая женщина уже год ждут тебя».
«Мы, — продолжал Белоглазкин, — уверены, что Ростов согласится и у него нет никаких оснований отказаться, потому что душой и головой он давно созрел. При его согласии вам придется действовать с ним сообща по обстановке. Постарайтесь без лишнего шума избавиться от сопровождающих вас немцев. И ради бога, не выезжайте на шоссе, оно будет запружено войсками вермахта, которые наверняка подвергнутся бомбардировке нашими самолетами. Поэтому передвигайтесь сельскими дорогами.
В заключение, согласно правилам конспирации, мы с вами должны выбрать ваш псевдоним и название нашей операции. Какие у вас предложения?»
«Мне все равно. Я любой псевдоним приму, да и название операции, какое вы посоветуете», — ответил Алексей.
«А нам не все равно. Псевдоним и название должны быть со смыслом и значением. Я предлагаю псевдоним «Ткач», который соткет полотно, соединяющее судьбу Ростова с Родиной, а название операции «Буревестник». Пусть эта отважная птица вдохновляет всех нас на успех. Вы не возражаете?»
«Нет, не возражаю. Вполне удачные названия», — согласился Алексей.