Голубка Атамана (СИ)

— Знаю, — я отставила чайник и обняла папу со спины.
Он сидел за столом и перебирал кипу бумаг с работы.
— Но внуки так просто не появляются, — я улыбнулась, потому что смех иногда помогает справиться с комом в горле. — Думаю, что ты взрослый мальчик и прекрасно это понимаешь, — я выпрямилась и продолжила заниматься чаем.
— А что насчет Саши? Мне казалось, что вы весьма… близки. Он хороший парень. Перспективный. Получает высшее образование. Несмотря на финансовые проблемы, всё-таки собрался с силами и идет вперед. За таким парнем будешь, как за каменной стеной. Голодной с ним никогда не останешься.
— Пап, — протянула я.
— Нет, я бы тебе, конечно, хотел уже какого-нибудь состоятельного мужчину. Но знаешь, лучше всё вместе-вместе и тогда семья будет крепче, нежели на всё готовенькое прийти, — папа протер свои очки для чтения и снова надел их на нос.
— Давай не будем торопить события, ладно? — мягко предложила я. — Сашка действительно хороший, но…
— Слишком простой? — папа посмотрел на меня поверх очков, пока я расставляла на столе чашки, блюдца и пиалы с печеньем.
— Ну знаешь, я ведь тоже не принцесса. Да, он простой и это даже хорошо. Сашка хочет получить вышку, несмотря на то что его отец умер и поэтому пришлось отложить поступление. Хочет построить дом, посадить дерево. Возможно, еще и сына вырастить. Иногда отдыхать где-нибудь в клубе или на пляже. Но… Мы разные, не находишь? — я помогла папе собрать в папку бумаги.
— Зато я вижу то, как он смотрит на тебя. Ты только на пороге бара появишься, а он уже взглядом там. Ждет. Это дорогого стоит, уж поверь мне. Такой никогда в жизни не обидит. Нарочно, уж точно.
— Эх, папочка. Если бы всё так было просто. Увидела, проанализировала человека и запустила механизм влюбиться. Хотя Сашка пригласил меня на эти выходные сходить в ресторан. Я согласилась. Может, что-то и получится, — я пожала плечами и разлила нам чай.
Мне с детства нравилось находиться в папином кабинете. После чаепития мы переместились именно сюда — в святая святых родительского дома. Здесь всегда много книг, тетрадей и стикеров с короткими записями, расклеенных везде где только можно. Здесь пахнет книгами и моими ранними весёлыми годами.
Я любила листать книги с картинками и валяться на небольшом кожаном диване с широкими и откровенно неудобными подлокотниками. Любила перебирать ручки в канцелярском стаканчике и задавать миллион вопросов по поводу того, какая разница между шариковой и перьевой. А еще я жутко любила наблюдать за тем, как папа раскуривает свою трубку, когда завершает очередной рабочий вечер.
— Пап, я бы хотела, чтобы мой муж был похож на тебя, — прошептала я, вжав подбородок всё в тот же неудобный потёртый подлокотник дивана.
— Эта распространенное желание многих девочек, — папа улыбнулся и спустил очки на кончик носа. — Но вряд ли найдется еще один такой, который любит по выходным охоту, а по будням протирать штаны в университете, чтобы вечером сверять бухгалтерию в баре.
— Нет, вряд ли найдется такой, который будет куриные супчики готовить, когда я стану болеть. Вряд ли станет приносить плед, чтобы укрыть мои холодные ноги, как ты это делал для мамы, — что-то вечер сегодня какой-то особенный и меня прям так и тянет на такие вот темы поговорить.
— Всё у тебя будет. Голубевы всегда получают то, чего хотят и о чем мечтают.
В воскресенье вечером я встретилась с Сашкой, как мы и договаривались. Новый ресторан, украшенный внутри огромным разнообразием цветов мне, понравился с первого взгляда. Уютно. Красиво. Без лишней суеты.
— Ты отлично выглядишь, — Сашка помог мне снять куртку.
— Спасибо, — я немного смущенно улыбнулась. Решила сегодня побыть прям девочкой-девочкой, и позволить себе макияж с укладкой. Всё аккуратно, не вычурно и, думаю, красиво.
— А то всё в джинсах и джинсах. Ло, у тебя такие ноги, что любого мужика сведут с ума, — Сашка хохотнул и провёл меня к столику, огражденному с одной стороны широколистными зелеными цветами.
— Спасибо за своеобразный комплимент, — я посмотрела на свои ноги, обтянутые плотными чёрными колготками. Ноги, как ноги. Ну да. Длинные, но коленки какие-то слишком острые и выпирающие.
 
Сашка поухаживал за мной, придвинул стул, затем уже сам сел. Официант подал нам меню и несколько минут рассказывал о достоинствах вина, что есть в их ресторане. Цены здесь были далеко не демократичными. Если заказывать на одного и по минимуму, то всё еще не так уж и плохо. А вот, если на двоих…
Я украдкой взглянула на Сашку поверх меню. Симпатичный такой, но немного худощавый. Он вежливо отказался от вина, что так настойчиво нам рекомендовал официант. У меня были деньги. Я никогда в них не нуждалась, а Сашке они еще пригодятся. У него мать одна, живут они скромно. А мы тут по ресторанам ходим. Понимаю, что он мне приятно сделать хочет и удивить, но…
— Не смотри на цены, — вдруг серьезным голосом произнес Саша, когда всё-таки избавился от официанта. — И даже не думай выдвигать предложение каждому оплатить свое. Я тебя пригласил, значит я и буду платить. Выбирай всё, что захочешь.
Есть в Саше такая интересная особенность, он то беззаботным шалопаем может показаться, то серьезным собранным молодым человеком. Не понимаю, как в нем могут так гармонично сочетаться такие противоположности?
— Хорошо, — я сосредоточилась на изучении меню.
Внезапно по залу прокатилась волна аплодисментов. Мы с Сашкой переглянулись, ни я, ни он не поняли, что происходит. Кто-то даже начал свистеть. Я первой увидела за плотной «стеной» широколистных цветов влюбленную парочку. Крупный розовощёкий молодой человек стоял на одном колене и держал за руку невысокую худенькую девушку с кудрявыми волосами. На ее безымянном пальце поблёскивало обручальное кольцо. Быстро сложив в голове два и два, я поняла в чем здесь дело. Сашка заулыбался и тоже начала аплодировать. Я не смогла остаться в стороне и присоединилась к всеобщему ликованию.
Девушка, которой сделали предложение, жутко засмущалась и покраснела. Парень поднялся с колена и крепко-крепко ее обнял, затем поцеловал. Это была очень трогательная и романтичная сцена. Я-то думала, что такое только в кино бывает, а в жизни всё гораздо прозаичней. Кроме мамы с папой у меня больше не было достойных примеров крепкой и бесконечно влюбленной пары.
Постепенно аплодисменты начали стихать. Но одна пара рук продолжала настойчиво и нарочито громко аплодировать. Пришлось откинуться чуть назад, чтобы зеленая «стена» не мешала мне увидеть всю картину целиком.
В самом дальнем углу зала за квадратным столиком у окна сидел мужчина. Не знаю, чему я больше удивилась в этот момент: тому, что узнала его; или стечению обстоятельств, что снова нас свели вместе. «Спящий» клиент. Опять. Это было уже не смешно.
Наш город огромен. Он поделен надвое рекой, и людей живёт на одном и на втором берегу столько, что вот так случайно где-нибудь очень сложно столкнуться. Я не верю в судьбу, не верю в знаки свыше. Но то, что мы уже в третий раз сталкиваемся в одной точке — за гранью моего понимания.
Тем не менее мой знакомый незнакомец продолжает аплодировать, обращая на себя всё больше и больше внимания со стороны посетителей. Кажется, он совершенно трезв. Но взгляд такой, будто он всех здесь ненавидит и презирает. Неужели опять на неприятности решил нарваться? Так давно ведь не мальчик, чтобы вот так вызывающе и глупо вести себя. И ведь на алкоголь свои поступки теперь не спишет.
— Такие радостные, — достаточно громко произнес «спящий». — Он бесконечно любит ее, а она — его. Предложение руки и сердца на глазах у нескольких десятков незнакомых людей. Настоящая сопливая мелодрама, которую крутят по субботам утром, — мужчина собрал брови «домиком», изображая на своем лице деланное умиление.
— Ло, слушай, — Сашка перегнулся через весь стол ко мне, — это же тот самый дебошир из нашего бара. Похоже, он с «гастролями» по всему городу выступает.