Рождение сверхновой (СИ)

Смотрю на СанХёна с якобы раздражением, якобы плохо скрываемым, — да будут благословенны уроки актёрского мастерства в Кирин, — потом нехотя выдавливаю:
— Чем японские акулы бизнеса хуже корейских? Вы сколько процентов платите мне в Корее? Почему они должны платить больше?
— И какой процент тебе причитается? — тонко улыбается СанХён.
— Согласно пункту 15 моего с ними договора, — нагло вру я. Не помню я, что в том пункте написано и есть ли такой вообще.
— И что в этом пункте указано?
— Указано, что договор носит строго конфиденциальный характер и стороны обязуются хранить коммерческую тайну, — отшиваю я его.
— Которую ты только что нарушила, — почти смеётся СанХён. Очень по-доброму. Вот сволочь!
— Количество просмотров известно, сумму ты сказала, вычислить твой процент задача для третьего класса средней школы, — как дурочке поясняет мне СанХён. ЮСон не скрывает своей торжествующей и злорадной ухмылки.
Я безуспешно изо всех сил пытаюсь скрыть свою «панику». Как же меня пронесло-то, а! Пункт о секретности договора действительно есть, вернее, указано не отдельным пунктом, а в преамбуле контракта. И я забыла об этом, курица тупая! Но как же меня спасла моя нечестность! А ведь ещё укол совести испытала, де, обманываю доброго дядю президента, как не стыдно!
Покерфейс куклы Барби почти непробиваем. ЮСон слегка потухает.
— Спасибо за урок, сабоним, — самым сердечным образом благодарю СанХёна, — теперь буду знать, что вам нельзя доверять. Приметесь меня шантажировать моей болтливостью?
Интересуюсь очень мирно, никаких криков и скандалов они от меня не дождутся. Да и причин нет. Пусть они думают, что есть, на самом деле их нет. Пусть считают, что у меня железная выдержка.
— Как ты могла так подумать, ЮнМи-ян? — искренне сокрушается СанХён, — Никто не собирается тебе вредить, зачем? Наоборот, мы хотим с тобой сотрудничать дальше.
ЮСон тоже корчит соглашательское выражение своего… не хочется называть это лицом.
— Я почти час сижу с вами, сабоним, и не вижу никаких признаков вашего желания сотрудничать, — я снова начинаю улыбаться ласково и нежно, — Кстати, почему вас двое, а я одна?
Я тянусь к телефону…
— Надо ЁнЭ вызвать…
— Не стоит, — останавливает меня СанХён, — директор ЮСон, сходите сами в финансовую часть и возьмите справку для ЮнМи, сколько и когда она получит.
— По всем видам выплат, сабоним, — уточняю я, — гонорары за концерты, отчисления от продаж, реклама, продажа мерча, авторские.
— По всем этим… выплатам, — покладисто повторяет СанХён.
ЮСон вылезает из-за стола, уходит. СанХён, скрестив пальцы, смотрит на меня.
— Как ты и хотела. Вот тебе равновесие, я — один, ты — одна. Может, всё-таки обсудим перспективы нашего сотрудничества? — СанХён по-прежнему добр по отечески. Но этот добряк только что дал мне сильный урок недоверия.
— Какой смысл, сабоним? Ведь договариваться можно только с теми, кто выполняет свои обязательства.
— ЮнМи-ян, пожалуйста, — СанХён искренне огорчился, — разве я давал тебе повод сомневаться в моей честности?
— Неоднократно, — равнодушно и лаконично подтверждаю я. СанХён аж за сердце хватается.
— Что ты такое говоришь, ЮнМи-ян?!
— Перечислить, сабоним? — Интересуюсь я и продолжаю, — Вы обещали мне, что после успешного промоушена в Японии, в тот, первый раз, во-первых, отмените мои штрафы; во-вторых, предоставите собственную студию, в-третьих, рассмотрите вопрос о повышении процента отчислений в мою пользу. Ничего этого не произошло. Я понимаю, сабоним, что вы неожиданно и тяжело заболели, но давали вы обещание не от себя лично, а как президент агентства. Каков итог? Агентство своих обязательств не выполнило. Наоборот, процент отчислений, его иностранная часть, была резко снижена.
СанХён слегка угас, возражать трудно. Можно, но он уже чувствует, что я отвечу.
— Мало? Я могу продолжить, сабоним. В самом начале, когда мы только обсуждали наш первый контракт, вы обещали пересмотреть нормы отчислений в мою пользу, как только я «стану кем-то». Я стала мировой звездой, но никто никакие нормы не пересматривает.
 
— Пересматриваем, ЮнМи-ян, я же предлагаю тебе новый контракт с оговорёнными условиями. Ещё раз предлагаю, — СанХён нашёл защитный редут.
— Поздновато спохватились, сабоним. Количество моих фанатов превысило число фанов у всей остальной Короны задолго до первого промоушена в Японии. И что? И ничего. До сих пор моя кровать в общежитии на втором этаже в комнате на двоих. По положению в агентстве я по-прежнему трейни.
— По новому контракту всё будет по-другому!
— Вы опаздываете на шаг, сабоним. Этот контракт вы мне должны были предоставить год или полтора назад. Сейчас мне нужно совсем другое.
— И что же?
— Сабоним, Вот получу от вас свои деньги, тогда и скажу. Если обманете хоть на вону, никаких договоров между нами не будет, — жёсткое заявление я снова сопровождаю нежной улыбкой Барби.
СанХён повздыхал, поукорял мою неуступчивость, и теперь заказывает у секретарши чай. Сидим, пьём, мило беседуем. Я рассказываю, какая милашка Амуро, старательно обходя бизнес-темы. Внезапно оказывается, что СанХён встречался с ней очень давно, когда она была совсем молодой. Обсуждаем Намиэ, как она мила и так далее. До тех пор, пока не приходит ЮСон.
Изучаю справку. По сравнению с моим автономным контрактом с Икутой очень скудненько. Около 180 тысяч долларов. Так, а где…
— Директор ЮСон, а где мои продюсерские полтора процента? — Мы оба, я и СанХён, глядим на ЮСона вопросительно, но вопросы у нас разные.
— Что за продюсерские? — спрашивает СанХён. ЮСон подозрительно мнётся. Он что, надеялся, я забуду про них?
Я уже про себя всё решила, но тут замечаю ещё кое-что. Одна строчка привлекает внимание, раньше я её в своих начислениях не видела.
— А что с моими начислениями от мерча? — СанХён смотрит с удивлением. ЮСон недовольно тычет пальцем в справку.
— Вот же они!
— Я не об этом. Президент СанХён, ни разу до последнего турне в Японию я не получала ежемесячных отчислений за продажу мерча. Но футболки и плакаты с моим изображением я видела много раз.
СанХён хмурится.
— ЮСон, разберись… — ЮСон прытко уносится.
Приходит он через полчаса томительного ожидания. СанХён уже не светится добрейшей улыбкой, настроение у него явно упало. И похоронное выражение лица ЮСона энтузиазма и доброты ему не прибавляет.
Мой ожидающий взгляд ЮСон игнорирует, подходит к СанХёну и что-то нашёптывает ему на ухо. Внимательно слежу. СанХён держит покерфейс, но тот факт, что его лицо не проясняется, говорит о многом. СанХён — молодец держит удар, и что это значит? А то, что удар нанесён. Ну-ну, послушаем доброго дядюшку СанХёна. Ему бы палачом работать, цены б ему не было. Приговорённые к нему в очередь выстраивались бы и умирали бы со счастливыми улыбками на холодных устах. Настолько мягко он выстилает смертельные ловушки. Мастер, настоящий мастер! Кажется, я знаю тематику объёмного цикла лекций для моей ЁнЭ.
— К-х-м-м, — прочищает горло СанХён, пока ЮСон опускается на своё место, — Видишь ли, ЮнМи-ян, произошла техническая накладка…
— Простите, сабоним, что перебиваю вас, — я по-прежнему нежна и ласкова, — можете дальше не рассказывать, я вас поняла с полуслова. Подробности не важны, то ли компьютерный сбой, то ли какой-то бухгалтер уволился, а сменщик не доглядел, всё это не важно.
— Можешь смеяться, сколько угодно, но так и произошло, — в свою очередь перебивает меня СанХён.
 
— Избавьте меня от подробностей, пожалуйста, сабоним! — умоляющим тоном с еле уловимым кокетством прошу я.
— Хорошо, ЮнМи-ян. Произошла ошибка, которая будет исправлена в ближайшее время. Виновные будут наказаны, — твёрдо и честно говорит СанХён.
— Это чрезвычайно любопытно, — я всерьёз заинтересовываюсь, — ведь в числе виновных, в том числе, и вы, и директор ЮСон…