Тёмные фантазии (СИ)

— Вы чудо! — Виолетта вскочила с дивана, раскрывая объятия для Тамино, чуть не запуталась в своих ногах, но Феликс успел ее подхватить и прижать к себе, настороженно поглядывая на Алиаса.
— Она моя жена, — на манаукском напомнил он покровителю.
Тот примирительно поднял ладони, показывая, что не претендует. Все же ревность для манаукцев обычное дело, особенно у шиянарцев.
— Я тогда вас оставлю. Долгих лет.
Кивнув на прощание, Тамино покинул семейное гнездышко Эйлонских, а Феликс, не отпуская жену из своих объятий, долго всматривался в ее зардевшееся от смущения лицо.
— Доминика вернулась? — усмехнулся, в очередной раз восхищаясь своей любимой писакой эротических романов. — Хочет видеть меня с опущенной головой на коленях?
— Да-а-а, — с придыханием прошептала Виола, прикрывая от предвкушения глаза.
— А то, что незнакомка будет смотреть на меня обнаженного? Это нормально?
— Да, все равно не дам тебе раздеться догола. И трогать не дам. Ты только мой.
Сердце в груди альбиноса забилось с утроенной силой. Признания в любви у Виолетты всегда такие яркие, нежные и искренние, что дух захватывало. И любовь горячила душу, и хотелось весь мир бросить к ногам этой хрупкой землянки, которая так коварно и искушающе смотрела на него, призывно прижимаясь к груди.
— Только твой, — вторил он бесконечным эхом любимой, припадая к ее сладким губам.
Ялайш
Какой еще второй муж? Что это за варварские обычаи! Да, Ялайш знал, что на Шиянаре у манаукцев матриархат, и женщины там имеют настоящие гаремы. Потому-то альбиносы оттуда так массово и бегут, о чем не раз упоминал посол за столом, опасаясь этого явления. Но чтобы Ялайш стал вторым мужем! Да ни за что! Унгуун убереги его от такой участи. Да он и не видел никого рядом с собой в роли матери его детей. Дарья очень красивая, мудрая и хитрая. Девчонка снова спасла его, когда он думал, что час расплаты близок. Отчим явно хотел наказать его, возможно, даже выгнать из семьи, но появление шикарной красотки-манауканки враз обернуло ситуацию в пользу Ялайша. Он был благодарен, хотя сам и не планировал, что его блеф зайдет так далеко. И сейчас молодой мужчина осознавал, что он хочет заниматься школой, в этом был определенный плюс. Это давало больше шансов для общения с Дарьей, но! Ялайш, сын Чаини, никогда не видел себя вторым мужем! Еще и после такого опасного первого!
Нужно срочно поговорить с Дарьей, как-то прояснить эту ситуацию.
— Дарья, я не буду вторым мужем! — прошипел Ялайш девчонке в ухо, при этом широко скалясь на камеру. Первый муж, возвышаясь на целую голову над толпой репортеров, застыл с таким злобным выражением лица за их спинами, что впору заказывать похороны в храме Унгууна.
— Каким мужем? — часто-часто заморгав, так же тихо прошептала Дарья, отвлекаясь от раздачи автографов. В Нонаре тоже знали гениальную юную художницу.
— Да никаким не буду. У меня совсем другие планы на тебя, милая моя.
— У меня тоже, Лапушка. Ты не муж, ты фаворит! И можешь не благодарить за оказанную честь.
— Фаворит? — свистящим шепотом возмутился Ялайш, который ничего не видел почетного в том, что его так легко и просто лишили статуса мужа, переведя в разряд любовника. Хотя, не фаворитом ли себя называл этот белый ангел смерти по версии землян? Точно-точно, он сказал, что он фаворит, а значит… первый муж!
Брови полукровки взметнулись вверх от удивления, при этом Ялайш смотрел на альбиноса, который кривил алые губы в зверином оскале.
— Я не буду фаворитом, — быстро обернувшись к Дарье, твердо заявил Ялайш. — Если мы и будем вместе, то только как муж и жена.
Дарья около минуты рассматривала Ялайша искрящимися от смеха глазами, не тая легкой улыбки, прежде чем прошептала:
— Я буду отвратительной женой, Лапушка. Ты не выдержишь. Да и мужа и жену должно что-то связывать общее, а у нас только тайны и ничего больше.
Мы слишком разные. И все, что я хочу от тебя, это…
Ялайш ждал продолжения, но тут вмешались журналисты, задавая очередной вопрос о будущем проекте, и Дарья, подмигнув, отвернулась от нонарца. Значит, это все игра? И ей что-то нужно от него? Так же, как и ему нужна была Дарья и ее ДНК-материал.
Ему пришлось неожиданно, без подготовки, примерять на себя роль публичной личности. И он чувствовал себя неловко, прекрасно зная, как о нем думали многие поборники чистоты крови. Заступничество манаукцев даст ему небольшую фору, сразу никто не станет атаковать, но пройдет пара-тройка дней и начнется буря. Посол Оторун, сына Какхана, когда-то удачно спрятался за благочестивым браком с матерью Ялайша. Стоит ли самому Ялайшу поступить так же: жениться на Дарье, что даст свободный доступ к ее телу, воплотит все его реальные желания в жизнь. Но роль второго плана и угроза, что даже мысли будут сканировать, настораживали.
Украдкой глянув на альбиноса, Ялайш прикусил губу в задумчивости. Шиянарцы худшее проявление модифицированных. Но упускать свой шанс полукровка не собирался.
Стыдно, позорно, но молодому мужчине не привыкать. Зря только вспылил, хотя, может быть, это и спасет его от расправы ревнивца. Все же странный у манаукцев матриархат, раз мужчины готовы убивать друг друга за право согреть брачное ложе. Неужели у них все через бои происходит? Земляне рассказывают много страшных историй про модифицированных, а земляне всех ближе с ними общаются.
Полукровка тяжело вздохнул и приобнял Дарью, чуть притягивая к себе, чтобы вдохнуть ее цветочный аромат и рискнуть, позволив себе дерзость.
— Уговорила, стану фаворитом.
Девушка лишь игриво фыркнула, похлопав полукровку по груди.
— Я и не сомневалась, что передумаешь. Ты ведь умный и прекрасно понимаешь, что только так у тебя все получится.
Ялайш мог поклясться, что ему послышалось одобрение в голосе манауканки и обещание!
— Такое впечатление, что ты сама этого хочешь?
— У-у-у, — протянула девчонка и подмигнула.
Странный ответ. Что он мог значить? Неужели да?
Даша
С появлением Демиса мои планы начали меняться со скоростью света. Не успеваю обдумать один вариант, а уже срочно надо придумывать обходные пути. Я хотела не просто поговорить с Лапушкой, но и перейти к более активным действиям для воплощения в жизнь нашего с ним эксперимента, однако стоящий за спиной альбинос все испортил.
Хмуро бросила взгляд на стеклянную поверхность стенки лифта, усмехнулась и сделала шаг назад, чтобы наглым образом облокотиться на Демиса.
— Нонарцы такие забавненькие, да? — подняла голову, встречаясь с альбиносом взглядом, усмехнулась, заметив его недовольное выражение лица. — Я от них в восторге.
— Ничего забавного в них нет для меня, моя покровительница, но не могу спорить, это же твое мнение и только.
Я чуть не фыркнула. Мое и только? А вот и нет. Унжирцы тоже стали поглядывать на нонарцев с исследовательским интересом. Правда, я пока не смогла понять, какую именно из особенностей этой расы они хотят вычленить для новых гибридов. Явно Лапушка и его брат сильно отличались не только внешне.
— А что ты ему наплел про гаремы у манаукцев? Что это за второй муж?
Тут я уже развернулась лицом к альбиносу и сложила руки на груди, копируя как позу, так и строгий взгляд отца. Покровительница я или кто.
— Каждый думает в меру своей необразованности. Я ему сказал, что я ваш фаворит.
— Нет, не ты, — насмешливо мотнула головой, зля альбиноса.
У него крылья носа приподнялись в боевой стойке, глаза сощурились, искря злостью и предупреждением. Но на меня вся эта воинственность не действовала. Точнее, действовала, но в обратную сторону — заводила.
— Нет я, — Демис опустил голос до чувственной хрипотцы. Меня как током дернуло, дыхание сбилось. А наглый альбинос еще и волосы нежно так заправил мне за ушко, пуская приятную дрожь по телу. — Я его к тебе не подпущу и на выстрел бластера, слышишь? Размажу серокожего по стене очень живописной кляксой, так, как ты любишь.