Остаться в живых (СИ)
— Мне любопытно, какую форму она примет в итоге, — сказал он, заталкивая в карман маленький пестрый кусочек кожи. — Каждый раз она становится все больше и сложнее. Какие-то шипы, когти-лезвия, — он задумчиво поглядел на свою руку, — размер опять же. И правда, драконья лапа получается.
— А может, это когда-то и было частью дракона? — предположила Юлька с азартом.
— Что-то не попадались мне драконы в здешней мифологии, — фыркнул он.
— Так может, они есть на самом деле, — прошептала Юлька. — Какие-нибудь двуликие-зависимые…
— Нет уж, — отрезал он. — Хватит с нас прочей разумной живности.
Бестиарий лежал на их пути. Дверь оказалась открытой, и они оба, не сговариваясь, повернули в ее сторону. Войдя под полутемные своды, Юлька вздрогнула и обеспокоено повернулась к Саше: откуда-то изнутри доносилось сдавленное скуление и резкие хлопки, похожие на удары бича. Клетка Нэсте находилась именно в том направлении, откуда шли подозрительные звуки.
— А вдруг это… с ней, — предположила Юлька с дрожью в голосе. Саша отодвинул ее назад и решительно двинулся на звук, вытаскивая перчатку из кармана.
Клетка Нэсте была открыта нараспашку. Один из постоянных надзирателей — тоже райзе, которого Юлька видела здесь неоднократно, стоял в ней, щелкая бичом по полу. Райзе жалобно скулила, забившись в угол. Судя по следам на ее шкуре, ей уже досталось, и не раз.
Саша, сжимая перчатку в кулаке, стремительно оказался рядом.
— Что здесь происходит? — голос его звенел от плохо сдерживаемой злости.
Райзе не обратил на него внимания, снова щелкнув кнутом по полу. Нэсте прижалась к стене, ощерив клыки. Саша бросил на нее лишь мимолетный взгляд, а потом схватил охранника и с силой вывернул кнут из его рук. От неожиданности тот пошатнулся, отпрянул назад и удивленно уставился на незваных посетителей.
— Ты чего тут разбушевался?
— А зачем ты ее… — Саша кивнул на забившуюся в угол Нэсте.
— Эта тварь выла и бросалась на решетку, — все еще удивленно объяснил тот. — Перепугала всех соседних обитателей. Для райзе в шкуре она ведет себя неадекватно.
— Оставь ее в покое, — потребовал Саша хмуро.
— Успокойся, парень, — насмешливо сказал сторож, приходя в себя. — Я ничего не сделал твоей подружке. Немного покорности ей не повредит. Даже в шкуре Двуликий зависимый не может вести себя так, словно он дикарь. Так и опуститься недолго.
— Не надо было запирать ее в шкуре, — отрезал Саша. — Прошу тебя, оставь ее в покое.
— Ладно, — хмыкнул сторож и вышел из клетки, попутно отобрав у Саши кнут. Ушел он недалеко, оставшись в коридоре в прямой видимости клетки.
Заходить в клетку Юлька не стала. Что-то в словах сторожа насторожило ее, и она предпочла глядеть на райзе через прутья решетки. Сознанием она сочувствовала Нэсте, но душою… поведение Саши причиняло ей боль, заставляя завидовать побитой райзе: он гладил ее, как любимую собаку, она рычала и извивалась, но его не укусила. Присмотревшись, он разглядел свалявшуюся вокруг ошейника шерсть и кровавые мозоли на шкуре. В углу обнаружился крюк с клоками бурой шерсти.
— Она пыталась сорвать ошейник, — шепотом предположила Юлька.
Саша ощупал металлическую конструкцию у нее на шее.
— Не могу понять, как он открывается, — бормотал он, пытаясь найти застежку. — Дикость, варварство… — шептал он сквозь зубы, — какие-то варварские, абсурдные порядки… — бессильно отпустив ошейник, он отодвинулся от райзе и присел на корточки. — Такое впечатление, что он вообще цельнолитой… — маленький, сморщенный комок блестящей кожи выпал у него из рук, и Саша некоторое время озадаченно смотрел на него. Медленно развернув его, он натянул перчатку на руку, и на его глазах она почти сразу же трансформировалась в уже известную Юльке драконью лапу: пять длинных, мощных стальных пальцев с трехгранными, матово поблескивающими когтями.
Саша решительно сунул лапу под ошейник и быстрым, легким движением разорвал его.
Райзе жалобно заскулила, мотая головой, и прямо на их глазах трансформировалась в человека. Вид бывшей рыжей красавицы был жалок — грязная, поцарапанная, со спутанными, а кое-где и свалявшимися волосами, с красными, слезящимися глазами, дрожащими руками, Нэсте стояла на четвереньках, по-звериному пятясь назад и все еще по-волчьи ощерившись.
Сзади раздались торопливые шаги — сторож уже входил в клетку.
— Ты сдурел, парень? — Сашу он сердито отодвинул в сторону, подбирая обломки ошейника. — А ну выйди отсюда! Ишь что удумал… Кто ж без разрешения такое делает, — он демонстративно постучал кулаком по лбу, и затем повернулся к райзе. — А ты сиди, я сейчас новый принесу. И не вздумай у меня!
— Оставьте ее в покое, — звенящим от ярости голосом заявил Саша. Перчатка, когти на которой почти исчезли после того, как он порвал ошейник, снова принялись расти. Сторож поглядел на них с опаской, но продолжал стоять на своем.
— Так, а ну-ка вон отсюда оба, пока я не позвал Грейга. Вы, ребята, что-то не так понимаете. Ну так вам сейчас объяснят…
Саша заслонил медленно поднимающуюся на две ноги Нэсте.
— Это ты меня не понимаешь… — тихо и угрожающе заговорил он. — Я забираю ее отсюда. Пусть Эрлен придумает для нее другое, более человеческое наказание. Или, если сочтет нужным — и для меня. Я готов.
И он подхватил растерянную Нэсте на руки и понес к выходу из клетки. Сторож, заступив ему дорогу, вырвал райзе у него из рук. Та, все еще будучи не в себе, свалилась обратно на четвереньки, а Юлька, наблюдавшая за событиями из коридора, испуганно отпрянула от прутьев.
И тут Саша бросился на сторожа. Райзе, почуяв опасность, мгновенно перекинулся, и напротив Саши лицом к лицу встал уже не человек, а оборотень гораздо крупнее Нэсте. Ростом он тоже превосходил своего противника, но их схватка была короткой и молниеносной: Юлька так и не поняла, кто ударил первый и что вообще произошло — на ее глазах райзе рухнул под ноги Саше, располосованный когтистой драконьей лапой.
Юлька охнула и судорожно вцепилась в прутья клетки. Саша, отпрянув назад и стремительно бледнея, с отвращением глядел на дело своих рук. Нэсте, шатаясь, снова поднялась на две ноги и что-то сказала почти по-человечески, но никто из них не разобрал, что именно. Медленно до Юльки начало доходить, что они натворили. Все еще цепляясь за прутья, на дрожащих ногах она подобралась к месту побоища и, изо всех сил толкнула Сашу, тем самым выведя его из оцепенения.
— Я уведу ее к себе, — сказала она, выпрямляясь и осторожно обходя тело сторожа. — А ты положи его в угол и ошейник как-нибудь прицепи. Пусть думают, что это она, — Юлька кивнула на отупевшую Нэсте, — спит. И дверь закрой.
Он медленно кивнул. Потом согнулся в приступе рвоты.
Юлька глядела на очередного мертвеца с поразительным равнодушием. Он не человек, сказало в ней что-то хладнокровное. Он — райзе. Животное с обманчиво человеческим обликом. Пусть даже человеческого в нем больше, чем звериного, все равно, он — животное. Как и она. Всем им нужен хозяин. Они без него не могут.
И она повернулась к Нэсте, властно схватила ее за руку и потащила к себе.
Глава 12 Побег (окончание)
Саша появился не сразу: видно было, что он заходил в туалет умыться и привести себя в порядок. К этому времени Нэсте почти очнулась, отмылась, жадно поела руками и немного стала похожа на прежнюю Нэсте, только тощую и без былого блеска и высокомерия. На своих спасителей она глядела настороженно и недовольно.
— Зря ты это сделал, — сказала она Саше, когда он пришел в Юлькину комнату. — Меня все равно вернут в шкуру, а у вас, ребята, будут очень серьезные неприятности.
— К черту их всех, — буркнул Саша. — Я не хочу здесь оставаться. Дикость, рабство, варварство. Я вообще не понимаю, как это может сочетаться — ваши высочайшие технологии, ваш безумный политеизм и ваша рабская покорность.
— Это не рабство, — отрезала Нэсте. — Задумайся как-нибудь на досуге — каким образом человеческое меньшинство будет контролировать нечеловеческое большинство? Которое, кстати, физически сильнее, быстро размножается и к тому же достаточно агрессивно?