Умереть, чтобы жить (СИ)

«А почему бы и нет? — спросил он себя. — Надо жить. Надо просто жить дальше», — и он набрал ее номер.
***
Она летела к нему со всех ног, и внутри у нее все светилось от счастья. Наконец-то! Наконец-то, ее любимый Хен Мин пригласил ее на свидание. «А Катя эта давно умерла, а живые должны жить», — думала она.
Выйдя на остановке «Парк Намсан», она подошла к нему и, улыбнувшись, сказала:
— А вот и я!
— Здравствуй, — ответил он ей и протянул мороженое.
— Ну не знаю, — повернув голову немного набок и прикусив нижнюю губу, ответила она, — сладкое вредно для фигуры!
— Да? Извини, а я и не знал. Тогда съем оба. — он почему-то отвернулся, но, взяв себя в руки, молча откусил огромный кусок.
Уже почти стемнело, когда они дошли до смотровой площадки.
Хан Со Хи без умолку болтала, а Хен думал о том, счастлив ли он? Ведь 7 лет назад одна волшебница обещала позаботиться об этом.
— Можно я тебя поцелую, Со Хи? — неожиданно для себя самого спросил он.
Ее щеки покрылись румянцем, она опустила глаза вниз, руки стали теребить ремень сумки, и она сказала:
— Да. Но что, прямо здесь?
Он положил руку ей на талию, притянул к себе и, посмотрев в глаза, поцеловал.
Хен ощущал ее руку на своей шее, но ничего не чувствовал. Ни тока в пальцах, ни биения сердца, ни пульсирующих висков. А еще земля явно была под его ногами, и никакой пропасти, в которую можно упасть, не было и в помине…
Он открыл глаза первым. Долго смотрел на нее. И подумал, что ему просто нужно время. Время на то, чтобы полюбить эту женщину.
— Я позвоню, — сказал он, улыбаясь краем губ, когда они подошли к дому подполковника.
— Хорошо, — она счастливо помахала ему рукой.
«Лжец, — с горечью подумал Чан Вон, задергивая штору, — ты никогда не полюбишь ее также, как свою Катю».
***
Они снова сидели в том же самом баре.
— И когда ты планировал нам сказать? — сверкая глазами, спросил Хен Шик.
— Да не знал я ничего, пока почту не проверил вчера, — оправдываясь, ответил Хен.
— Но резюме свое ты не вчера отправил? — сверлил его взглядом Джин Хек.
— Ребят, я устал. Я больше не могу. Не хочу войны, крови, потерь не хочу. Я просто хочу жить дальше. Она бы этого хотела.
За столом воцарилась тишина. И какое-то время слышался только стук рюмок о стол.
— Тогда ты проводишь нас до границы, — уже заплетающимся языком с запозданием потребовал Джин Хек. — Это будет твоим долгом перед нашей дружбой!
— Хорошо, заметано! — и они снова чокнулись.
Глава 40
— Предлагаю посетить местные достопримечательности, — сказал Джин Хек, рассматривая рекламный буклет, взятый на ресепшене отеля.
— Я за! — ответил Хе Соп. — И женщин заодно можно посмотреть в качестве достопримечательностей.
— Мальчишка, — Ха Ныль кинул в него подушкой.
— А ты, Хен, — Джи Соп вопросительно посмотрел на него.
— Я пас, — ответил Хен. — Очень устал и хочу спать. Бесконечные попойки меня просто выпотрошили.
— Не зря в твоей голове седина, — засмеялся Джин Хек. — стареешь!
— Главное, чтобы твое чувство юмора всегда было молодым, — Хен обнял подушку и демонстративно отвернулся к стене.
***
Стоя вместе с ребятами на пароме, который должен был довести их до острова Рейнеке, Джин Хек думал о том, как теперь изменится их жизнь. Что будет делать Хен, найдет ли он свое призвание в преподавании, в котором лично он его никак не представлял, что будет с их командой, как теперь вообще сложится их судьба?
— Ну что? По разным точкам, как обговаривали? — спросил он у остальных, сойдя на землю.
— В шесть. Встречаемся здесь в шесть, — ответили они.
— И фото побольше, — напомнил Джин Хек, — чтобы было, что вспомнить!
— Ладно, ладно, — вразнобой отвечали они ему.
***
Джин Хек бродил уже около двух часов, фотографируя все, что радовало его глаза. Подойдя к небольшому обрыву, он сел на траву, чтобы ноги немного отдохнули. И стал смотреть на воду.
— Вам тоже нравится смотреть на воду? — по-английски спросил его какой-то мальчуган.
— Да. Я люблю смотреть на воду. Наверное, особенно люблю потому, что мне это нечасто удается.
 
— Наверное мы больше ценим то, что редко нам встречается, — сказал мальчик и бросил камень в воду.
— А ты очень смышленый, — улыбнулся Джин Хек, — и говоришь по-английски хорошо.
— Мама тоже так считает, — засмеялся мальчишка. — И языку она меня учит. — И Джин Хек понял, что он очень любит свою маму.
— А цветы? «Для мамы сорвал?» — спросил Джин Хек, смотря на букет в его руках.
— Нет, — парень покраснел. — Это для Ксюши.
— Ооо, да ты настоящий джентльмен, — Джин Хек снова улыбнулся.
— Тебе можно доверять? — шепотом спросил парень.
— Думаю да, — ответил Джин Хек.
— Ксюша — это девочка из моего садика. И она мне очень нравится. Наверное, я даже в нее влюблен, — и он грустно выдохнул. — Понимаешь, мама любит говорить, что любовь — она в глазах, в прикосновениях, в поступках. И если я Ксюше букет подарю, это будет тот самый, правильный для любви поступок? — и он вопросительно посмотрел прямо ему в глаза.
«Рука, — думал Джин Хек, — почему так сильно болит рука? Именно сейчас?», — он медленно проговаривал про себя то, что только что сказал ему этот мальчуган.
— Скажи еще раз, пожалуйста, что говорит о любви мама? — переспросил Джин Хек, понимая, что земля уходит у него из-под ног.
— Что любовь — она в глазах, в прикосновениях, в поступках, — и парень снова вопросительно посмотрел на него.
— Сколько тебе лет? — хрипло спросил Джин Хек.
— Дядь, вам плохо? — вопросом на вопрос ответил мальчишка. — Мне шесть.
— А маму твою как зовут? — пытаясь встать на ноги, кое-как проговорил он.
— Катя, — Сашка растерянно смотрел на этого высокого дядьку, который, как ему казалось, сейчас упадет.
— Катя, — шепотом, как в тумане, сказал Джин Хек и осел на землю.
— Мамаааааа, Мамаааааа! — слышал он, как кричит мальчуган, — Мамаааааа, тут дяде плохо, быстрей, иди сюда! — букет выпал из его рук, и на шее блеснул потерянный Хеном 7 лет назад армейский жетон.
— Где ты? — шепотом спросил Джин Хек, услышав ответ на том конце провода.
— Что случилось? У тебя все нормально? Джин Хек?! — и, услышав тишину в трубке, Хен орал на весь паром, — У тебя все в порядке?
— Я скину тебе свои координаты. Быстрее, Хен. Быстрее будь здесь.
Глава 41
«Да что случилось-то? — от голоса друга Хена лихорадило. — Тупица! Идиот! Надо было сразу с ним ехать, а не через два часа! Тупица!».
Он сунул деньги за прокат авто и дал по газам в направлении указанных координат.
***
Смирнова не было уже несколько дней. Катя села в машину и поехала на рынок. Нужно было купить продукты. И непременно шоколадное молоко для Сашки. При мысли о нем она улыбнулась.
Она неторопливо разгуливала по рынку, с упоением рассматривая все, что лежало на прилавках.
Поселок, в котором они жили, был совсем маленьким, и сын сам приходил из садика домой, поэтому она не торопилась…
Купив все нужное и самое свежее, она поставила пакеты в багажник и поехала к дому.
«Солнце сегодня по-особенному теплое», — подумала Катя, остановившись перед домом.
— Санька! Ты где? — крикнула она, зайдя в дом. — Эх, пострел, наверное, опять к обрыву пошел! — она выставила пакеты на стол и вышла на улицу.
***
Солнце слепило глаза до слез, и Катя прикрыла их ладонью.
— Санька! Ты где? Я дома!
— Мама! — как всегда, с разбега, он обнял ее. — Ты почему долго так? Зову тебя, зову! Там дяде плохо, быстрее, пойдем! — и он потащил ее за руку.
Она бежала вперед, прямо к обрыву, видя только спину какого-то мужчины. Сашка тащил ее за руку, слезы потоком лились из глаз.
— Что с вами? — спросила она, когда услышала: «Где ты, Джин Хек? Где, черт побери???», — и ноги предательски подкосились, и она практически упала на траву.