Кодекс Охотника. Книга III (СИ)
Анна, по моей просьбе, пробила нужную информацию. Она оказалась довольно таки интересной. Истребитель пятого класса Семён Фёдоров был единственным кормильцем семьи, которая состояла из его любимой жены и двух детей – мальчика и девочки. Семён был крепким Истом, но звёзд с неба не хватал. К тридцати годам твердо держался на пятом классе, собираясь в ближайшие годы перейти на четвертый. Вот только жуки, которые его убили, об этом не знали.
Его сын грезил профессией папы – тоже хотел быть Истребителем. Эти Фёдоровы даже аристократами не были. Просто достаточно сильными Одаренными, чтобы быть Истами. И традиция Истов у них в поколениях. Этот меч не был родовым, в обычном понимании этого слова у аристократов, но был «родовым» в понимании того, что передавался по наследству от отца к сыну.
Учитывая, что сейчас молодая мать с маленькими детьми будет жить на небольшую пенсию Истребителя, вероятность того, что его сын сможет получить любое приличное оружие к своему совершеннолетию, равнялась нулю. Поэтому этот меч был запакован и отправлен по адресу этой семье с пометкой.
«Антону Фёдорову. Твой отец был отличным Истом! И погиб, как герой, защищая людей. Ты можешь им гордиться!»
А ещё Анна своими необычными способами выяснила их расчетный счет. И туда улетело пять тысяч, на которые обычная семья может прожить долгое время, а я этих расходов даже не замечу.
Была у Охотников традиция – отдавать оружие погибшего Охотника его ученику. Если у него этот ученик был, конечно. У меня такого не было. Во-первых, ко мне никто не стремился, зная мой… хмм… тяжелый характер. А во-вторых, я сам не был морально готов к такой ответственности, являясь, по определению, одиночкой. Хотя, Гранд-Мастер Вульф проел мне всю плешь по этому поводу.
Я улыбнулся, увидев сходство его с герцогом Хрулевым. Но я был непреклонен. Возможно, и зря. Сейчас бы в том моем прежнем мире было бы на одного хорошего Охотника больше.
Вообщем, обернулся я, мысленно попросив у Андросова и Морозовой прощения, и увидел два пьяных тела, которые, как два разряженных петуха, бросались друг на друга.
– Ты кого назвал сволочью, Калинин?! – возмущался высокий и худой граф, держа за грудки невысокого крепыша с перстнем виконта.
– Тебя назвал, Верещак! Больше тут сволочей я не вижу!
– Дуэль? Запросто! Ты об этом сейчас пожалеешь! – отступил коротыш, кладя руку на свою саблю.
Тяжело передать словами, какой камень упал с моей души в этот момент. Да что там камень… Гора взяла и свалилась в пропасть, перекрыв все мое сожаление.
Я реально был уверен, что это кричат мне, а оказалось, что нет… Я рад… А еще был рад побледневший Андросов, который сам был готов убить того, кто бросит мне вызов на дуэль, и этим испортит вечер его красавице невесте.
Впрочем, теперь убивать ему никого не нужно, просто проконтролировать эту дуэль.
Вокруг быстро образовался галдящий народ, уже получивший «хлеба», но желающий «зрелищ», и вперед вышел Андросов, твердой рукой придержав свою невесту.
Терраса была маловата, и все вышли на улицу. Кавалеры над дамами держали зонтики, всё было чинно и благородно, прям, по аристократически! Секунданты раздали своим подопечным последние указания, а «бойцы» в это время разогревали мышцы.
Мне стало скучно следить за всем этим, и даже виски не согрел мою скучающую душу, а потому…
– Ставлю на виконта! – закричал я. – Тысячу рублей!
Вокруг наступила полная тишина. Даже будущие участники дуэли прекратили свою «физкультуру». Десятки глаз посмотрели на меня как-то странно.
Твою ж мать, Сандр! Увлекшись активной боевой деятельностью, все мои инстинкты и привычки из прошлого мира снова «расцвели пышным цветом». Что там одно несчастное десятилетие в этом мире, тем более в юном организме, с беспокойными гормонами, по сравнению с длительным сроком «там»? Кажется, с меня слетает вся шелуха цивилизованного мира, а из-под нее выглядывает хищный оскал профессионала, всю жизнь рисковавшего своей жизнью.
В прошлом мире, конечно же, не было «дуэлей», тем более, до смерти, но вот тренировочные поединки были частым и необходимым действием. Хотя, тут я немного погорячился. Дуэли были, но слишком редко, и точно не брат с братом.
Охотники всегда учились чему-то новому и, встретившись иногда раз в несколько лет, не упускали возможности сойтись в поединке, чтобы выяснить вечный вопрос. Кто из Охотников достоин носить титула Первый! Это можно было назвать спаррингом, но никак не дуэлью.
– Саша, блин! – услышал я шипение Андросова, что очень быстро пробрался ко мне через всю толпу.
– А что такого? – я не собирался включать «заднюю». Прямого запрета на ставки не было, скорее всего из-за того, что благородному аристократу в страшном сне не приснится делать ставки на таком серьезном и ответственном мероприятии! Ха-ха!
Народ оживился, раздались выкрики и упреки в недостойном поведении – осторожные и «обтекаемые», но тем не менее.
– Дамы и господа! Возникло некоторое недопонимание! Барон Галактионов всю свою жизнь провел вдали от Родины! – попытался сгладить впечатление Андросов.
Тут уже кивки стали более благосклонными, и даже сочувствующими. Что они вообще обо мне подумали? Что я вырос в Африке?!
И что-то меня «переклинило». Я засмеялся, достал кошелек и отсчитал десять соток, высоко поднял руку с зажатыми купюрами, и замахал ими.
– Ставка действительна! Тысяча на виконта!
Ох, боги! Каким взглядом меня окатила престарелая дама в строгом платье, с пышной прической. Не знаю, кто она, и кто ее муж, пухлый старичок с закрученными вверх усищами, но я только что упал в ее глазах ниже плинтуса. Даже ее муж смотрит на меня и качает головой. Но когда дама развернулась и пошла подальше отсюда, то старичок выдохнул и подмигнул мне!
Ставка принята!
Эти два воителя сошлись аки львы, которых покусали блохи. Сражались яростно, не щадя себя, но только недолго.
В итоге я проиграл свою тысячу, но остался доволен увиденным представлением. По факту, я сделал все правильно, и мой боец был сильнее, я это точно видел. Не учел только того, что он был намного пьянее своего соперника. Этот дебил просто поскользнулся в самый ответственный момент! Вообщем, победила синька…
Почему они не прогнали энергию по телу, и не выгнали алкоголь, одним только им известно.
Дуэль была до первой крови, и что примечательно, несмотря на яростное сражение, после первого же ранения они успокоились, и словно ничего плохого не произошло между ними.
Никаких «добить» или оскорблений. Виконт признал поражение, и принес извинения, а его соперник ответил тем, что признал его силу, и не заберет родовое оружие.
Хм… А вот я, помнится, того мудака в Японии разделал так, что даже неизвестно, или все хирурги и лекари страны восходящего солнца смогли собрать.
Затем, после дуэли, я проводил время с Андросовым и Морозовой. Делал вид, что мне интересно, и вообще, что я рад. Внимательно слушал, как разные люди хвалили Морозову за прекрасно организованный вечер.
Кстати, и меня стороной не обошли. Это просто «что-то» было, когда ко мне подходили молоденькие девушки, и приглашали танцевать.
Тут, конечно, мне было приятно, но вот у всех этих милашек был натурально волчий взгляд. Они явно смотрели на меня, как на перспективного жениха, а не на человека.
Рядом крутилась Анна, которая помогала мне с идентификацией, кто есть кто.
Все мелкие аристократки, которые хотят выскочить как можно поудачнее замуж, сейчас присматривались ко мне. Вот тут мне с ними не по дороге. Присматриваться, видите ли, они будут. Охотник берет то, что хочет, а не ждет, пока выберут его.
Вечер спасала только Анна, которая сразу заявила, что не желает танцевать с другими аристократами, как и слушать их комплименты. А потому постоянно тащила танцевать меня.
Когда я думал, что ничего интересного уже не будет, то жизнь вспомнила, кто я, и подкинула приключение. Ну, слава яйцам, все стабильно!