Судьба пройдоха (СИ)

Это не было уже крайней точкой. …Предел был перейден, и Дана не представляла, как она дальше сможет терпеть подобное обращение. Мысли всё больше и больше толкали её бежать и не возвращаться, искать спасения в другом месте, в крайнем случае подать заявление об изнасиловании…
Увидев на телефоне идущий вызов от брата, наспех вытерев слёзы, Дана схватила трубку:
— Да, мой хороший?
— Дана, что за дела творятся? — голос Алекса был полон недоумения. — Мне сообщили, что сегодня частным самолётом меня перевозят в супер-пупер крутую клинику в Швейцарии. Это ж тьма-тьмущая денег стоит! Это какая-то ошибка!
— Никакая это не ошибка, — Дана подавила тяжелый вздох. — Ты действительно летишь навстречу своему шансу. У тебя получится, Алекс. Ты выживешь ради меня.
— Дана, что ты сделала? — Алекс уловил в её голосе тревожные звоночки, говорящие ему, что сестра в беде.
— Продала государственную тайну, — мрачно пошутила Дана. — Не заморачивайся, ради тебя я бы и душу продала, ты же знаешь. Со мной всё в порядке.
— Это не так. Мне хоть не ври.
— Жаль, что я не смогу быть рядом с тобой в Швейцарии, когда ты пойдёшь на поправку.
— Дана, ты скажешь мне правду или нет? — встревожился Алекс.
— Это не важно, братик. Важно то, что когда ты выздоровеешь, мы уедем. Вдвоём. Далеко отсюда.
— Ты вырвешься меня проводить?
— Постараюсь, — сердце Даны оборвалось болью. Она понятия не имела, как после всего случившегося сможет разговаривать с Риком. Ведь она его даже видеть теперь не могла.
Выскользнув в кабинет, не поднимая глаз, она застыла в нерешительности, заламывая по очереди пальцы. Теперь ей было противно даже находиться с ним рядом.
— Разговаривала с братом? — поинтересовался он сквозь зубы, сидя за своим рабочим столом. — Мне всё отменить?
Закусив дрожащую губу, Дана отрицательно покачала головой, всё так же не глядя в его сторону.
— Могу я … попрощаться с братом? — бесцветным голосом тихо выдавила она.
— Я освобожусь через десять минут и отвезу тебя. Вот выпей.
По всей видимости, как поняла Дана, Рик предлагал ей таблетку обезболивающего, но она упрямо не двигалась с места.
— Либо ты сделаешь это сама, либо мне придётся силой снова что-то заталкивать в тебя! — рявкнул Рик, теряющий над собой контроль при виде сопротивления.
Вспыхнув от отвращения, Дана в сердцах схватила капсулу, залпом осушив стакан воды.
— Ещё будут какие-то указания … хозяин? — её голос охрип от горечи. Она так и не смогла на него взглянуть.
Рик промолчал. Молчала и Дана. Десять минут длились для неё адски и мучительно долго. От скопившихся пережитых эмоций нервного шока — её тошнило. А когда Рик подошел к двери, Дану затопил ужас. Она поняла, что находиться с ним в одном лифте или машине — для неё будет настоящей пыткой. Никогда ещё Дана ни к одному человеку не испытывала столько презрения.
— Пойдём, Дана.
— Я… по лестнице, — запнулась девушка.
— Дура? Сорок этажей! — она услышала, как скрипнули его перчатки, значит Рик снова сжал кулаки от злости. — Ладно. Я поеду на другом лифте. Но это мало что меняет, в машине мы всё равно останемся вдвоём, — процедил он.
Дана попыталась юркнуть на заднее сиденье, но открытой оказалась лишь одна дверь — пассажирская, рядом с водителем. Рядом с ним. Она уселась на самый краешек поближе к двери, тут же отвернувшись от Рика к окну, молясь про себя, чтобы этот человек не заводил с ней разговоров ни на какую тему. Иначе она не выдержит, иначе она задушит его своими руками.
И в ответ на её молитвы — до самой больницы в салоне сохранялась гробовая тишина.
  
Глава 6
 
Быстро выскочить на стоянке у неё тоже не вышло, потому что Рик заблокировал дверь. А дальше произошло то, чего она так боялась — он пересел на её сиденье к ней вплотную и … прикоснулся.
Дана сжалась и обмерла.
— Поговорим? Этого бы не случилось, если бы ты не перечила мне назло, — сдавленно проговорил Рик, пытаясь убрать её волосы в сторону. — И я решил тебя наказать.
 
— Наказать? Так зверски? Ты знаешь, как это было больно, урод?! — прорвало Дану, и она бросила на него взгляд полный клокочущей ненависти.
— Знаю, — как ни странно, по его красивому лицу скользнула гримаса боли. — Но палка, которую ты перегибаешь — в твоих руках, Дана. Если ты будешь продолжать видеть во мне врага, если будешь настолько строптивой — то я сорвусь ещё не один раз, … но не так, как это … случилось сегодня, такого больше не повторится, — с трудом выдавил он, прикрыв глаза. Было видно, что он всё-таки осознаёт, что натворил, но каяться и просить прощения этот человек не умел.
— То есть, если я буду справедливо возмущаться, испытывая обычные человеческие эмоции — ты будешь вести себя как подонок, с мыслью, что всё оплачено?! Так? Я твой рабский скот? — фиалковые глаза потемнели и заблестели от ярости. Этот блеск, это взволнованное бледное лицо девушки заворожили Рика.
— Тебя часто наказывали в детстве? — вдруг с легким оттенком грусти спросил он, не в силах оторвать взгляда от этого лица.
— Иногда лишали сладкого и запрещали смотреть мультики, — с презрением к нему ответила она, скрипнув зубами. — Но никогда меня никто физически не насиловал!
— Жалеешь, что связалась со мной?
— Да!!! Ещё как!
— Но ты станешь терпеть ради брата, — утвердительно произнес он ровным тоном. — Будешь стараться. Будешь жить со мной и заниматься любовью, став моей неофициальной женой. Потому что я так хочу. Потому что я выбрал тебя, Дана, и я не отпущу тебя. Не обольщайся, не думай, что у тебя есть выход. Его нет.
- Почему же? Пришить тебя, когда Алекс выздоровеет, — выпалила она, вызывая в нём восхищенную улыбку. — Я прямо сейчас хочу это сделать!
— И я хочу, но не этого, — усмехнулся он. — Ты ведь надеешься пообщаться с братом без моей компании? Дай себя поцеловать и у тебя будет свободный целый час, — Рик склонился к её губам, проведя по ним языком. Дана не шевельнулась. Демонстративно облизав свой палец, он сунул руку ей под юбку. — Ой, на ком-то нет трусиков. Ты же будешь терпеть, верно, Дана?
— И безумно тебя ненавидеть, — прорычала она.
— Вот и замечательно, — шепнул Рик, захватывая её рот губами. Но поцелуй длился не долго. — Ладно, продолжим позже. Беги, Дана. Через час у входа.
Пока она поднималась в палату Алекса, она успела привести выражение своего лица в более менее приемлемое, временно запихнув свой ужас как можно глубже.
— Привет! — радостно улыбнулась она, сидящему на кровати подростку. — Готов отправиться в путешествие? Говорят, в Швейцарии безумно красиво, горы, воздух и всё такое.
— И кому мы обязаны за эти пейзажи и благотворительность? — без тени улыбки, уставился на неё Алекс испытывающим взглядом.
— Одной куче дерьма. Только не начинай ладно? — покачала головой Дана. — Мы воспользуемся этой возможностью.
— Приносишь себя в жертву? — засопел Алекс. — Думаешь, мне так легко это принять?! Я ни идиот, Дана! Могу только догадываться, что за услуги ты им оказываешь!
— Прекрати! Не делай мне ещё больнее. Ты поедешь, Алекс, и выкарабкаешься. А с ним я справлюсь, их не много, он один. Я люблю тебя, братик. Ведь ты всё, что у меня есть.
— Господи, — Алекс в отчаянье затряс головой.
…Прошел ровно час, когда она, распрощавшись, крепко обняв и расцеловав брата, усадила его в машину скорой, которая должна была доставить его прямо в аэропорт. Теперь Дана ждала Рика, всё ещё глядя в сторону дороги, по которой умчалась скорая.
— Всё будет хорошо. Говорят, «вера, это уже половина победы», — раздался за её спиной спокойный голос Рика Саттона. — Ты сегодня что-нибудь ела?
— Я не голодна, — тихо обронила она холодно, не поворачиваясь к нему.
— Ты не права, нужно поддерживать в себе силы, — его руки собственнически обвили её сзади. — Сейчас мы поедем в один хороший ресторан, где сможем замечательно провести время.