Данфейт (СИ)

Учитель, на этот раз, с удивлением посмотрел на Кимао.
— Ты тоже не можешь ее прочесть?
— Нет.
— Ты же ее зрячий!!! — повысил тон Учитель.
— Рядом с ней я — полный ноль. Это подтвердили измерения.
— К Амиру измерения! Полным нулем ты станешь, когда покинешь этот Мир навсегда!
Учитель ударил кулаком по столу и отвернулся.
— Что они намерили? — спустя несколько секунд спросил он.
— Отсутствие амплитуды колебаний наших оболочек при взаимодействии.
— Идиоты! У вас частота другая!
— То есть? — не понял Кимао.
— Дело не в амплитуде, — более спокойным тоном ответил Ри. — Я, в свое время, выдавал только девятьсот процентов прироста рядом с твоей матерью, но вместе мы могли в два счета уложить Роэли и Пире. Дело не в амплитуде, а в частоте. У тех же Пире и Роэли она около двух тысяч в минуту. У меня и твоей матери была около трех тысяч. У тебя одного — девять тысяч. У нее после трансформации — под четыре тысячи.
— А, до? — перебила его Данфейт.
— Около пятиста, — буркнул Учитель и продолжил свою отповедь: — И даже если она «глушит» тебя, то всего на четыре тысячи. А то, что вы оба просто обманули прибор, меня нисколько не удивляет!
— Но, я проиграл Роэли, вызвав его на поединок!
— Значит, ты в этот момент не о том думал! Включи ты свои мозги вовремя, Роэли бы никогда не смог сломить тебя! Ни Роэли, ни кто-либо другой! — перешел на крик Ри. — Посмотри на нее! Она опять елозит на своем стуле! Данфейт, уймись, наконец!!!
Дани замерла и подняла руки в воздух.
— Это же я, Учитель. Я всегда ерзаю на стульях.
Кимао прикрыл рот рукой, чтобы не расхохотаться. Учитель посмотрел на Дани и отрицательно покачал головой.
— Вы оба так ничему и не научились. Не для этого я вернул тебя к жизни, слышишь? Я рисковал всем, всем, что у меня было, предпринимая эту попытку. И, Слава Юге, что мои предположения относительно тебя оказались верны! Ты гасишь его, а не потенцируешь. Знаешь, за что меня изгнали? — вдруг спросил Ри, обращаясь к Данфейт.
— Нет, — покачала головой Дани.
— За неверное предположение. Даже когда я трансплантировал его, — Ри указал пальцем на Кимао, — они не подняли на меня руку, но когда я попытался исправить то, что все мы наделали, — они вышвырнули меня вон! Я трансплантировал часть детей Амира в тела и воздействовал на них той же энергией, что и создала их, но ничего, кроме тридцати трупов и обозленных фантомов не получил! Эксперимент по возможности уничтожения влияния Амира на своих детей с грохотом провалился. Фантомов мы обезвредили, но Совет решил, что попытки вернуть к жизни тех, кто живет по другую сторону, слишком опасны для всех нас и избавился от меня в один день! «Он убил тридцать человек! Тридцать ни в чем не повинных мийян!» — кричали их вшивые свидетели на суде. Да, я проиграл, но для них это был хороший повод убрать меня с дороги.
— Вы убили тридцать не рожденных оболочек и живого ребенка, искалечив жизнь собственного сына! — воскликнула Данфейт. — Вы виновны, Учитель!
— Я знал, что когда-нибудь ты это озвучишь. В этом вся ты. Ничего, кроме приговора. Ни осуждения, ни ненависти. Простая констатация факта. «Виновен».
— Судить вас будете вы сами, ваш сын и Кейти. Не я, — покачала головой Данфейт и отвернулась от Ри.
— Я рад, что ты не перестала называть меня Учителем.
— Просто, вы очень сильно любили своего сына, вот и все. Будь у моего отца шанс вернуть мать — он бы уничтожил весь Сайкайрус, лишь бы только сделать это.
— А ты? Ты бы убила ради того, кого любишь?
— Я? — переспросила его Данфейт.
— Да, ты?
— Ребенка бы не смогла. Взрослого? Возможно.
— Даже перед собой ты честна. Мне всегда нравилось это качество в тебе.
— Скажите, когда в ваш светлый ум пришла мысль уравновесить Кимао с помощью меня?
— Как только увидел, что мийяне приняли тебя, как свою.
— Почему тогда? — насторожилась Данфейт.
— Самый консервативный народ из всех, что мне довелось встречать. Слово «чужак» для них все равно, что «враг». А ты втерлась в доверие за считанные часы. В день, когда я приехал в племя, а ты вышла меня встречать с толпой перемазанных детей, которые так и норовили залезть тебе на спину, я понял, кем ты станешь. Медиатор для моего Кимао.
 
— Расскажите о Сатрионе, — попросила Данфейт и посмотрела на Учителя.
— Сатрион. Даже тот Мир, в котором теперь заперты дети Амира, называется теперь «Сатрионом». Случайность, наша ошибка. Это Совет создал направленный опытный взрыв, проводя очередной эксперимент по синтезу термоядерной энергии. Идеальное оружие, по силе и мощности превосходящее даже наш дар. Вот только взрыв этот повлек за собой цепную реакцию в атмосфере, и вся планета с тремя миллиардами жителей исчезла в один миг. Мы потеряли своих аркаинов, матриати, зрячих, наших жен и детей, мы убили простых людей и не понесли наказания за это. Когда я предложил вернуть хоть часть из тех, кто погиб, мне ответили «нет». «Мы не знаем, как повлиял взрыв на их «тонкие тела». Они могут быть опасны для нас и нашего Мира». Они оказались правы. Дети Амира, подобные Кимао, опасны для нас. Подобные тебе, — Учитель посмотрел на Данфейт, — нет. Только определить это невозможно, не трансплантировав вас. Кимао, как опытный образец, мне разрешили оставить. «Пусть живет, раз ты его создал», — ответили они. — Вот живет, — Ри взглянул на сына, — только меня «отцом» больше не называет.
— Ты это заслужил, — ответил Кимао.
— А что заслужил ты, Кимао?
— Все вздохнут с облегчением, когда я уйду и не смогу вернуться.
— Вы уйдете, — исправил его Ри.
Кимао взглянул на Данфейт и натянуто улыбнулся:
— Мы уйдем.
Он знал, что он-то вполне заслуживает подобной участи. Но она… В чем она виновата перед ними? Эта мысль вызвала в Кимао чувство тревоги. Она жива только до тех пор, пока жив он. Если его оболочка взорвется или раствориться в Амире, ее оболочку постигнет та же участь. Она умрет вместе с ним во всех смыслах.
— Кто же выдумал все те легенды о детях Амира и Юги? — нарушила тишину Данфейт.
— Никто не знает, — ответил Учитель. — Возможно, подобное уже случалось однажды. Возможно, когда-то мы уже уничтожили друг друга…
— Как же «заблудшие» смогли проникнуть в наш Мир?
— Фантомов было всего двое. Роэли лично подтвердил это. И где они взяли энергию на подобное перевоплощение, я понятия не имею. Но, они появились здесь сейчас, а значит, появятся снова. Остается только ждать и гадать, где и когда.
— Но, почему они пришли именно к нам? — Данфейт налила себе сок и выпила.
— Думаю, для начала они хотели устранить Кимао и тебя. Лишить всех нас единственных живых детей Амира вполне логично, особенно, когда не знаешь, чего от них ждать.
— Но, они собирались забрать меня с собой. Это подтвердила Соу в разговоре. Зачем им я?
— Ты — матриати Кимао. Им нужна была не ты, а твое влияние на него. Получи они в союзники моего сына — и в этом Мире и в том им больше не с кем было бы воевать! Наверняка, фантом пыталась тебя сломать, чтобы пробить и его оболочку. В моменты сильного эмоционального потрясения все становятся уязвимыми, и вы оба — в том числе.
— Кора пришла ко мне в образе Данфейт, — вступил в разговор Кимао. — И кое-что было по-настоящему странным. Сначала она видела меня, а потом — нет. Я был прямо перед ней, а она меня не видела.
— Вторая меня тоже не видела, — подтвердила Данфейт.
— Странно… — задумался Кимао.
— Ничего странного, — вздохнул Учитель. — Те фантомы, которых создал я, не воспринимали нашу реальность в том виде, к которому привыкли мы. Они видели все с точки зрения энергетических полей и их колебаний. Я создал «занавес», и они ослепли. Правда, уловка работала недолго. Слишком сильными они получились и сломали защиту за секунды. Обычное колебание человеческой оболочки выглядит как ярко-голубое свечение. Кто знает, как выглядите вы оба, когда взаимодействуете?