Данфейт (СИ)

Отстегнув тросы, Данфейт, не переодеваясь, схватила рюкзак и направилась к выходу.
— Самолюбие — это все, что тобой движет?! — прокричал ей в спину Кимао.
Данфейт обернулась и, натянув на лицо нечто, вроде оскала, подняла руку к плечу и одним резким жестом стряхнула с него пыль. Кимао в ответ показал ей Sihus.
Никто не поверил в то, что увидел. Кимао Кейти, который в присутствие посторонних никогда не выражался и, уж тем более, не показывал столь неприличный жест, опустился до уровня своей матриати и прилюдно ее послал. В итоге, зачет по скалолазанию в тот день не сдала только одна пара связанных, имена которых уже были на слуху у всей Академии.
Глава 15
Утро следующего дня началось с неприятностей для Данфейт. На первом же занятии она провалила итоговый тест. На втором занятии Данфейт использовали в качестве наглядного образца по применению физического воздействия звуковых вибраций, и ее стошнило на новый дорогой костюм. Визит в туалет так же не увенчался успехом, потому как там она встретила Агиру со своей спутницей, которые в словесной форме оторвались по полной. Апогеем стало выдворение Данфейт вместе с Кимао с занятия по физической подготовке из-за несданного зачета. Кимао не проронил ни слова и вышел из зала первым, хлопнув дверью перед носом Данфейт.
Когда Дани, наконец, добралась до дома, отец обрадовал ее своим очередным сообщением, в котором ясно говорил о том, что в этом году ей от своих обязанностей не отвертеться, и Айрин это проконтролирует.
— Что еще? — спрашивала саму себя Данфейт, пытаясь отправить по сети заказ на покупку жидкого меркапзана.
И снова стена. Оказалось, что этот материал добывают всего лишь в одном месте — на руднике Висроу одного из секторов Деревы. На покупку материала требовалось разрешение Совета Ассоциации, а заявку на разрешение необходимо было подавать в письменной форме. После получения этого разрешения, заказчик обязан был в течение трех дней забрать товар лично со склада того же сектора. Обычная бюрократия, как могло показаться на первый взгляд, однако, заявки на подобное разрешение Совет рассматривал всего раз в месяц, и этот раз пришелся на вчерашний день. И это было еще не все. Жидкий меркапзан — материал токсичный и просто так нанести его на термостабильный костюм было нельзя. Заказы на работу с меркапзаном выполняли всего две корпорации, и обе принадлежали к сектору оборонной промышленности. Это означало, что Данфейт предстояло получить еще одно разрешение, и на этот раз от Управления безопасности планеты Дерева. В общем, потратив свое время и деньги, она могла получить костюм уже через два месяца. И это в лучшем случае.
Ужин курсантов должен был состояться через полторы недели, и Данфейт приняла решение не идти на него. Крутиться среди тех, кто считает себя элитой, чье желание пробиться наверх и обогнать остальных стоит превыше всего, отвечать на вопросы, склонив голову, будто признавая, что они имеют право осуждать и унижать ее, было выше ее сил. Причислив себя к иному миру, они посчитали, что лучше остальных, копошащихся внизу. Словно они другие люди, будто не совершают ошибок, не испытывают эмоций и унитазы в их домах не керамические, а золотые. И если кто-то не похож на них, если кто-то выбивается из общей массы, они поворачиваются к нему спиной и фыркают, перемалывая кости в кулуарных беседах и туалетном шепоте.
Не посчитав нужным поставить в известность Кимао о своем решении, Данфейт погрузилась в пучину размышлений и одиночества. Если раньше она с интересом вчитывалась в очередной опус о самосовершенствовании и секретах мироздания, то теперь этот процесс превратился для нее в обязанность. Шагая по дороге к высокой цели, она, в какой-то момент, свернула на обочину жизни. «Ты впахивала все эти годы не ради самосовершенствования, а для того, чтобы доказать себе, что ты ничем не хуже своей сестры». Правдивые слова, и такое горькое послевкусие. Данфейт гнала от себя эти мысли, не желая оборачиваться назад и анализировать свои поступки. Почему она захотела обучаться у зрячих? Для чего стремилась попасть в ряды избранных? Каким она представляла свое будущее, отправляясь в дом Учителя? В том-то и дело, что она никогда не задумывалась об этом. Вспоминая дни, проведенные в деревне мийян, Данфейт понимала, что только тогда в ее поступках был некий смысл. Там она представляла из себя кого-то. Там в ее честь жгли костры…
 
Пересекаясь с Кимао в коридорах учебного корпуса, она чувствовала, как его отстраненность стягивает металлической удавкой ее тонкую шею. Это странное чувство казалось ей абсурдным. Его взгляд стал таким надменным и холодным, каким она не видела его никогда. Он смотрел, словно, сквозь нее, а затем, и вовсе перестал смотреть. Проходя мимо нее, он отворачивался. Она надеялась найти на его лице презрительную усмешку в эти моменты, но и ее там не было. Абсолютное безразличие. Кимао Кейти стер ластиком Данфейт Белови с графической зарисовки своей жизни, и теперь ее графитовые осколки были размазаны по белому полотну его дальнейшей судьбы. Осознав это, Данфейт поняла, что страдает. И от этого она начала презирать себя еще больше. Слабость свою, желание унизиться и попросить прощения за свои слова, Данфейт задушила собственными руками. Она сказала правду. И пусть не все она обнажила, и обличила высказанное в рамки только однобоких суждений, она высказала Кимао все то, что так давно грузом давило на ее плечи. И если он повел себя именно так, значит, она была права. Он был противен ей. Он был ненавистен ей. Но, каждый раз, проходя мимо, она продолжала поднимать глаза и вглядываться в черты его лица. Зачем? Чтобы почувствовать в груди все те же тиски, что сжимали ее сущность, перехватывая кислород на вдохе? Кимао Кейти стал для нее удавкой. Кимао Кейти раздавил ее, не приложив к этому никаких усилий. Кимао Кейти продолжал существовать, когда Данфейт Белови начала исчезать.
— Ты чахнешь, — спустя несколько дней заявила Эрика, забирая наполненную едой тарелку у Данфейт из-под носа.
— Как цветок? — хмыкнула Дани.
— Как кактус, — пояснила Эрика. — Где та веселая жизнерадостная девушка, которая вселяла в меня уверенность, что все будет хорошо? Где она, Данфейт?
— Потерялась, — ответила Дани и поплелась в свою комнату.
На следующий день Данфейт не вышла на занятия. Эрика пыталась ее разбудить, но Дани показала подруге sihus и в нецензурной форме попросила больше ее не беспокоить. Вечером Эрика вернулась домой с пакетом, из которого торчали бутылка шампанского и виски.
— Что празднуем? — вскинув брови, спросила Данфейт, встречая Эрику на пороге в измятой ночной рубашке, которую не меняла уже несколько дней.
— Праздновать нам нечего, а вот напиться давно пора.
— Сервировать стол будем?
— Предпочитаю спать лицом на подушке, нежели в салате.
— Наливай, — хмыкнула Данфейт и прошла на кухню.
Открыв бутылку шампанского, они, не говоря ни слова друг другу, осушили ее до дна и перешли на виски. Спустя сорок минут к Данфейт пришло долгожданное облегчение и она, улыбнувшись подруге, попыталась начать разговор.
— Как день прошел?
— Ничего особенного, — ответила Эрика, закусывая яблоком. — Айрин спрашивала, где ты.
— И что ты ответила?
— Сказала, что, если этот вопрос ее интересует, она может связаться с тобой по сети или задать его лично, придя сюда.
Данфейт хохотнула и покрутила в руках стакан.
— Представляю, что она тебе ответила.
— Ничего не ответила. Кимао ее увел, и я осталась невредимой.
При упоминании имени зрячего, Данфейт перекосило.
 
— Мириться не собираешься? — спросила Эрика.
— Пошел он!
— Если вы не сдадите зачет по скалолазанию завтра, Апри отстранит тебя от занятий вообще.
— И когда ты об этом узнала? — поморщилась Данфейт.
— Сегодня.
— А говоришь, праздновать нечего! — захохотала Данфейт.
— Отстранят только тебя. Кимао не тронут.
— Пусть учится. Ему полезно.
— Ты хочешь уехать? — напрямую задала вопрос Эрика.