Цикл «Рождённый магом». Компиляция. Романы 1-14 (СИ)

— К тому же… — начал Сайхан.
Я устал от его постоянных прерываний. Он уже обернул против меня мою будущую жену. «Ки́ртос!» — рявкнул я на него. Это было заклинание, лишающее речи.
— Это на мне тоже не сработает, — продолжил он. Запустив руку в свой мешочек, он вытащил по-прежнему светящийся камень с нашей церемонии связывания. — Покуда я ношу вот это, твоя магия не может меня коснуться.
День просто полнился сюрпризами.
— Мне ещё что-нибудь следует знать? — выплюнул я. Я разозлился донельзя. Он намеренно утаил от меня последствия наших уз. Прежде, чем он смог ответить, заговорила Пенни:
— Да, — сказала она. — Самоцвет — краеугольный камень, ключевая часть уз. Он будет светиться, покуда узы действуют, но…
— Но что?!
— Она пытается сказать тебе, что если я решу, будто ты — угроза, то я могу уничтожить самоцвет. Это — дополнительная страховка на случай, если вы оба отбросите здравый смысл, — закончил вместо неё Сайхан.
— И что случится тогда? — спросил я.
— Мы умрём, Морт, — сказала Пенни, и теперь она была правда расстроена.
— И ты знала об этом? — возмущённо спросил я.
— Да. Это был единственный способ, Морт. Ты сходил с ума. У меня не было сил на это смотреть, — жалобно произнесла она. — Я сделала это для твоего же собственного блага.
— И моего мнения на этот счёт спрашивать было совершенно не нужно, а?
Маркус шагнул ближе:
— Это не так плохо, как звучит, ты…
— Чёрта с два, ещё как плохо! — поставил я его криком на место.
— Морт, я люблю тебя. Это — единственная причина, по которой я готова была пойти на такое, — добавила Пенни, будто от этого всё стало бы лучше.
— Можешь взять свою любовь, и катиться вместе с ней к чёрту! — огрызнулся я. О своих словах я сразу же пожалел, как только сказал их, но я был слишком зол, чтобы это могло меня остановить. — И про свадьбу тоже можешь забыть, — сказал я, и снял с пояса мешочек. В нём было кольцо, которое я заказал более месяца назад. Роуз сунула мне его тайком, когда первый раз посетила нас в королевском дворце.
— Вот, оставь себе. Или продай, мне плевать. Между нами всё кончено, — сказал я, кинув мешочек ей под ноги.
Она встала на колени, подняв мешочек… её дрожащие пальцы быстро сказали ей, что было внутри.
— Мордэкай! Нет, ты не понимаешь! Это же бессмыслица какая-то. Я люблю тебя!
— У нас с моим отцом есть кое-что общее, Пенелопа. Мы оба не терпим чёртовых лжецов, — сказал я голосом, который был холоднее льда. — А теперь, если ты только не соврала и про свою клятву тоже, то у тебя есть долг, который нужно выполнять. Я еду по дороге, ты поедешь со мной… ясно?
— Не думай, что твой гнев заставит меня передумать, мальчик, или ты кое о чём забыл? — осведомился Сайхан, держа самоцвет между двух пальцев.
Холодная ярость накрыла меня подобно леденящему ветру. Не используя слов, я сосредоточил порыв воздуха на его руке, и самоцвет отлетел прочь. «Гра́бол ни'тарго́с. Форзэ́н!» — сказал я сразу же после этого. У него под ногами образовалась дыра, Сайхан провалился в неглубокую яму, и земля сомкнулась вокруг него прежде, чем он смог отреагировать. Я небрежно подошёл, подобрав самоцвет.
— Какого чёрта ты делаешь, Морт? — воскликнул Маркус.
— Ты — оставайся здесь, и присматривай за ним. Позаботься, чтобы никто не пришёл и не срубил этому дураку голову до нашего возвращения, — сказал я, игнорируя его вопрос.
— Мордэкай, это безумие. Успокойся, мы можем об этом поговорить, — попыталась успокоить меня Пенни.
Я прошёл мимо, оставив её без внимания:
— Я не помню, чтобы я спрашивал твоего мнения. Идём со мной. Пора разобраться с нашими делами.
Она посмотрела на меня безо всякого выражения, не будучи способной решить, как дальше правильно поступать. Я продолжал идти дальше. Затем приостановился на миг:
— Как ты там позавчера сказала? «Моя жизнь — твоя, пользуйся ей как пожелаешь» — по-моему, ты это произнесла, не так ли? Пора приниматься за работу… если только ты не решила, что пришло время окончить мою жизнь, — выдал я, и снова пошёл дальше, не заботясь садиться в седло. Лошади могут оказаться помехой, если впереди действительно была засада.
 
Несколько долгих минут она не двигалась, пока я не отошёл по дороге почти на сотню ярдов. Наконец она бросилась бегом, и быстро меня догнала.
— Ты — мудак, — сказала она, когда оказалась в нескольких футах от меня.
— А ты — телохранитель и палач мудака, — с сарказмом ответил я.
Мы продолжили идти, пока не достигли того места на дороге, где я ранее почувствовал людей. Приблизившись к этому месту, я смог почувствовать их, спрятавшимися у обочин дороги ещё где-то в сотне ярдов впереди. Их было почти двадцать человек, по моим грубым подсчётам.
— Стой! — рявкнул я Пенни.
Она зарычала, и повернулась лицом ко мне, скрепя зубами:
— Если ты думаешь…
— Заткнись. Под дорогой впереди — ловушка; яма, я думаю, — сказал я. Дорога была обычной, земляной, но я ощущал под ней большую полость. Я сосредоточил на секунду свой разум… и ощутил древесину и парусину под земляной поверхностью. Они хорошо поработали — даже зная, что ловушка была там, я не мог рассмотреть разницу между твёрдой землёй и местом, где была яма.
Будучи в упрямом настроении, я создал плоский щит над местом, где была спрятана ловушка, а потом пошёл по нему, будучи уверенным, что он выдержит мой вас.
— Ты сказал, что тут была ловушка? — неуверенно спросила Пенни.
— Да, но посмотрим, как они отнесутся к тому, что мы у них на глазах перейдём её без проблем. Давай, тут не опасно, — отвернулся я, и пошёл дальше. Пенни поспешно меня нагнала.
— Что ты будешь делать, если мы их найдём?
— Поговорю с ними, посмотрю, смогу ли я их переубедить, — ответил я. Я не потрудился упомянуть, что они уже были лишь в пятидесяти ярдах от нас. Я использовал короткую фразу на лайсианском, чтобы окружить Пенни щитом. Кольчуга защитит её от стрел, но удачное попадание по незащищённой части тела всё же могло её убить.
— Мне кажется, я их слышу, — прошептала она мне.
Её уши теперь, наверное, были лучше моих — я не слышал ничего, хотя и знал, что они были менее чем в двадцати ярдах от нас, по обе стороны от дороги.
— Ага… они… — начал я говорить ей, что они были по обе стороны от нас, но воры не стали ждать, пока я закончу. Стрелы прилетели сразу же с нескольких направлений, без всякого вреда отскакивая от наших щитов. Я и глазом не успел моргнуть, как Пенни обнажила меч. Она была настолько быстрой, что почти срубила одну из стрел в воздухе, но неправильно рассчитала время взмаха.
— Позже тебе надо будет в этом поупражняться, — заметил я, вынимая свой мешочек с камнями. Я запустил в него руку, и вытащил камешек размером с мой большой палец, покатав его между пальцев. — Кто тут у вас за главного? Я хочу предложить вам сделку! — крикнул я в деревья сбоку от дороги. Никто из бандитов пока не показался.
Единственным ответом стал ещё один град стрел.
— Ладно же, — сказал я. — Ти́лен стри́лтос! — подул я на камень у себя на ладони, и тот полетел прочь, будто его метнули из пращи. Камень полетел дугой, следуя невидимой линии, которую я держал у себя в голове, пока не ударил в голову одного из спрятавшихся в деревьях стрелков. Я услышал отвратительный, мокрый, глухой удар, и с помощью своих дополнительных чувств я увидел, как тело стрелка сползло на землю там, где он прятался.
Стрелы продолжали лететь, поэтому я повторил процесс с ещё тремя камнями. В лиственной темноте упало ещё несколько тел.
— Я правда думаю, что нам следует поговорить! Во всём этом нет необходимости! — снова крикнул я. Пенни внимательно наблюдала за мной, не будучи уверенной, что именно происходило. Она, вероятно, не осознавала, насколько эффективны были мои камни.
 
Вылетело ещё несколько стрел, я приметил их источники, и попытался целиться точно по тем людям, которые их выпустили. Три камня… четыре… пять… Я не мог быть уверен, но мне показалось, что я попал в тех, кто стрелял.