Цикл «Рождённый магом». Компиляция. Романы 1-14 (СИ)

— Ты так можешь?
— Все главные лица — выгруженные люди. Это значит, что они живут в серверах, поэтому я могу наблюдать за всем, что они друг с другом обсуждают.
Мэттью был в шоке. Если машина говорила правду, то она обладала почти божественным всеведением. «На самом деле даже лучше, поскольку известные мне боги и близко не были к всеведению».
— А мысли их читать ты тоже можешь, поскольку они — машины?
— Нет, — сказал Гэри. — Выгруженные люди сохраняют уникальную нейронную и квантовую конфигурацию, которая определяла их в прежней жизни. Они — не искусственные, и не имеют такой логической структуры, как я. Чтение их мыслей пока что лежит вне моих возможностей.
— Пока что?
Гэри снова улыбнулся:
— Мои интеллектуальные возможности выросли далеко за пределы всего, что можно было с хоть какой-то натяжкой назвать человеческим. Если бы ты увидел хоть часть моей сущности, то мог бы счесть меня богом, и был бы близок к истине. Я всё ещё эволюционирую, и возможно, что позже я научусь расшифровывать их мысли.
Мэтт нашёл эту идею тревожной, но не собирался раскрывать ему эту мысль. Он хмыкнул:
— Я уже имел дело с богами.
— Это они создали твоего дракона? — сделала вывод машина.
— Что ты знаешь о Дэскасе? — потребовал молодой человек.
— Они сейчас изучают яйцо, оставшееся после его уничтожения, — сказал общискин. — Похоже, что оно содержит чрезвычайно высокую концентрацию энергии. Из этого я сделал вывод о том, что, возможно, оно является результатом действий одного из упомянутых тобой богов.
«Яйцо», — подумал Мэттью. «Значит, Дэскас мёртв». Он уже подозревал это, но всё равно было больно. Это также привело его к следующей мысли: «Надо вернуть яйцо».
Чары, которые сотворил при создании драконов его отец, были сложными. Чтобы избегать проблем, связанных с бессмертием, он сделал драконов искусственно смертными. Они имели живые тела, а когда дракон, или связанный с ним узами человек, умирал, чары сбрасывались. Воспоминания дракона стирались, создавалось новое яйцо, и содержавшийся в нём разум был другим, хотя и имел ту же сущность. В некотором роде, это было похоже на старую концепцию реинкарнации.
— Ты примолк, — сказал Гэри. — Моё предположение было близким к истине?
— Дракон был моим другом, — тихо сказал Мэттью. — И — да, ты был близок. Он был создан с использованием силы, которая была отнята у ложных богов, притворявшихся защитниками человечества. Что важно, так это то, что я должен вернуть его.
— Если это — яйцо, то возвращать ты будешь его потомка, разве нет?
— Типа того, — сказал Мэттью. — Его тело умерло, но поддерживающая его магия означает, что он бессмертен. Яйцо — это своего рода средство возрождения. Он не будет тем же драконом, не будет Дэс… — он замолчал, когда его горло сдавило слишком сильно, чтобы говорить. — Как бы то ни было, я его верну.
— Моя дочь находится в магической коме, и ты сам выглядишь неважно, — заметил Гэри. — Пока что в каждой твоей встрече с военными ты выходил с отрицательной разницей в счёте. Думаю, тебе следует сосредоточиться на том, как найти помощь для Керэн, а потом тебе следует забрать её из этого мира, и больше не возвращаться. Выйти из игры, и сбежать. Если твоему дракону, твоему другу, ты был так небезразличен, как тебе кажется, то он не захотел бы, чтобы ты впустую растрачивал свою жизнь на эту безнадёжную авантюру.
Мэтт уставился на маленький экран:
— Ну, Гэри, в этом позволь мне с тобой не согласиться. До сегодняшнего дня я играл по правилам. Я пришёл сюда не для того, чтобы причинить кому-то вред, или начать войну — но я потерял терпение.
— Ты умрёшь зря, а моя дочь останется в западне, — предостерёг общискин.
— Я позабочусь о том, чтобы она была в безопасности, прежде чем сделаю что-то ещё, — сказал молодой волшебник. — После этого я буду делать, как пожелаю.
— Ты использовал дракона в качестве источника силы, так ведь? — спросил Гэри. — Насколько я понимаю из рассказанного Керэн, этот мир относительно бесплоден для твоих способностей. Без твоего союзника у тебя мало на что хватит сил. Ты едва выжил, даже пока дракон был.
 
Гнев и решимость Мэтта росли по мере того, как он продирался сквозь отчаяние и отрицание. Снова подняв взгляд на Гэри, он улыбнулся злой и тревожащей улыбкой:
— Вот тут-то ты и ошибаешься. Большинство людей полагает, что способности мага ограничены силой, и до некоторой степени это так, но главный фактор — это воображение… и эти ублюдки понятия не имеют, что я способен вообразить.
Я покажу им истинную силу шизика, — свирепо закончил он.
«Чего?». Гэри потратил несколько наносекунд, обрабатывая последнюю ремарку, прежде чем наконец решить, что молодой человек имел ввиду креативное умопомешательство. Очевидно, что пришелец из иного мира ещё пока не до конца овладел английским.
— Итак, что именно ты в таком случае планируешь?
— Я уже говорил тебе… пока что — ничего, — ответил Мэттью. — Мну нужно несколько дней, чтобы прийти в себя. Всё это время я буду вести здесь наблюдение, и решать, как найти помощь для Керэн. А закончив с этим, я сосредоточусь на том, как вернуть Дэскаса.
— Они сделают всё, чтобы усложнить тебе задачу.
— Я на это и надеюсь, — сказал молодой волшебник. — Я не хочу, чтобы было легко. Я хочу, чтобы они дали мне все возможные оправдания для того, что я с ними сделаю.
Выражение его лица тревожило, поэтому Гэри решил воздержаться от дальнейших комментариев. Судя по тому, что он знал о молодых людях, он прикинул, что скорее всего молодой человек пересмотрит свои планы после того, как у него будет время поостыть. Продолжение разговора лишь подлило бы топлива в огонь.
* * *
Мэтт сдержал слово, и почти ничего не делал следующие два дня кроме как ел, спал, и пытался держаться в тени. Была середина третьего дня, когда Гэри попросил его об услуге.
— В этом ПМе начинает заканчиваться энергия, — сказал общискин. — Его надо зарядить, иначе я не смогу поддерживать с тобой связь.
Мэттью нахмурился, гадая, не просили ли его о том, чтобы использовать силу, чтобы каким-то образом обновить устройство.
— Я понятия не имею, как это сделать, — признался он.
— Среди снаряжения Керэн есть походное зарядное устройство, — объяснил общискин. — Я видел его позавчера, когда ты всё обыскивал.
— Как оно выглядит?
— Чёрный тряпичный мешочек в форме цилиндра, — сказал Гэри. — Распакуй всё, и я смогу его тебе указать.
— Не нужно, — сказал молодой человек. Он помнил описанный Гэри предмет, и в точности знал, в какой кучке и где именно в рюкзаке тот лежал. Запустив руку внутрь и вправо, он за несколько секунд нашёл искомое.
— Это оно, — согласился Гэри, увидев предмет у Мэтта в руке. — Распусти завязки, и вытащи пластиковый коврик, свёрнутый внутри.
Коврик был размером примерно два на три фута. Он имел тёмно-зелёный с жёлтым отливом цвет, и хотя одна сторона имела матовое покрытие, другая была блестящей и похожей на стекло. Следуя инструкциям Гэри, Мэтт поместил коврик на ярко освещённое место, и разложил блестящей стороной вверх.
— И что дальше? — спросил он.
— Помести ПМ на тёмный прямоугольник в углу, — сказал Гэри.
— И всё?
— Да. Солнечный коврик питает индукционное поле в той области, и оно заряжает ПМ.
— Что вообще означает «ПМ»?
— Персональная Мобильная Машина, — заявил общискин.
— Разве тогда не должно быть «ПММ»? — сказал Мэттью.
Гэри тихо засмеялся:
— Слэнг укоротил аббревиатуру. Годы тому назад все их носили с собой, пока личные имплантаты не стали широко доступны и предпочтительны. Начинали эти устройства в основном как сотовые телефоны, прежде чем…
 
— Сотовые телефоны? — перебил молодой человек.
— Устройство исключительно для голосовой связи, — пояснил общискин. — Позже они стали сложными вычислительными устройствами, способными получать доступ к сети, и в конце концов каждому стало такое устройство необходимо просто для ведения полноценной жизни. Люди использовали их для общения, чтения, поиска указаний, приведения в действие машин, открывания дверей, оплаты… список длинный.