Цикл «Рождённый магом». Компиляция. Романы 1-14 (СИ)

— Мистер Астон, я понимаю ваши страхи. Я безоговорочно доверяю Леди Роуз, а вот в банке я всё ещё не уверен. Я осознаю, что если она воспользуется всеми этими деньгами целиком, то это может поставить банк в неудобное положение. Я не думаю, что ей потребуется это делать, по крайней мере — не прямо сейчас. А пока я думаю, что для банка было бы лучше всего потратить следующий месяц на то, чтобы позаботиться о наличии резервов, достаточных для того, чтобы не полагаться более на баланс моих счетов для поддержания платёжеспособности.
Он покраснел:
— Вы намекаете, что…
Я перебил его:
— Я ни на что не намекаю, Мистер Астон. Вы знаете свой банк гораздо лучше меня. Позаботьтесь, чтобы у неё был доступ к этим средствам. Если у неё будут какие-то проблемы со снятием средств с моих счетов, то мне придётся вернуться в Албамарл, и я буду недоволен, — вперил я в него твёрдый взгляд.
— Очень хорошо, милорд, я думаю, что мы понимаем друг друга, — отозвался он. Астон был не рад, но он видел, что его прижали к стене.
После этого он составил аккредитив, подписал его, и нотариально заверил. Забрать пять тысяч марок из банка оказалось гораздо утомительнее, чем я думал. Такое количество монет весило почти четыреста фунтов. В конце концов нам пришлось уйти, и купить пару мулов и крепкие кожаные сумки, чтобы было куда загрузить деньги. Это задача почему-то привела меня в хорошее настроение. Что-то насчёт чувства того, что я имею несколько сотен фунтов золота, практически у себя «в кармане», кружило мне голову. Я же говорил, что я — дурак. Любой вменяемый человек осознал бы, насколько опасно будет иметь при себе столько денег.
  
Глава 13
 
Мы отправились к городской резиденции Ланкастера. Я обещал встретиться там с Маркусом и Роуз до отъезда в Уошбрук. Нам снова пришлось положиться на сайханово знание города, чтобы отыскать это место. Ни я, ни Пенни ни разу там не были.
Сайхан всю дорогу казался напряжённым. Он всё время оборачивался, чтобы посмотреть назад.
— Я ни разу в жизни не видел, чтобы человек делал что-то глупее этого, — наконец сказал он.
— Попробуй пожить с ним, — добавила Пенни.
— Что? — спросил я, поскольку мог лишь предположить, что они говорили обо мне.
Взгляд Пенни упал на меня:
— А ты как думаешь? Мы шагаем по городу с несколькими сотнями фунтов золота, небрежно нагруженного на пару мулов. Ты напрашиваешься на неприятности.
А-х-х, конечно, они волновались о золоте.
— Насколько остальные могут знать, на мулов могут быть нагружены сумки с зерном. Предполагая, что вы не будете кричать об этом на всю улицу, — заявил я. Их обоих я уже окружил щитами, поэтому меня это особо не заботило. Я не мог представить, чтобы какие-либо уличные бандиты могли представлять для нас хоть сколько-нибудь осмысленную угрозу.
— Зерно не такое тяжёлое, Морт. К тому же, многие люди уже знают, что именно мы вынесли из банка, — ответила она.
— Например?
— Например — Мистер Астон и все, кто работает в Королевском Банке, идиот.
— Я думаю, что у банкиров едва ли есть причина нас грабить — да они и не похожи на тех, кто занимается подобным. Что они сделают? Будут угрожать нам своими бухгалтерскими книгами? — засмеялся я.
Сайхан фыркнул:
— Они скорее всего наняли бы кого-то другого для такой работы.
— Нельзя нанять воров, чтобы украсть золото. Они его просто оставят себе, — указал я.
— Ты прав, — согласился Сайхан. — Они наймут убийц, и позволят им оставить себе золото в качестве бонуса.
— Ну хоть у вас есть здравый смысл, — вставила Пенни.
— А какая им с этого была бы выгода? — из подлинного любопытства спросил я.
— Твой аккредитив мгновенно перестанет быть действителен, и все остальные деньги останутся в банке, — мгновенно ответил Сайхан.
Вынужден был признать, что в этом он был прав. Я не принимал во внимание все возможные мотивы. Хотя в данный момент я мало что мог поделать. Я расширил своё восприятие, чтобы лучше следить за происходившим вокруг нас. Мне определённо придётся подумать над нашей поездкой обратно домой. Они знали, что мы уезжаем, они знали, куда мы направлялись, и они знали, когда мы пустимся в путь.
 
Мы прибыли к дому Ланкастера. Я ожидал, что тот будет великолепен, и я не был разочарован. На самом деле дом был построен на некотором расстоянии от дороги, и само владение окружала небольшая каменная стена, предоставляя уединение и защиту для семьи. Тяжёлые кованые железные ворота преграждали доступ на территорию. Рядом с ними был колокол, в который можно было позвонить для привлечения внимания, если никто не смотрел за воротами. К счастью, там кто-то был, и нам звонить не пришлось.
— Мордэкай, это ты? — послышался голос гвардейца.
Я внимательно присмотрелся к нему — это был мужчина под сорок, стройный, с коричневой от загара кожей.
— Уо́ллас? — спросил я. Я не был уверен до конца — в юности запоминание имён всех гвардейцев не казалось мне особо важной задачей.
— Ха! Это ты, мальчик! Рад тебя видеть. Подожди, я сейчас открою ворота. Его светлость сказал, что ты сегодня зайдёшь, — сказал он, аккуратно размыкая ворота, и повернул маленькую лебёдку, чтобы распахнуть перед нами створки. Он мог бы использовать устроенную сбоку от ворот дверь поменьше, но мулы с их поклажей туда не пролезли бы.
Приятно было видеть кого-то, кто знал меня ещё с детства. Это несколько снижало чужеродность ситуации. До этого мига я не осознавал, насколько сильно столица заставила меня тосковать по дому. Расслабившись я ощутил кружившийся вокруг нас ветер, и мне почти казалось, что он что-то шептал мне. Воздух дёргал меня за волосы и вихрем кружил листочки по внутреннему двору. Я улыбнулся, и сделал глубокий вдох. В бормотании ветра я увидел деревья вдоль западного края города, где королевский заповедник доходил почти до стен города. Прошедший там лёгкий дождь наполнил воздух свежими запахами земли и зелени.
Из грёз меня выдернула ладонь, которую Пенни положила мне на плечо:
— Морт, ты в порядке?
— Конечно, а что? — посмотрел я на неё, хотя мои глаза не сразу смогли на ней сфокусироваться.
— Ты просто стоял, улыбался и бормотал что-то себе под нос. С кем ты говорил? — спросила она, и её тёмно-карие глаза были полны заботой.
— Ни с кем, я просто слушал ветер… он говорил о дожде, и…, - сказал я, прежде чем спохватился. Как только я произнёс слова «он говорил», её глаза сузились. — То есть, я ощутил запах недавнего дождя. Хороший, погожий денёк. Я не хотел тебя волновать, — закончил я альтернативное объяснение.
— Мордэкай! — крикнул мне Марк, выходя из дома, чтобы поприветствовать нас. — Как всё прошло в банке? Когда я сказал отцу, куда ты пошёл, он подумал, что нам, возможно, придётся послать отряд стражи, чтобы помешать им тебя посадить. Он, похоже, думает, что они совсем не рады будут тебя видеть, — выдал он. Для праведника и святого человека, он выглядел удивительно похожим на всё того же старого друга, которого я всегда знал.
— Ха! — ответил я, забыв своё недоверие к его новой профессии. — Они были даже чересчур рады приветствовать нас с распростёртыми объятьями, и распахнуть свои денежные сундуки! Они отослали нас прочь с вот этим символом их доброты, — сказал я, обозначив жестом мулов с их тяжёлой ношей.
Пенни нахмурилась:
— Он хочет сказать, что они чуть не вышвырнули нас, пока он не пригрозил превратить банк в гору камня и песка.
Маркус засмеялся, хоть она и не шутила. Пенни была не очень рада тому, как я разобрался с ситуацией в банке. Я не мог не задуматься, почему Марк был в таком хорошем настроении.
 
— Чего ты такой счастливый? — поинтересовался я. — С отцом помирился, что ли?
Лицо Марка слегка вытянулось:
— Нет, он всё ещё чертовски зол насчёт моего выбора, но он постепенно приноравливается. А счастлив я из общего принципа, хотя видеть тебя — это всегда плюс. С тех пор, как я принял богиню, я чувствую себя лучше во всех отношениях, какие только можно вообразить. Это как впервые услышать музыку после того, как я всю жизнь был глухим.