Цикл «Рождённый магом». Компиляция. Романы 1-14 (СИ)

— Шибал, — произнесла она, и все они медленно осели на пол, когда их разумы впали в небытие. На миг она испытала искушение сделать что-то ещё, протянуть руку, и коснуться их напрямую, обратив их против их мёртвого короля, однако удержалась.
— Мой король! — крикнул Джеролд, наконец оправившись от шока. — Что это значит? Она — ваша гостья. — К его чести, он сдвинулся, встав между ней и королём.
Лицо Короля Дарогэна было лишено всякого выражения:
— Схватить её, — приказал он стоявшим рядом с ним жрецам. Эйсар вспыхнул вокруг этих мужчин, когда в них полилась сила Сэлиора.
Мойра этого ожидала. Её руки уже метнулись к её талии, стягивая её верхний пояс, казавшийся украшением. После её касания он разделился на две менее крупных полосы плетённого металла, и её воля заставила силу потечь по ним. Пряжка разделилась, образовав две рукояти, по одной для каждой руки, а металл выпрямился в два светящихся меча. Шедшие вдоль них руны вспыхнули, и оружие засияло опасными энергиями.
Пояс был вдохновлён зачарованными клинками, которые Элэйн сделала для её матери годы тому назад, но если те были просто оружием, эти были созданы для использования волшебником. Рунные каналы позволяли им эффективно усиливать её дальние атаки, в то время как вторичные чары одновременно превращали их в смертоносные мечи.
С их помощью она рубила мешавшие ей ленты эйсара, которыми направляющие пытались её спеленать, пока Мойра непреклонно шла к дверям.
Чего она не ожидала, так это того, что спавшие стражники встанут. Открыв глаза, они снова поднялись на ноги, и преградили ей путь. Шокировало её то, что она ясно могла видеть: их разумы всё ещё были глубоко погружены в сон. Посетители-дворяне также повскакивали со своих мест, и начали её окружать.
Разумы дворян были воплощением ужаса и страха, но их лица были безмятежны, а тела двигались со спокойной точностью.
«Они — пленники своих собственных тел», — осознала она. «Как он это делает?». Её магический взор не показывал никакого влиявшего на них извне эйсара, и она была уверена, что это не было делом рук направляющих.
Джеролд, как и остальные гости в зале для аудиенций, был безоружен, и стал голыми руками бороться с несколькими людьми, пытавшимися добраться до Мойры. Она бы сказала ему, что в этом не было смысла, так как они всё равно не могли к ней прикоснуться, но времени на объяснения не было. Путь к выходу ненадолго освободился, и хотя направляющие продолжали её изводить, их троих не хватало на то, чтобы стать по-настоящему серьёзной проблемой. Она не один год вела с братом учебные поединки, а он был гораздо сильнее всё трёх вместе взятых.
Она приостановилась, а затем повернула назад. Она не могла бросить Барона, а на него навалилось столько народу, что он сам ни за что бы не выбрался. К сожалению, до того, как она успела создать вокруг него щит, чтобы оттолкнуть от него остальных, один из стражников шагнул вперёд, и бесстрастно проткнул Джеролда копьём.
— Нет! — крикнула она, ужаснувшись увиденному. В месте, где наконечник копья вышел у него из спины, его рубашка окрасилась кровью. Не думая, она подняла руку, всё ещё управляя ветром, и послала напавшего на Джеролда стражника лететь прочь. Она почти почувствовала треск его черепа, когда тело охранника впечаталось в твёрдую каменную стену, и от этого у неё всколыхнулся желудок. «Я убила его», — заметил её внутренний голос, и её окатила волна вины и стыда.
— Беги, Мойра, — сказал раненый лорд. — Выбирайся, пока можешь.
— Заткнись, — сказала она ему, скрипя зубами, и борясь с подступающей к горлу желчью. — Я тебя спасу. Я и похуже видала. — Вытянув свой эйсар, она начала окутывать его щитом, но направляющие снова вмешались, нападая на неё с трёх разных сторон. Её щит содрогался под их ударами, иона знала, что больше не может себе позволить милосердие.
Направив меч в правой руке на ближайшего направляющего, находившегося где-то в двадцати футах, она послала луч сияющей силы, с шипением пробивший ему туловище. Прошедшая через рунный канал энергия пробила его хлипкий щит, и оставила у него в животе дыру размером с кулак. На долю секунды, прежде чем он упал, она увидела повреждённую стену сквозь дыру в его туловище. Направив меч в левой руке на других направляющих, она их предупредила:
 
— Если не одумаетесь, то вы — следующие. — Её рука при этом явно дрожала.
Пока она угрожала им, Мойра также создала щит вокруг Джеролда. Гости, а также стражники, продолжали пытаться схватить её, несмотря на то, что их руки и оружие не оказывали на её личный щит никого эффекта. Мёртвые выражения на их лицах, в совокупности с ужасом, скрывавшемся в их скованных разумах, доводили Мойру почти до умопомешательства.
Почувствовав приток адреналина, она окружила себя ветром, превратив его в мощный циклон, отбрасывая их назад, и создавая вокруг себя больше свободного пространства.
В зал вошли ещё стражники, и эти, как она видела, всё ещё действовали нормально — то есть, их разумы всё ещё управляли их телами. Они с раскрытыми ртами уставились на открывшуюся им картину.
Лицо Короля Дарогэна изменилось, вернув себе прежнюю живость, когда он крикнул им:
— Закройте двери! Не дайте ей сбежать! — От этого Мойре стало очень не по себе — она будто наблюдала за человеком, которым управлял какой-то кукловод.
Стражники ретиво повиновались, закрыв двойные двери, и опустив поперёк них тяжёлый засов, чтобы не дать Мойре уйти.
Ситуация совершенно вышла из-под контроля. Оглядываясь, Мойра попыталась найти способ выбраться, который бы не вылился в смерть или ранения большого числа посторонних. В ней боролись гнев и фрустрация, но она не могла ударить по окружающим, не подумав о последствиях. Большинство вышедших против неё людей управлялись вопреки их воле — она не была уверенна как именно это было проделано, но она видела панику и ужас, скрытые за их спокойными лицами. Ветер ревел вокруг неё, и самым простым вариантом было расширить её циклон, уничтожив зал и находившихся в нём людей. «Надо было заклинательного зверя с собой взять», — подумала она. «Тогда у меня было бы больше вариантов».
У неё ещё был один маленький слуга, крошечное, похожее на фею существо по имени Пиппин, но в нём было мало силы. Она собиралась позже использовать его как посланника, чтобы дать Грэму и Чаду знать, что всё идёт хорошо — но ей всё больше становилось понятно, что ничего хорошего сообщить ей не удастся.
Мойра подумала о том, чтобы направить в крошечного заклинательного зверя силу. Это было бы быстрее, чем создавать нового с нуля, однако проделывая такое посреди боя, она оставила бы себя слабой и уязвимой. Мойра приняла решение. «Когда сражаешься со змеёй, отруби голову, и тело умрёт».
Ветер внезапно стих, бросив на пол куски мебели и рваную ткань от обивки, когда Мойра перестала подпитывать его эйсаром. Направив один из своих мечей в сторону Короля Дарогэна, она снова направила эйсар через клинок, совершая мощный выстрел в чудовище, которое, судя по всему, управляло окружавшим её хаосом.
Жутко скоординированные, все находившиеся рядом с линией огня люди бросили свои тела, блокируя её удар. Мощный луч рвал их как бумагу, вмиг убив двенадцать человек. Луч продолжил двигаться дальше, и ударил в Дарогэна, но силы в нём уже поубавилось. Король к тому же ещё и уклонился, и луч пробил небольшую дырку в его правой руке, рядом с плечом — вместо того, чтобы пробить сердце.
Мойра увидела падавших перед ней дворян и стражников — в их разумах отражались шок и боль, пока их тела умирали. Тьма поглощала каждого из них одного за другим по мере того, как их полные ужаса разумы тускнели и потухали.
 
— Нет! — закричала она, ужаснувшись случившемуся.
В этот момент напали оставшиеся направляющие.
Сосредоточив свою мощь, они послали двойные разряды чистой силы — но не в молодую волшебнику, а в Джеролда. Мойра не влила в его щит много силы, полагая, что он был нужен лишь для защиты его от не-магических противников, и теперь этот щит схлопнулся раньше, чем она успела его укрепить. Боль ослепила Мойру, когда откат заставил её упасть на колени, с трудом оставаясь в сознании.