Цикл «Рождённый магом». Компиляция. Романы 1-14 (СИ)

Там было что-то ещё — что-то тёмное и могущественное.
Четвёртая почти не имела никаких эмоций. Особенно ей недоставало страха или чувства самосохранения. Такие вещи были довольно бесполезны для создания, от которого не ожидалось прожить более нескольких дней. Войдя в пещеру, Четвёртая смогла рассмотреть получше.
Мордэкай находился там — он лежал на скалистом полу, но она ощутила, как на неё обратился его взгляд, или, быть может, его внимание. В нём было ощущение узнавания. «Он знает мою создательницу — он, наверное, чувствует во мне её привкус», — подумала Четвёртая.
— Беги, — с некоторой трудностью выдавил он, но было слишком поздно.
Стоявшее над ним существо вытянуло странно текучую конечность в сторону Четвёртой. Оттуда потекла сила, и Четвёртая начала растворяться в мгновенной вспышке боли.
«Мойра!» — Крик Четвёртой прозвучал так громко, как она только могла, но она знала, что это было впустую — её создательница была слишком далеко. Она не услышит её предупреждения. «До точки сбора я не доберусь», — подумал умирающий заклинательный зверь, и перестал существовать.
  
Майкл Мэннинг
 
Доминирование Сэнтиров
 
«Герои рассвета драконов», том второй («Рождённый магом», том десятый).
  
Глава 1
 
Мойра Иллэниэл изучала своих спутников взглядом. Они стояли рядом с ней в почти полной темноте замкового двора. До рассвета ещё оставалось несколько часов.
— Ты уверена, что это мудро? — спросил Грэм. Его новая драконица, Грэйс, ехала на его закованных в броню плечах. Она ещё была маленькой, вылупившись лишь несколько дней тому назад, но уже весила почти пятьдесят фунтов. Молодой воин никак не показывал, что замечал её вес.
Создания Мордэкая, драконы Лосайона росли быстро. Грэйс будет, наверное, крупнее лошади через пару недель, а вскоре после этого она станет достаточно большой, чтобы на ней можно было летать. Однако в этот день они поедут с Мойрой, на широкой спине Кассандры, её драконицы.
Мэттью стоял рядом с ним, глядя вверх своим обычным зрением, хотя было слишком темно, чтобы они могли что-то увидеть. Вместо этого его магический взор простирался вовне, надеясь заметить приближение его дракона, Дэскаса.
— «Графиня разгневается, когда осознает наше отсутствие», — заметила Грэйс, вещая свои мысли им всем. — «И я не могу сказать, что виню её».
— Кто-то должен найти Отца, и люди нуждаются в ней, — сказала Мойра, повторяя свой прежний довод. — Нам нужно лететь.
Чад Грэйсон сказал:
— И правильно она взбесится, когда прознает, что вы ей руки связали. Когда вас тут не станет, она будет вынуждена остаться дома.
— Мы для этих поисков гораздо лучше подготовлены, — провозгласил Мэттью. — Она лучше подготовлена к управлению графством отсюда. — Он повернулся к охотнику: — Никто не просит тебя отправляться с нами.
На чертах лица Чада отразилось раздражение:
— С тем же успехом можете подписать ордер на мой арест, коли меня тут оставите.
— Никто не знает, что ты как-то в этом участвовал, — сделала наблюдение Мойра.
— Хэх! — хохотнул лесничий. — Эта тёмная ведьма разузнает о том ещё до исхода дня, а вскоре после этого меня представят пред гневны очи Графини. С тем же успехом можешь сама меня в кандалы заковать.
— Мама не стала бы заковывать тебя в цепи… — начала Мойра, но Грэм перебил её.
— Тёмная ведьма? — сказал широкоплечий рыцарь.
— Мать твоя, Леди Хайтауэр, — пояснил лесничий. Леди Роуз Торнбер унаследовала титул своего отца, и пока Элиз Торнбер всё ещё была жива, её полагалось звать Леди Хайтауэр, а не Леди Торнбер.
Грэм и Чад работали вместе достаточно долго, так что грубые слова охотника уже редко его доставали, но он всё ещё был озадачен:
— Ведьма? У моей матери нет никаких магических способностей.
Чад прищурился в тусклом свете:
— Я в этом уверен не особо. Она всегда ведает более, чем полагается людям. Человеку становится боязно, когда она глядит ему в глаза.
 
На это Мойра усмехнулась, но лишь её брат мог рассмотреть выражение её лица в тусклом свете. Мэттью согласно кивал.
— Возможно, она действительно в сговоре с тёмными силами, — подал Мэттью мысль, притворяясь, что говорит серьёзно.
Грэм разинул рот:
— Неужели? Я окружён волшебниками, а ты намекаешь на то, что моя мать — ведьма?
Мойра мягко засмеялась, не повышая голос:
— Ты должен признать: то, как она обо всё догадывается, просто сверхъестественно, Грэм. У меня есть магический взор, а она всё равно знает больше меня о том, что творится у людей в головах.
Тут Грэм понял, что они его дразнят, и он определённо понимал, какой пугающей могла быть мощь проницательности его матери.
— Она не посадила бы тебя под замок, — твёрдо заявил он, направляя свою ремарку охотнику. — Она не злопамятна.
— Может оно и так, — сказал Чад, — и я в этом так не уверен, однако же Графиня вот точно порывиста. Как только Леди Хайтауэр меня выдаст, Её Превосходительство вполне может заковать меня в кандалы за то, что я дозволил её молодняку сбежать без призора.
— Тем не менее, с твоей стороны могло быть мудрее рискнуть, оставшись здесь, а не отправляться с нами, — сказала Мойра.
— Вот потому-то я останусь с вами, — отозвался Чад. — Вам всем недостаёт годков, чтоб иметь разума хоть бы как у козла.
— «Надеюсь, вы не включаете меня в эту оценку, Мастер Грэйсон», — мысленно ответила Грэйс.
Его ответ утонул в звуке хлопанья крыльев — Кассандра и Дэскас спускались во двор. Как только массивные существа приземлились, их группа разделилась. Мойра, Грэм, и Грэйс забрались на Кассандру, а Мэттью и Чад заняли места на спине у Дэскаса. Вскоре они осторожно летели на восток, направляясь в сторону гор, где исчез Мордэкай Иллэниэл.
Пока они летели, солнце медленно появилось на горизонте впереди, заставив небо засветиться красными и оранжевыми тонами. Грэм и Чад сидели с побелевшими костяшками, сидя позади Мойры и Мэттью, и отчаянно цепляясь за грубую чешую драконов. Грэйс была гораздо более расслабленной — даже если её сдует, она могла лететь сама по себе.
Несколько часов спустя они приземлились на южном склоне одной из менее крупных гор.
— Это не выглядит многообещающим, — сказал Грэм, изучая каменистую землю. Здесь будет трудно что-либо выследить, предполагая, что они вообще найдут какие-то следы потерянного Графа.
— Ты уверена, что это нужное место? — спросил Мэттью.
Мойра кивнула:
— Это — та самая область. Все мои заклинательные звери вернулись, кроме той, которая была назначена в этот регион.
— Стенаниями делу не поможешь, — отметил Чад. — Расходимся, и начинаем искать.
Драконы снова взлетели, кружа, чтобы изучить лежавшую под ними местность. Люди поступили схожим образом, хотя и гораздо медленнее, поскольку они были пешком. Мэттью и Мойра изучали местность своим магическим взором, в то время как Грэм и Чад искали более заурядные признаки.
День медленно тянулся, и сухой горный воздух постепенно становился всё более горячим. Вскоре после полудня Грэм заметил расколотые гранитные камни, указывавшие место, где что-то с огромной силой ударилось в склон горы.
На скалах не было пятен, но линии среза были свежими и резкими, слегка контрастируя с более мягко округлившимися под действием непогоды камнями вокруг. Он был слишком далеко от остальных, чтобы они могли его услышать, поэтому послал свои мысли в небо, зовя свою драконицу:
— «Грэйс, я думаю, что я что-то нашёл».
Маленькая драконица передала весть остальным, и менее чем через четверть часа они собрались вокруг его находки.
 
— Я ничего не вижу, — сказал Мэттью.
Мойра была того же мнения, но уверенность брата её раздражала:
— Я — не следопыт, потому и не буду отваживаться что-то предполагать.
Мэттью зыркнул на неё, но Мастер Грэйсон заговорил первым: