Цикл «Рождённый магом». Компиляция. Романы 1-14 (СИ)
Глава 10
Его любопытство было удовлетворено во время ужина. Он явился в обычный срок, и вскоре после этого зал стих. Прозвенел колокольчик, и все поднялись, встав рядом со своими стульями, когда в зал вошли Граф и Графиня. Обычно они сразу же садились на свои места, без предисловий и задержек, но в этот день они задержались.
Мордэкай Иллэниэл поднял руку, прежде чем произнести:
— Прежде чем мы начнём трапезу, моя жена хотела бы представить нашу недавно прибывшую гостью.
Пенелопа кивнула, и сделала жест позади себя. Из дверного проёма позади них вышла молодая женщина, и встала рядом с графиней. Графиня повысила голос:
— Это — Леди Али́сса, дочь и наследница Барона Ко́нрадта из северного Гододдина. Её мать попросила взять её под опеку на зиму, и мы с Графом с радостью согласились. Пожалуйста, окажите ей ту же любезность, что оказали бы любому гостю, и пусть она почувствует себя здесь как можно более желанной.
Тут Мойра помахала рукой, жестикулируя гостье, призывая её занять место рядом с ней, за высоким столом. Тут Грэм заметил перемену в рассадке. Позади места, отведённого за столом его сестре Кариссе и пустовавшего последние два месяца, теперь стояла Айрин, в то время как место Айрин рядом со стулом Мойры было пустым. Леди Алисса подошла, и встала там, с благодарной улыбкой взяв Мойру за руку.
Граф и Графиня заняли свои места, после чего все остальные сели — вечерняя трапеза началась.
— Когда ты узнал, что у нас будет гостья? — спросил Грэм, наклонившись ближе к Мэттью.
Его друг пожал плечами:
— Ненаю. — Его, похоже, нисколько не волновало новое лицо за столом.
Вместо него подал голос Коналл:
— Мама сказала нам о её приезде ещё некоторое время назад. Мэтт просто обращает мало внимания.
— Тебя никто не спрашивал, писькин вор, — отозвался Мэттью, прежде чем зачерпнуть первую ложку супа.
Грэм бросил взгляд на севшую прямо напротив него молодую женщину. Она всё ещё была поглощена разговором с Мойрой, но на миг её взгляд метнулся к нему, замечая его присутствие. Тут он ощутил себя неудобно, не зная точно, следует ли ему перебить их и представиться, или подождать. В качестве компромисса, он опустил взгляд в свою тарелку супа, чтобы не встречаться с ней взглядом, пока их не представят.
«Веди себя нормально, и поддерживай разговор с остальными, пока тебя не представят. После чего посмотри в глаза, и попытайся улыбнуться как можно более дружелюбно». Он мог слышать у себя в голове голос матери, вновь наставляющей его относительно надлежащего этикета. Вместе с этим он неизбежно вспомнил и менее полезные части. «Нет, не так. Ты выглядишь так, будто тебе больно, Сын». После этого она долго пыталась заставить его выдать естественно выглядящую улыбку, но всё без толку. С каждой попыткой его лицо искривлялось, придавая ему вид страдающего человека.
Тут его уши уловили голос Мойры:
— …это — мои братья, Коналл и Мэттью… и с Айрин ты, конечно, уже знакома. А красавец, сидящий рядом с Мэттом — это Грэм Торнбер, сын Леди Роуз Торнбер… он также является наследником титула Хайтауэра в Албамарле…
Грэм понял намёк, посмотрев гостье в глаза, и встав, чтобы протянуть ей руку через стол. «Всегда протягивай леди руку», — говорила его мать, — «за исключением случаев, когда во время представления вы сидите по разные стороны стола — в этом случае можно подождать, чтобы не тянуться поперёк блюд».
Леди Алисса любезно взяла его руку, и вознаградила его улыбкой, за которой последовал дружеский смех, когда он неуклюже вернул руку обратно, и снова сел. Мэттью наблюдал за ним с весёлым выражением лица, тоже начав смеяться, но затем подавился супом. Его кашель отвлёк внимание от Грэма, и рассеял странную атмосферу за столом. Мойра начала отчитывать ему за неумение вести себя за столом, к чему Коналл восторженно присоединился.
Грэм снова бросил взгляд на Алиссу, и обнаружил, что она смотрит прямо на него, не обращая внимания на перепалку среди детей Иллэниэлов. Она улыбнулась, когда их взгляды встретились, и он ощутил, как покрывается румянцем. Он попытался улыбнуться в ответ, но внезапное смущение испортило выражение его лица, и он знал, что сумел лишь придать себе нелепый вид. Спасение он нашёл в изучении своего супа.
Когда он начал черпать горячую жидкость ложкой и подносить к губам, его разум воспроизвёл её образ. Алисса была молода — моложе, чем он осознавал, — что, вероятно, объявляло то, почему она сидела рядом с Мойрой, а не рядом с Графиней. Её волосы были такими тёмными, что казались почти чёрными, а глаза её были густого коричневого цвета. Черты её лица каким-то образом напоминали ей Сайхана, хотя кожа её, в отличие от рыцаря, была светлого оливкового оттенка, в то время как он был смугл.
— Грэм! — резко прорвался через туман в его голове голос Мойры.
— Прошу прощения? — ответил он, вздрогнув от неожиданности.
— Алисса к тебе обращалась. Ты что, не услышал?
Он снова посмотрел в эти тёмные глаза, прежде чем сосредоточиться вместо этого на её волосах. «Избегай глаз, от них становится слишком трудно говорить», — сказал он себе.
— Прошу прощения, Леди Алисса, я не хотел наносить оскорбление, — сказал он ей.
— Нет, ничего, — ответила она. — Пожалуйста, зови меня Алисса.
— Определённо, — ответил он, наблюдая за тем, как её тёмные локоны скользили вместе с движениями её головы. Казалось, свет от свечей льнул к ним. — Я был бы признателен, если бы ты ответила взаимностью.
— Я только что спросила, был ли твоим отцом Сэр Дориан, — сказала она, повторяя пропущенный им прежде вопрос.
— А-а, да, думаю — да, — отозвался он.
Ты не уверен? — тихо засмеялся Мэттью, пихая его локтем.
Грэм ощутил, как снова краснеет:
— Ну, нет, конечно же я уверен… то есть — да!
Мойра бросила на брата хмурый взгляд:
— Мэтт, не дразни его. Ты знаешь, что он имел ввиду.
— Я просто не хотел, чтобы Леди Алисса подумала, будто он не уверен своей родословной, — возразил Мэттью. При этом не в силах удержаться от лёгкой улыбки.
К счастью, в этот момент прибыла следующая перемена блюд, и ненадолго отвлекла их. После этого Грэм сумел исключить себя из разговора.
* * *Грэм решил проверить, как шли дела с мечом у его друга. Они с Мэттью в последнее время почти не разговаривали, и он начал волноваться, что с этим проектом могло что-то пойти не так.
От скульптуры в парадном зале к нему метнулась маленькая фигура, которую он мгновенно узнал.
— Добрый вечер, Грэйс, — сказал он, приостанавливаясь, и отвешивая ей совершенно ненужный поклон. — Как твоё здоровье?
Её лицо имело очень мало различных выражений, но он услышал улыбку в её голосе, когда она ответила:
— Очень хорошо — благодарю, Мастер Торнбер.
Грэм поднял её, позволив ей ехать у себя на плече, и пошёл дальше.
— Куда направляешься? — спросила она.
— Решил проведать Мэтта в его мастерской, — честно ответил он.
— Ты так и не сказал мне, в чём заключается его проект, — заметила она.
Он кивнул:
— Ты права.
Медведица испустила ясно слышимый вздох, заставив Грэма задуматься о том, как она издавала подобные звуки, не имея лёгких. «Или как она вообще говорит, если уж на то пошло», — сказал он себе.
— Ну, если не хочешь говорить об этом, тогда расскажи, что ты думаешь о нашей новой гостье, Леди Алиссе, — обязала она его.
Грэм поднял брови:
— Я и понятия не имел о её прибытии. Её присутствие было неожиданным.
— Она очень красива, — заметила Грэйс, для блага Грэма утверждая очевидное.
— Она не была непривлекательной, — уклончиво отозвался он.
Грэйс следила за его лицом:
— Она была очень элегантной, не говоря уже о её изяществе, когда заселилась в покои, которые ей выделила Графиня. Мужчины из кожи вон лезли, чтобы услужить ей, перенося её вежи. Она, похоже, обладает большим очарованием для девочки её возраста.