Цикл «Рождённый магом». Компиляция. Романы 1-14 (СИ)

— Где мой сын? Он жив? — потребовала мать Гэйбриэла, найдя взглядом Тириона.
Тот встал, и пошёл к ней, заметив, как задрожали её руки при его приближении. «Она боится до смерти, но даже этого недостаточно, чтобы удержать её вдали от меня», — подивился Тирион.
— Твой сын мёртв, — печально сказал он ей.
— Нет! — тихо сказала Мона с округлившимся ртом и расширенными глазами. Её голос стал постепенно становиться всё громче и громче: — Это неправда. Скажи мне, что это ложь. У него всё хорошо. Ты же сказал, что защитишь их.
Тирион видел, что она была на грани истерики, но не знал, что ещё сказать.
— Он умер, защищая свою сестру, — сказал он ей. «А она умерла, защищая свою».
Её колени подогнулись, и Мона стала падать, но Тирион её подхватил. Плача, она оттолкнула его руки прочь:
— Нет, не трогай меня! Убийца! Мой бедный Гэйбриэл, ты убил его. — Вернув себе равновесие, она попятилась.
Тирион отпустил её, но последовал за ней до двери. Магический взор уже показал ему, что на улице собиралась толпа. Это была небольшая группа людей, в основном — родители остальных детей. Выйдя на порог, он заметил среди них Грэту Бэйкер.
Повысив голос, он обратился к ним до того, как их бормотание переросло в крики:
— Ваши дети в порядке. Они едят, и до сих пор живы. — Его взгляд упал на Грэту: — Вам следует зайти внутрь, Миссис Бэйкер, у меня для вас ужасные вести.
Другие отпрянули от неё, будто у неё могла быть болезнь, которую они могли подхватить, хотя взгляды их были полны жалости.
Грэта приняла вести с большим тактом, чем Мона, но всё равно ушла в слезах.
Несколько часов спустя телега была загружена всякой всячиной, которой могла их обеспечить лавка. Том обещал регулярные поставки, которые Тирион должен был встречать у края предгорий каждые две недели. Уговорённое место встречи было лишь в нескольких милях от Албамарла.
Элис положила ладонь Тириону на плечо, прежде чем тот взобрался на облучок, и Тирион удивлённо посмотрел на неё. Немногие жители Колна готовы были рискнуть таким жестом.
— Пожалуйста, позаботься о Таде, — попросила она его.
— Можешь поехать с мужем, — сказал Тирион, — когда он будет доставлять следующую партию. Тад будет там, но в будущем я ничего не могу обещать. Жизнь среди Ши'Хар беспощадна.
Элис моргнула, кивнула, и отвела взгляд.
— Остальным тоже скажи, — добавил Тирион. — Я позабочусь о том, чтобы они могли с ними увидеться — ненадолго, по крайней мере. Либо это, либо я передам им вести, если…
Том перебил:
— Не говори. Я буду полагать, что у них всё в порядке. Если что-то случится, тогда и справимся с вестями.
— Не забудьте о Моне и Грэте… — начал Тирион.
— Не забуду, — сказал Том, перебивая его. — О них позаботятся. — Тирион устроил так, чтобы часть прибыли от их торгового соглашения откладывалась для семей, из которых он забрал детей.
После этого говорить больше было нечего, поэтому он забрался на облучок, и повёл телегу обратно к дому Сэта Толбёрна. Солнце клонилось к закату, но он не собирался ночевать в Колне. «Или в доме Сэта», — подумал он.
Когда Тирион остановил телегу рядом с передним двором дома Толбёрнов, Кэйт сидела на крыльце вместе с сыном. Она ещё раз обняла Эрона, и поцеловала его в лоб, прежде чем сойти по ступеням, и присоединиться к Тириону на телеге. Они не переставая махали друг другу, пока телега не отъехала достаточно далеко по тропе, чтобы дом скрылся из виду.
Они молча ехали, пока Кэйт утирала слёзы.
— Тебе необязательно было…
— Прекрати, Даниэл, просто остановись. Мне не нужны твои постоянные напоминания.
Он безнадёжно пожал плечами:
— Но Сэт…
— Сам является половиной причины, по которой я ушла, — закончила она вместо него.
Он бросил на неё взгляд:
— Я думал, ты ушла из-за Бриджид.
— Это — тоже половина, — согласилась она, — а второй половиной был ты.
— Тогда получается три половины, — указал он.
— Ты знаешь, о чём я, — проворчала она, вытирая покрасневшие глаза. — Не придирайся.
После этого Тирион какое-то время молчал. Кэйт высушила глаза, и ей вроде стало получше, но когда солнце стало клониться всё ниже, она снова начала тихо плакать. Протянув руку, он притянул её поближе к себе.
 
— Я — ужасная женщина, — сказала Кэйт.
Усвоив свой урок, Тирион промолчал.
— Что же это за мать, которая оставила своего двенадцатилетнего сына?
На это у него точно не было ответа.
— Плохая, — добавила Кэйт. — Вот, какая мать бросает своего ребёнка. Я — худшая мать в мире.
Тирион тихо хохотнул.
— Это была не шутка, — с чувством сказала она ему. — Я серьёзно.
— Я смеялся не над тобой, — объяснил он. — Я просто думал о том, что как плохой родитель я тебя переплюнул. Ты мне и в подмётки не годишься.
— Это так, — согласилась она. — Но я — худшая мать.
— Я бы поспорил на этот счёт, — сказал он ей. — Я могу вспомнить как минимум одну женщину, которая была гораздо хуже.
— О, — сказала Кэйт, осознав, что он имел ввиду её собственную мать. — Полагаю, это у меня наследственное.
— Ты ничем на неё не похожа, — ответил Тирион.
— Если кому и судить об этом, так это тебе, — с бледной улыбкой сказала она.
Он одарил её кислым взглядом:
— А вот это нечестно.
— Прости, — извинилась она. — Я сейчас чувствую себя стервозной. Сама не своя.
— Ты в последнее время водила плохую компанию, — сказал он, и снова сжал её плечи.
  
Глава 33
 
Сгущавшиеся сумерки окутывали всё полумраком, а Тирион смотрел на свой старый дом. Освещение соответствовало его настроению.
Кэйт ткнула его:
— Глазение на дом не поможет.
— Я не хочу им говорить.
— Если будешь ждать, легче не станет, — сделала наблюдение она.
— Я отнял у них всё, — печально сказал он.
Кэйт слезла с телеги, побудив его сделать то же самое:
— Это неправда. У них вообще не было бы Хэйли, если бы ты не допустил так много ошибок, или если бы ты не отнял её у деда.
— Или если бы её мать не совершила из-за меня самоубийство, — добавил он.
— Жизнь — трудная штука, Даниэл, — сказала Кэйт, взявшись за его голову двумя ладонями. — Но без тебя она всё равно была бы трудной. Люди рано или поздно умирают. Люди болеют, случаются несчастья. Ты не можешь винить себя за всё.
Он кивнул, и вместе они пошли к двери. Его отец открыл после первого же стука. Алан перевёл взгляд с Тириона на Кэйт, и обратно, прежде чем спросить:
— Чего вам?
— Алан, — донёсся изнутри голос Хэлэн. — Кто это?
— Это наш сын, — сказал Алан. Он шагнул назад, позволяя им войти, но радости на его лице не было.
Тирион жестом указал Кэйт зайти внутрь, а затем нырнул следом за ней в низкий дверной проём. Его мать уже обнимала Кэйт, но поспешила и его обхватить руками.
— Что-то приятно пахнет, — упомянула Кэйт, понюхав воздух.
Хэлэн вытерла руки о фартук:
— Просто рагу из баранины, — скромно сказала она.
— Нам достаётся очень мало мяса, если не считать дичи, — с лёгким энтузиазмом сказала Кэйт. — Среди Ши'Хар нету овец.
— Рагу осталось немного, — нервно сказала Хэлэн, бросая взгляд на мужа. — Я не ждала гостей.
— Пусть едят мою долю, — угрюмо сказал Алан. — Я всё равно потерял аппетит. — Взгляда он при этом не сводил с сына.
— Задерживаться мы не будем, — сказал Тирион. — Мы заехали, чтобы доставить печальные вести.
— Вот уж удивительно, — сказал его отец.
— Дело в Хэйли, так ведь? — тихо сказала Хэлэн. Она положила ладонь на спинку одного из деревянных кухонных стульев. Выдвинув его, она села так, будто боялась, что у неё откажут ноги.
 
Кэйт с сочувствующим выражением лица кивнула.
— Она мертва, — сказал Тирион. — Ши'Хар заставили её биться на арене, как и меня.
— Кто её убил? — сказал Алан с гневной настойчивостью в голосе.
Тирион уже некоторое время спорил сам с собой о том, как ответить на этот вопрос.