Цикл «Рождённый магом». Компиляция. Романы 1-14 (СИ)
— Чем раньше он отправится за ними, тем скорее мы от него избавимся.
Тут она на него замахнулась, но Сэт поймал её запястье, а его собственный кулак сжался, когда он приготовился её наказать.
— Не надо, — тихо произнёс Тирион, но при звуке его голоса оба замерли. — Сколько их?
— Не менее десяти, — ответила Кэйт. Она вырвала руку из хватки Сэта: — Они хотели убить нас, но чёрный им не позволил.
— Чёрный? — спросил Тирион.
Тут заговорила Хэлэн:
— Один из лесных богов, у него была угольно-чёрная кожа и золотые волосы.
— Только один?
Она кивнула.
— Это усложнит ситуацию, — сказал он, размышляя вслух.
— Алана это до смерти доведёт, — сказала Хэлэн. — Он пошёл за ними. Всё ещё винит себя за Хэйли. С ума сошёл от вины.
Она посмотрела на сына со смесью надежды и стыда. Надежды на то, что он сможет всё исправить, и стыда за то, что она готова была позволить своему сыну поставить себя в опасную ситуацию:
— Ты знаешь, что они сделали с Хэйли?
— Она в порядке, — сказал Тирион. — Но те, кто пришёл сюда, собираются найти остальных.
— Остальных?
— Его ублюдков, — ответил Сэт. — У них уже были имена. Вот, почему они отправились в Колн. Большинство из них живёт в городе, поскольку по шлюхам он ходил в основном там.
— Значит, у меня меньше времени, чем я думал, — сказал Тирион.
«У них были имена. Кто им сказал? Брэнда, или Оуэн, пытавшийся выторговать свободу для своей дочери?». Он повернулся к ним спиной, и направился к двери. Остальные после его ухода начали ссориться.
— Отпусти! — послышался голос Кэйт.
— Тебе что, совсем плевать на то, что он сказал? Твоя мать мертва, Кэйт! Разве для тебя это ничего не значит? — Это был Сэт.
— Ты ничего не знаешь о моей матери, — прорычала она в ответ. — Дай мне арбалет.
— Да ты шутишь! — сказал её муж. — Он — чудовище, а ты хочешь кинуться за ним следом?!
Тут Хэлэн перебила его:
— Он — мой сын.
Голос Сэта был полон ярости:
— Ну, твой сын переебал половину женского населения Колна, включая мою жену! — Затем он обратился к Кэйт: — Ты этого хочешь, Кэйт? Одного раза было мало? Ты — такая же шлюха, как твоя мать!
Тирион уже садился в седло, но вопреки самому себе продолжал прислушиваться к резко спорившим позади голосам. Похоже было, что Кэйт собиралась последовать за ним наружу. Она теперь несла арбалет, а также колчан, полный болтов.
— Не смей выходить за порог…
— Иначе что?! — крикнула в ответ Кэйт. — Ты снова меня ударишь? Захотел почувствовать себя мужиком?
— Выйдешь за порог, и всё кончено. Назад тебе дороги не будет, — угрожающе сказал Сэт.
Дверь распахнулась, будто кто-то открыл её пинком ноги, что Кэйт, конечно, и сделала. Катрин вышла наружу с выражением лица, от которого дрогнул бы даже надзиратель. В её взгляде плескалось что-то убийственное. Она была на полпути к лошади, когда вслед за ней выбежала вторая фигура, поменьше.
— Мама! Не уходи! — крикнул Эрон.
Кэйт развернулась, и поймала его в объятия, бросив арбалет, и черты её лица смягчились. Она крепко прижала к себе мальчика, борясь со слезами.
— Не уходи, — прохныкал в её волосы мальчик.
Она поцеловала его в макушку:
— Я хочу, чтобы ты вёл себя хорошо. Слушайся отца, ладно?
— Я хочу с тобой пойти.
— Хотелось бы, да нельзя, — тихо сказала она, — это небезопасно.
— Ты уходишь из-за Папы, так ведь? — спросил её сын.
Кэйт снова сжала его:
— Нет. Твой отец разгневан, но он тебя любит. Мне нужно, чтобы ты позаботился о нём, вместо меня. Ты сможешь?
— Я не хочу.
— Сделай это ради меня, ладно? — сказала она ему.
— Почему ты уходишь? — спросил её сын.
— У них моя сестра, — ответила она, будто это было что-то само собой разумеющееся. — Будь ты на её месте, я бы сделала то же самое.
— Ты вернёшься вместе с Бриджид, верно? — сказал мальчик.
Тут заговорил Тирион:
— Нет.
Кэйт подняла на него ошарашенный взгляд:
— Что?
— Девушке возврата нет. Даже если я её верну, за ней пошлют других, — объяснил он.
— Тогда что ты планируешь? — спросила она его.
Тирион снова перевёл взгляд на дорогу:
— Заберу её с собой. Всех с собой заберу.
— Заберёшь? Даниэл, эти дети тебя даже не знают. Ты не можешь просто забрать их из семей, — сказала она, и, судя по её лицу, она просто не могла в это поверить.
— Спрашивать никого я не буду, — прямо заявил он. — Тебе следует остаться здесь, с семьёй. Ты ничем не сможешь помочь.
— Ты отдашь их лесным богам? Они же будут рабами! Не верю, что ты этого хочешь, — настаивала она.
Тирион толкнул свою кобылу пятками, и она двинулась вперёд.
Кэйт наблюдала за ним, бушевавшая внутри неё схватка разрывала её в двух направлениях. Ещё раз обняв Эрона, она сказала ему:
— Я люблю тебя. Иди в дом. Присмотри за отцом. — Оттолкнув его, она побежала вслед за лошадью.
— Мама, нет, — воскликнул мальчик, но с места не сдвинулся.
— Позаботься о нём, Эрон. Ты ему нужен, — снова сказала она, догоняя лошадь.
Тирион продолжал ехать, игнорируя шагавшую рядом с ним женщину. Сотню ярдов спустя он остановился:
— Ты совершаешь ошибку.
— Она — моя сестра, Даниэл, — ответила она. По лицу Кэйт текли слёзы, в своём сердце она всё ещё слышала голос сына.
— Будет лучше, если ты забудешь о ней. Она не сможет вернуться с тобой. Никто из них не сможет.
— Значит, я отправлюсь с ними.
— Ты не можешь, — сказал он ей. — У тебя есть сын, муж, у тебя есть жизнь. Если пойдёшь со мной, то на тебя наденут ошейник.
— Это не тебе решать, — упрямо настаивала она. — Я не позволю тебе забрать мою сестру в рабство одну.
— Я тебя не возьму.
— Значит, я последую за тобой сама по себе, — решительно ответила она.
Тирион подумал было пустить лошадь галопом, но не мог заставить себя оставить Кэйт одну посреди дороги. Вместо этого он продолжил изображать равнодушие, поехав дальше, не глядя на неё, пока сам обдумывал имевшиеся у него варианты.
Если он лишит её сознания, то сможет оставить её в доме, но она наверняка снова последует за ним, как только очнётся. «Разве что если Сэт её свяжет», — подумал он. Прежде Тирион рассмотрел бы этот вариант, но синяк у неё на лице тревожил его. Сэт из его юности никогда бы не ударил женщину, и уж точно не Кэйт.
«Люди меняются», — подумал он, бросая взгляд на татуировки у себя на руках.
Однако насилие, с которым она толкнётся среди рабов Ши'Хар, будет гораздо хуже. Перед его мысленным взором встала картина того, как её избивает один из надзирателей. Его гнев, всегда близкий к поверхности, взвился от этой мысли. «Она не окажется в Эллентрэа. Никто из них не окажется. Их заберёт Лираллианта. Я создам для них новое место».
В этом сценарии было много неопределённостей. Не последней из которых был тот факт, что он понятия не имел, согласится ли Лираллианта на такое, или сможет ли она уговорить старейшин позволить ей завести дюжину или более рабов.
Следующий час прошёл в молчании. Тирион то осматривал окружающую местность своим магическим взором, то тайком изучал шедшую рядом с ним женщину.
Она изменилась. Черты её лица стали острее, а само лицо — более худым. Жизнь и тяжёлый труд оставили на её лице морщины, а бёдра её стали немного шире. «Не то, чтобы это было чем-то плохим», — подумал он, — «раньше она была почти что слишком тощей».
Его разум увидел вспышку эйсара, и он остановился, подняв ладонь:
— Они впереди.
— Как ты можешь видеть? Темно же — хоть глаз выколи.
Он постучал себе по виску:
— Дай мне сфокусироваться, они находятся на пределе моей дальности. — Он сосредоточился, пытаясь подсчитать их. Немного погодя он снова заговорил: — Ты была права. Их более десяти. Я насчитал двенадцать надзирателей и одного Ши'Хар. У них девушка, и ещё мужчина постарше.
— Ши'Хар, — пробормотала Кэйт. — Ты сказал, что так себя называют лесные боги, верно?